Триединое Королевство - Anne Dar

то была ночь любви, а не ночь его самых грязных извращений. Меня тошнит от одного только взгляда на него, однако он – самая важная деталь моего плана, так что я пересилила своё отвращение и пришла в его мрачные покои, расположенные в подземелье и выглядящие не лучше, чем нора тупого зверя, презирающего солнечный свет.

Стоило ему увидеть меня на пороге своих владений, как его взгляд сразу же вспыхнул: я поняла, что просто поговорить с ним не получится, так что попыталась заранее смириться со своим положением. Однако мне необходимо успеть именно поговорить с ним, поэтому, поспешив закрыть за собой каменную дверь, я сразу же заговариваю:

– Слышала, Багтасар думает сделать Борея своей правой рукой. Несправедливо, не находишь? Ты столько лет служил ему верой и правдой, а место правой руки отходит пришлому новичку, к тому же неблагодарному.

Скорч всегда был завистлив: завидовал Гектору в том, что тот более эрудирован и подвешен на язык; Проктору в том, что на него вешаются женщины; Багтасару в его власти; Тиберию в его утончённости; Джодоку в его даре; так здесь ещё и во всём замечательный Борей появился…

– Борей дурак, – в его груди клокочет ярость. Всё, на что он способен – это обозвать того, кого не способен одолеть, тем словом, которое обозначает его самого. Нет, Борей вовсе не дурак, а вот он сам дурак чистой воды, и он это знает. Знает, что всё, на что он способен: это наматывать на свои грязные кулаки кишки Вампов да кошмарить слабых людишек – ничего выдающегося в нём нет и не было от роду.

– А что если грохнуть этого дурака, чтобы не совался куда не следует? – я разговариваю с ним на его языке.

– Борея грохнуть, может, и несложно, но не в форме Маршала.

– Оставь эту задачу Багтасару…

– Не понимаю.

Ещё бы. Мозгов ведь не так много, как у меня.

– Гектор Блаукрафт ведь не нравится тебе так же, как Борей Рокс?

– И?

– А что если двух оленей одним ударом шлёпнуть? Скоро Металлическая Охота. На ней всегда столько “несчастных случаев” происходит, почему бы нам не добавить ещё один?

– Добавим? – его явно возбуждает одна только мысль о союзе со мной, особенно об опасном…

– Убьёшь Аурелию – подорвёшь дух сразу двух своих врагов: и её отца, и её любовника.

Он морщит носом:

– Аурелия ничего плохого мне не сделала.

– А разве тебе когда-то нужен был повод? – я начинаю опускать шлейки своего платья и наблюдаю за моментально вспыхнувшим взглядом похотливого ублюдка. – Убей её, чтобы удивить своим могуществом меня, – я оголяю грудь. – Как тебе такой повод?

Прежде чем он успел порвать на мне платье – как в прошлый раз, – я сама сбросила его. Неотёсанный зверь сразу же схватил меня целиком. Придавив к твёрдой деревянной кровати, наскочил на меня всем своим весом и стал с неадекватной силой трахать. Если бы я только знала, что одного раза, самого первого, было достаточно, что он уже зациклен на мне и без этого секса сделал бы ради моей лояльности всё что угодно, я бы в этот момент, конечно, не раздвигала перед ним ноги. Но я не знала о своей истинной власти над его разумом, поэтому теперь терпела это грязное животное, его мерзкие слюни на своём теле, его потоками изливающуюся сперму – мне пришлось выдержать целых два излияния, потому как он не отпустил после первого: лежал на мне час и, пока я пыталась столкнуть его с себя, мучил мой рот и грудь жестокими поцелуями, после чего начал следующий мучительный раунд, продлившийся на несколько часов дольше первого… Я едва успела убежать от третьего захода. Уже в своей ванной, отмываясь на рассвете от животной спермы, я со злобой убеждала себя в том, что это того стоило: один раз посношаться с вепрем, чтобы в конце концов, в самый подходящий момент, преподнести своё тело королевскому члену.

***

Аурелия не дура, она очень даже сообразительна – умнее даже Персефоны. Однако и у нашей мисс Сообразительность недавно появилась брешь в броне, имя которой Борей. Стоило только Скорчу сказать о том, что Борей попал на Металлическую Охоту, как она, даже не попытавшись проанализировать за уши притянутую ложь, бросилась туда, куда направил её Литий – прямиком к лаве. Я поджидала их здесь же, у обрыва – пряталась за иссохшим серым стволом древнего дерева, о чём Жарноваль, конечно, знал: стоило им примчаться, как он сразу же бросил взгляд на дерево, ища мою тень, и, убедившись в том, что я всё вижу, напитался уверенностью…

Резко развернувшись, Аурелия растерянным тоном обратилась к Скорчу:

– Не понимаю… Ты ведь сказал, что Борей здесь, но где же? – стоило ей посмотреть на Скорча, как она наверняка поняла его ложь, но что-то её отвлекло… Взметнув взгляд вверх, она вдруг выпалила: – Ах!.. – это был последний звук, сорвавшийся с её уст. Никогда не страдавший склонностью к промедлениям, Скорч столкнул её со скалы прямо в реку лавы… Я успела улыбнуться, прежде чем заметила причину предсмертного возгласа утонувшей: ложь оказалась правдой – Борей явился на Металлическую Охоту! Я поняла это слишком поздно – когда вопль, не способный принадлежать даже самому страшному зверю, только лишь монстру, сотряс пространство вблизи меня с мощью грома, способного разверзнуть бездну… Обернувшись, я увидела Маршала – он был гораздо страшнее, чем его описывали другие Вампирески, уже видевшие его. Дерево удачно скрыло меня от его взора, и он не заметил меня, всё своё внимание сосредоточив на Скорче…

Всё произошло за считанные секунды, даже не минуты: выпрыгнув на каменное плато, Маршал схватил Скорча и, подняв его, на весу стал рвать на куски! Первыми оторвались руки, дальше последовали ноги и голова!.. Обрубком руки Лития он пронзил литиевое сердце – вогнал обломок в туловище, которое отбросил в мою сторону: врезавшись в прячущее меня дерево, туловище оказалось нанизанным на сломанную ветку!..

У меня задрожали поджилки. Я в жизни не видела такой мощи!..

Я едва нашла в себе силы, чтобы в эту секунду не обрушиться на колени – ноги меня почти не держали от степени переживаемого ужаса, как вдруг… Маршал спрыгнул со скалы… Он прыгнул за ней… Прямо в лаву!..

***

Мои волосы стоят дыбом… Я вижу других Вампиресок – их всех притянул вопль