Простушка для мажора - Рина Фиори

– Да и пошла ты! – выплёвываю вгорячах и сам вешаю трубку.

Швыряю телефон на тумбу и падаю спиной на кровать.

Злюсь.

На девчонку, на друзей, на себя.

Хочется бросить всё и свалить в свою квартирку в городе, заказать доставку из ресторана, пожрать, в конце концов.

Не замечаю, как снова вырубаюсь, хотя проснулся достаточно поздно по местным меркам.

Я вообще заметил, что в этой деревне… То есть, в посёлке, я сплю гораздо крепче и дольше, как убитый.

Хотя после трудотерапии последних двух дней я и правда убитый.

Сквозь сон слышу, как открывается входная дверь.

Неужели всё-таки пришла?

Тихая поступь, какое-то непонятное шуршание в районе стола и запах…

Аромат чего-то аппетитного тут же разносится по помещению, задевает рецепторы и побуждает проснуться.

Я резко распахиваю глаза, но к своему великому разочарованию упираюсь взглядом в потолок. Несколько секунд рассматриваю пошарпанное покрытие.

Неужели приснилось?

– Доброе утро! – нежный голосок звучит совсем близко, и этот факт заставляет меня улыбнуться.

Представляю, как выгляжу со стороны: валяюсь на старой расшатанной кровати посреди древней халупы и с блаженным выражением лица смотрю вверх.

Кажется, я спятил в этой деревне. По крайней мере, очень близок к тому, чтобы сойти с ума.

Кряхтя, словно старый пень, я принимаю сидячее положение. Мышцы буквально разрываются от боли, но я стараюсь при девчонке не подавать виду. Как-то это неправильно – показывать свою слабость противоположному полу.

– Доброе, – бурчу в ответ.

Есения косится на меня и неодобрительно покачивает головой.

– Так и быть, решила покормить тебя авансом. Ведь если ты скопытишься от голода, работать будет некому, а я вчера, пока ты сараи чистил, успела десять билетов по психологии разобрать.

Девчонка выглядит довольной, словно упомянутая психология – её самый любимый предмет. А может быть, просто любит учиться, кто же её поймёт эту простоту деревенскую.

Ей так мало надо для счастья: дали возможность поучить билеты, и девушка уже чуть ли не порхает.

Я так не умею…

– А там что? – не пойми откуда, во мне просыпается совесть.

Или скромность, я путаюсь в этих понятиях, потому что ни одно, ни второе мне неведомо.

Скашиваю взгляд в сторону стола, на котором расставлены контейнеры с едой, и желудок скручивается от предвкушения.

– Твой завтрак, – ласково отвечает Цветочек.

Словно сорвавшийся с цепи голодный зверь, я бросаюсь на еду. Одной рукой запихиваю в рот пирожок с картошкой, а второй – бутер с колбасой и свежим огурчиком.

Ищу глазами, чем бы запить всю эту вкусноту и обнаруживаю, что на столе стоит не только бутылка с компотом, но ещё и термос с чем-то горячим.

– Кофе? – спрашиваю с горящими глазами.

– Угу, – кивает девчонка, явно испытывая чувство неловкости из-за моего поведения.

Прокашливаюсь, проглотив последний кусочек, и выпрямляю спину, вспоминая о том, что когда-то мама учила меня манерам.

Правда, я никогда не парился по этому поводу, а сейчас вдруг вспомнил все её советы.

– Ты может, тоже присядешь? – двигаюсь чуть, освобождая место на кровати.

В хате дефицит мебели, и стульев нет совсем.

Но девушка всё равно продолжает стоять.

Упёртая.

– Будешь? – киваю на последний оставшийся в контейнере бутерброд.

– Нет-нет, – отказывается Цветочек. – Я уже позавтракала дома.

Алчно улыбаюсь, чуть не роняя на пол слюнки. Руки сами тянутся и запихивают в рот бутер, который я едва не проглатываю целиком.

Выпиваю чашку кофе и, наконец, начинаю чувствовать себя человеком.

– Какие планы на сегодня? – спрашиваю повеселевшим голосом.

Мышцы, конечно, болят, но не сидеть же мне в четырёх стенах весь день.

– У тебя – постельный режим, а я еду в город. У меня там… вещи остались, – поджимает губы девушка. – На квартире у сводных.

У Есеньки такой потерянный взгляд, будто она виновата в чём-то.

– Поэтому ты ключи у Тохи требовала? – спрашиваю у девчонки, исподлобья сверля её взглядом.

– Не требовала, а просила по-человечески, – вспыхивает Цветочек.

– Хорошо-хорошо, – почему-то у меня нет желания спорить с этой девчонкой.

Как-никак, а мне ещё нужно что-то хавать следующий месяц, и она пока – моя единственная кормилица.

Впрочем, на этот счёт у меня есть идея…

– Так ты в город едешь? А на чём?

– На автобусе.

– Я с тобой! – подскакиваю, тут же взвыв от резкой боли в мышцах.

Пофиг на всё, в город я поеду вместе с Есенией. Под предлогом помощи, разумеется. Пусть друганы только попробуют мне предъявить, скажу, что носильщиком чемоданов решил побыть у своей деревенской работодательницы.

Раз уж эти гады утаили от меня часть правды по поводу того, к кому и куда я еду, я тоже изменю некоторые условия нашего спора.

Глава 9

– Почему так долго? – возмущается Градский.

Он ходит вдоль остановки в ожидании автобуса и раскидывает своими крутыми кроссовками камешки.

– Задерживается, – равнодушно пожимаю плечами. – Так бывает.

– Так бывает, – передразнивает меня Роман.

Я сижу на скамейке под козырьком и стараюсь не следить взглядом за парнем, который то и дело мельтешит у меня перед глазами. Стараюсь, но оно само собой как-то получается.

Минут через десять к остановке подъезжает автобус. Градский оживает, видимо, надеясь поскорее оказаться в общественном транспорте.

Глупец, ещё не знает, что его там ждёт.

Пассажиры выходят, потом заходим мы с Романом.

Находим свободные места в самом хвосте, усаживаемся.

Водитель трогается с места, поднимая за собой клубы пыли.

Проехав несколько десятков метров, тормозим.

– Чё за хрень? – хмурит брови Градский.

Я пожимаю плечами, а сидящая рядом с парнем бабулька осуждающе качает головой.

И правильно, нечего грубыми словами направо и налево разбрасываться, не оглядываясь.

Автобус тем временем останавливается, и в салон проходит пожилая женщина. Цепким, натренированным на пустые места взглядом она осматривает салон. На лице – разочарование.

Все места заняты.

Мы с Градским сидим как раз возле вертикального поручня, поэтому я подскакиваю и зову женщину присесть.

– Садитесь, я постою, – мило улыбаюсь.

Уступив место, отхожу в сторону.

На кочке меня слегка подбрасывает.

– Невоспитанный, – фыркает бабулька на уткнувшегося в телефон Романа.

Удивительно, но парень с первого раза смекает, что к чему.

– Садись давай, – поднимается, буквально силой усаживает меня на своё место, а сам становится возле поручня.

Я бы поспорила с Градским, но здесь не место и не время, поэтому я пока молчу. Потом выскажу ему всё по поводу его нахальных рук, которые только что трогали меня за талию.

Автобус едет дальше, периодически поскрипывая и подпрыгивая на кочках, Роман матерится себе под нос, и на очередной ухабине чуть не падает в проход.

– Давно не ездил на