Вселенная океана. Как устроена стихия, которая формирует нашу планету - Хелен Черски

веков жило в гармонии с окружающей средой. Не эти народы нанесли урон экологии Мирового океана, и тем не менее именно они в первую очередь страдают от последствий. Понятие органического единства с природой – неотъемлемая часть их культуры, недаром они много лет боролись против хищнической эксплуатации морских богатств и узколобого технократизма – всего того, что насаждалось западными колонизаторами. По образу жизни и мировоззрению эти сообщества сильно разнятся, но у них есть нечто общее: исторически все они были отстранены от принятия решений, касающихся использования океана человеком. В последние годы к представителям коренного населения стали наконец прислушиваться, но пока их еще редко считают полноправными партнерами. А ведь нам есть чему у них поучиться. Если в рамках западной цивилизации акцент априори делается на прагматических, измеримых выгодах, власти и собственности, то в традиционных обществах разговор принято начинать с обсуждения ценностей. Этот подход западным странам не помешало бы взять на вооружение. Конечно, разгар кризиса – не лучшее время для сближения и возобновления диалога, но мы должны сделать усилие. Среди коренных народностей, особенно в Арктике, у людей вызывает справедливое недовольство, что для западного мира глобальное потепление превратилось в удобную отговорку – очередной повод навязывать свою политику, не считаясь с их мнением. К сожалению, мы у себя на Западе обрубили многие нити, соединявшие нас не только с природой, но и с нашими собратьями – представителями иных культур. Пора вспомнить, что все мы в одном каноэ, нравится нам это или нет, а потому восстановление разных типов связей должно выйти на первый план.

Мыслить в категориях ценностей – значит мыслить о своей человеческой сущности. Об экономической выгоде рассуждать просто, ведь в математических расчетах все ограничивается сухими цифрами: всегда можно сказать, какое из двух чисел больше[258]. Куда труднее вести разговор о ценностях – о своем отношении к справедливости, уважению, равноправию, расширению возможностей, свободе, общественным интересам. Это процесс, который требует вдумчивости, напряженного самоанализа и отказа от черно-белой оптики, предполагающей, что на любой вопрос есть «правильный» и «неправильный» ответ, а всякий, кто отвечает «неправильно», – или дурак, или злодей.

Эдриан Гловер из лондонского Музея естественной истории всерьез озабочен тем, как сильные мира сего решают судьбу экосистем. Как вы помните, предмет его изучения – обширные абиссальные равнины, усеянные железомарганцевыми конкрециями. Сегодня к этим участкам океана начинают присматриваться горнодобывающие корпорации: лежащие прямо на морском дне «картофелины» привлекают их как доступное сырье, которое можно легко собрать подобием огромного пылесоса. Между тем гидробиологи настаивают, что, прежде чем вторгаться в природную среду и расхищать ее богатства, нужно тщательно разобраться в ее устройстве и протекающих внутри процессах, растянутых на многие тысячи лет. К сожалению, большинство людей не имеют ни малейшего представления о глубоководном океане, да и вообще он обычно ассоциируется с чем-то мрачным, холодным и очень далеким, – а потому диалог об экологической политике в этой сфере сильно затруднен. «Дискуссиям в их нынешнем виде недостает понимания контекста, – говорит Эдриан. – Нужно, чтобы люди стали более грамотными, прониклись чувством ответственности и более осознанно относились к своим решениям, стараясь извлечь уроки из техногенных катастроф прошлого». Эдриана беспокоит, что при обсуждении природоохранных инициатив аргументация все чаще сводится к прямым экономическим выгодам: перспективе открытия новых лекарств и источников пищи или утилитарной ценности гидросферы как резервуара для сброса излишков углерода. Такой подход кажется ему порочным: «Мы привыкли во всем ссылаться на практическую пользу. Давайте уже вспомним о главном. Речь идет о живой среде, таящей в себе несметное биологическое разнообразие. Одного этого вполне достаточно для заботы об экологии. Ведь чтобы ощутить красоту мира дикой природы, нужно совсем немного: побывать в заповеднике или национальном парке, узнать занимательные факты из жизни обитающих там птиц и необычных червей… Любовь к природе не требует экономического обоснования. Это чувство врожденное».

У нас не так много времени, чтобы разобраться с тем, что мы натворили. Мировой океан (как его физическая, так и биологическая ткань) меняется у нас на глазах. Лучшее, что мы можем предпринять прямо сейчас, – перестать вредить океану. Что же касается мер, которые позволят залечить уже нанесенный ущерб, то это неизбежно будет очень сложный и длительный процесс. Строгая наука в сочетании с ясно артикулированными ценностями, реальная командная работа и глобальный, подлинно системный взгляд на экологию – вот что должно стать фундаментом наших усилий, если для нас действительно важно долгосрочное здоровье океана.

Люди и океан

Долгое время мы упорно вели себя так, будто ресурсы планеты бесконечны. Мы неудержимо что-то строили, потребляли, производили, наращивали масштабы своей активности, считая, что можно не обращать внимания на глобальную систему жизнеобеспечения, от которой зависит наше существование. Мы во многом утратили связи, соединявшие нас с миром природы, и лишили себя ощущения чуда, радостного чувства причастности к чему-то несказанно большему. Мы пренебрежительно относились к океану как к некоему вакууму, абстрактному ничто, но он всегда оставался рядом. Его шестеренки продолжали крутиться, создавая условия для жизни на Земле, определяя нашу историю и культуру, формируя циклические закономерности, которые мы улавливали и использовали. Как показывает история каноэ «Хокулеа», восстановить оборванные связи еще не поздно, нужна только добрая воля. Океан все еще с нами, он по-прежнему конструирует реалии окружающего нас мира – и по-прежнему ослепительно прекрасен. Мы еще не потеряли это сокровище. Но западной цивилизации необходимо заново его открыть.

Мы не должны пасовать перед лицом совершенных ошибок. Новые знания, новый уровень ответственности дают нам возможность вырваться из этих пут. Конечно, мысль о том, какой ущерб мы нанесли океану (а значит, косвенным образом и самим себе), удручает, но мы не вправе опускать руки. Нужно действовать, а для действия требуются позитивный настрой, энергия и решимость. Если вы сомневаетесь, что это возможно, подумайте, как сильно изменилось наше общество лишь за последние пятьдесят лет. Люди явно способны корректировать свое поведение. Надо только захотеть. Так чего же мы хотим? Какое будущее? Давайте определимся.

Могу сказать за себя. Я хочу, чтобы мы помогли океану вновь превратиться в здоровое сердце планетарной системы жизнеобеспечения. Речь идет об изменении наших привычек, а вовсе не об отказе от материальных благ. Вполне реально перестроить наш способ существования так, как будет лучше и для нас самих, и для планеты. Мы в состоянии побороть зависимость от ископаемого топлива и выйти на новую дорогу – дорогу к лучшему будущему.

Итак, что же от нас требуется на практике? В первую очередь необходимо в полной мере осознать себя гражданами голубой