Глазами ополченца. Фронтовой дневник. 1941-1945 - Георгий Иванович Лебедев

На пути нашего продвижения к Берлину я встретил три лесных заповедника – ферботенвальд. Не пришлось побывать ни в одном из них. Заповедники обнесены проволочной сеткой. А с дороги видна чащоба лесная, но и тут не заметно сухостойных деревьев. Видимо, и здесь пернатые друзья зорко сторожат здоровье леса.

Вскоре при дальнейшем продвижении вперёд моё внимание привлёк редкий случай.

Еду на машине вслед за танком. И вдруг во время нашего движения по лесной дороге, узкой, с приподнятыми обочинами, дикая козочка с двумя козлятами выпрыгнула из леса на дорогу, перед самым танком перебежала дорогу и скрылась в лесу, изредка оглядываясь.

Танкисты даже растерялись от такой неожиданности. Никто не выстрелил в козочку, светлое зеркало в задней части которой на миг мелькнуло перед нами. И в дальнейшем мы часто встречали диких, почти ручных коз, не пуганных человеком.

Козочки кочуют по лесу чаще небольшими стадами, видимо, семейного происхождения. Они мирно пасутся в лесу или в поле. Завидев человека, козочки поднимают голову, нюхают воздух, прислушиваются и только тогда скачками или лёгкой рысцой исчезают из глаз.

Как правило, леса Германии состоят главным образом из бука и сосны. Встречаются дуб зимний и дуб красный, исключительно красивые своей пламенной листвой в осенний период.

Но вот однажды, когда я шёл из Хоэн-Лихена (HohenLychen) в Фюрстенберг, на левой стороне дороги, на опушке, увидел ряд берёзок. Свернул в их сторону, и мне представилась замечательная картина. Здесь искусственно создана из берёзок неширокая аллея, образовавшая шатровый зеленый свод своих ветвей. Протяжение аллеи небольшое, но она оставляет сильное впечатление. Аллея – живой свидетель любви к туризму. Оказывается, есть даже специальные туристские дороги, о которых я узнал случайно.

Мне надо было проехать из Фюрстенберга в соседний городок на 35–40 км. Расстояния не знал, но когда обратился с вопросом к немцу, далеко ли до этого пункта, он к моему удивлению, на вопрос ответил вопросом:

– А по какой дороге вы хотите ехать? Длинной или короткой?

Ответ изумил меня. Оказалось, что длинная дорога – туристская, она раза в два длиннее деловой. Решил в один конец ехать короткой дорогой, в другой – туристской. И не пожалел. Туристская дорога оказалась полной самых причудливых красивых пейзажей и видов, искусственно созданных.

Трассировалась туристская дорога с таким расчетом, чтобы перед туристом открывались всё новые виды, равнинный пейзаж сменялся холмистым и дорога то выструнивалась и открывала какой-либо красивый вид, например, на озеро, то неожиданно делала крутой поворот, вбегала на пригорок, покрытый искусственными ландшафтными посадками с композиционным подбором древесных и кустарниковых пород, то спускалась вниз, чтобы ещё раз повернуть влево или вправо. А на поворотах основные лесные породы бука, дуба, сосны уступали место белой акации, берёзке.

Туристская дорога – весёлая, радующая дорога.

К услугам пеших туристов в лесах созданы специальные пешеходные тропы – фуссвег (Fußweg). Они также ведут от одного ландшафта к другому, не уступающему или даже превосходящему по красоте первый. На тропах – столики со скамейками для отдыха и завтрака. А дальше – озеро, мыза-молоко, сметана, стакан кофе, отдых на душистом сене…

Невольное внимание привлекают молодые сосновые рощицы, вкрапленные в лесной массив. Очаровательны своей красотой такие рощицы. Густой плотной стеной стоит молодняк, одинаковый по росту, по развитию, по свежей яркой зелени хвои. При ближайшем рассмотрении оказывается, что растения находятся на равном расстоянии одно от другого.

Можно проследить процесс создания таких рощиц. Он крайне прост и поучителен.

В лесу нет пустых мест. По массиву сплошной вырубки, под плуг, бороздами метр одна от другой, высеваются семена сосны, и территория тотчас огораживается крупноячейной сеткой, которая прибивается гвоздями к деревянным столбикам. Входа не делается. Его заменяет лаз через сетку, созданный из плашек. А дальше, по мере подрастания сосенок, проводится систематическое прореживание в рядах посевов, а потом и в междурядиях, с искусственной очисткой сучьев, обычно связываемых в пучки для отопления.

В пятнадцатилетнем возрасте рощицы представляют лесок высотой в 3–4 метра. Надо учесть, что климат в Германии мягкий и достаточно влажный вследствие обилия озёр.

Перед одной такой рощицей, но уже в возрасте примерно 80 лет, я однажды простоял очарованным длительное время. Золотисто-бронзовые прямые стволы без единого сучка до самой кроны. А крона ветвистая, густо-хвойная, образует чудесный шатёр, от которого трудно оторвать глаз…

Поездка в Познаньскую провинцию

«Летучка» почти две недели задержалась в Адамсдорфе. (Сейчас это польский город. Точные географические координаты, широта и долгота – 52.9668086, 15.0165922. – В.Л.).

Армейский санитарный склад ещё по ту сторону Вислы. Он задержался в Люблине. На фронте небывалое оживление. Целые ночи над районом расположения «Летучки» несмолкаемый гул моторов. Воздушные бои. Разрывы снарядов зениток. В грохоте напряженнейшей артиллерийской дуэли то и дело слышится «игра» «катюши». У нас много раненых. «Летучка» сильно опустела. Острый недостаток перевязки, наркотики, йода и проч. Упорные разговоры о том, что наша 2-я гвардейская танковая армия, у которой в некоторых частях осталось 2–3 танка, пойдёт на формирование километров 90–100 в сторону Вислы. Эти разговоры вселяют глубокое уныние. Сейчас, в такой момент, – оттянуться в тыл, просидеть там, пока пополним боевую технику, – ведь это же наказание!

К счастью, такие слухи не получили подтверждения. Оказывается, что Верховное Главнокомандование, видимо, придаёт важное значение, вполне заслуженное и оправданное, нашему командарму, генерал-полковнику Богданову С. И. Отвод армии на формирование отменен. Наша армия получает пополнение живой силой за счёт подтягиваемых резервов и боевой техникой – за счёт техники, идущей в адрес других армий. Наша армия будет продолжать бои. До Берлина – считаные десятки километров.

Круглосуточная канонада особенно усиливается ночью. Где-то в близком соседстве с нами создан наш аэродром. Летают, парят наши соколики-ястребки. В окрестностях Адамсдорфа установлены зенитки. Армия закрепляется на занятых позициях. В воздухе – по московскому времени сейчас 23 часа, по местному 21 – почти сплошной гул самолётов.

Сегодня 20 февраля (1945 г.). В 23 часа 45 минут на нашем фронте началось что-то из ряда вон выходящее. В воздухе такой непрерывный гул самолётов, что не слышишь соседа. Говорить приходится очень громко, на ухо. Это начался наш массированный налёт на Штеттин. Над фронтом вот уже в течение трех часов одна за другой, пачками, подвешиваются наши ракеты. Горизонт над фронтом покрыт сотнями ракет. Ярко мгновенно вспыхивают и ярко светятся, может быть, тысяча огненных точек. Потрясающее зрелище, такое, какое я впервые встречаю на фронте.