Простушка для мажора - Рина Фиори

class="p1">Странное волнение, несвойственное мне обычно во время общения со сводными, сковывает внутренности. Я ведь привыкла к нападкам Агаты и Антона, но обычно старалась давать отпор или вовсе игнорировать этих двоих.

Ну, кроме того случая в буфете…

А сейчас со мной вместе приехал Градский, и мне неловко, что сводные при нём могут начать меня троллить.

Будто меня волнует мнение этого мажора…

Неужели волнует?

А ведь он, скорее всего, встанет на сторону Стукиных, они же друзья.

С таким не самым весёлым настроем я выхожу из машины. И Рома идёт следом, наверное, хочет увидеться с девушкой своей.

Перед глазами почему-то возникает картинка, как Агата при встрече повисает на шее у Градского, и они страстно целуются. Внутри становится совсем тоскливо и тошно, настроение окончательно ухает вниз, ноги с трудом передвигаются.

В машине Градского было так уютно, спокойно, и даже музыка, которую слушал мажор, не раздражала меня.

А сейчас совсем не по себе: одиноко и грустно, и с чего я вдруг расклеиваюсь?

Уставившись в пол, не глядя перед собой, поднимаюсь на второй этаж.

Останавливаюсь перед нужной дверью и уже заношу руку, чтобы нажать на дверной звонок. Я ведь специально не стала сообщать сводным о своём приезде по телефону, чтобы они из вредности не смылись из дома.

Пальцы уже практически касаются кнопки, но в последний момент Градский перехватывает мою кисть и опускает вниз.

– Что такое? – я резко разворачиваюсь и тут же перестаю дышать.

Парень стоит слишком близко, а я каким-то неведомым образом оказываюсь прижатой к прохладной бетонной стене.

– Ты убежала от меня куда? Так не терпится встретиться с родственниками? – спрашивает с сарказмом. – Еле угнался за тобой.

Надо же, а я и не заметила, что одна поднялась на этаж.

– Н-ничего я не убегала, – резко качаю головой и ловлю приступ головокружения.

Делаю глубокий вдох, но становится только хуже, потому что вместе с кислородом я впускаю в лёгкие тонкий древесный аромат мужского парфюма.

Он такой умопомрачительный и приятный, что хочется вдыхать его снова и снова…

– А что с твоим лицом? – полушёпотом спрашивает Градский. – Ты что-то сникла резко, это из-за встречи со сводными?

– Нет! – выпаливаю торопливо, потому что…

Потому что Рома говорит правду, я действительно расстроена из-за предстоящей встречи. Но мне не нравится, что парень читает меня, как открытую книгу.

– А мне кажется, что да, – шепчет, неожиданно касаясь пряди волос возле моего лица.

Он аккуратно накручивает её на палец, играя, а я даже не сопротивляюсь, стою, словно заколдованная, и рассматриваю лицо парня. Густые брови, чётко очерченный контур губ, пронзительный взгляд тёмных глаз.

И эти его волосы, которые непослушными прядями падают на лоб. Неожиданно я ловлю себя на мысли, что хочу зарыться в них рукой и отбросить назад, чтобы не мешались.

А потом провести подушечками пальцев по колючей щетине, но это всё только в мечтах, в жизни я себе подобного никогда не позволю.

– Возможно, – сдаюсь, тоже переходя на шёпот.

Неведомым мне образом забываю о том, где мы находимся. Весь мир перестаёт существовать и концентрируется в одном моменте.

По позвоночнику проносится табун бешеных мурашек, а во рту мгновенно пересыхает. Неосознанно провожу языком по обезвоженным губам, совершенно не предполагая, какую реакцию вызову этим необдуманным действием.

Градский смотрит на меня так, будто сейчас съест, только вместо страха я испытываю дикое волнение. Предвкушение чего-то неизвестного разносится по телу горячими потоками, концентрируясь в нескольких точках одновременно.

Это так неправильно, всё, что я сейчас чувствую, но об этом я подумаю позже.

А сейчас меня охватывает непреодолимое желание сделать что-то такое плохое, несвойственное моему обычному поведению. Выйти за рамки, которыми меня ограничивают все, кому не лень.

И я это делаю: привстав на носочки, обвиваю шею парня руками и прикрываю глаза.

Его ладони уже давно обосновались на моей талии, буквально прожигая ткань блузки и оставляя ожоги на коже.

– Ты космос, Цветочек, – выдыхает Рома прежде, чем коснуться моих губ.

Лёгкое, невесомое прикосновение сменяется твёрдым напором, которому я не в силах противостоять. Мысли из головы улетают прочь, и думать я могу сейчас только о том, как повторить все те движения, которые язык парня выделывает у меня во рту.

Но в этом, похоже, нет необходимости, Градскому плевать на мою неопытность, я в этом уверена почему-то. Он полностью забирает инициативу в свои руки, двигая меня в нужном направлении.

Мне так хорошо, так приятно, тело буквально парит над землёй, и чувства стыда нет совершенно.

Ровно до того момента, пока дверь квартиры сводных не открывается, с грохотом ударяясь о стену…

Глава 11

– Ааа, какого… хрена? – голос Агаты разбивает волшебство момента вдребезги.

Я с силой отталкиваю от себя Рому, сама же двигаюсь вдоль стены подальше от двери.

Рука инстинктивно взмывает вверх, и подушечками пальцев я касаюсь горящих после долгого поцелуя губ.

Смотрю прямо перед собой, потому что ни на Рому, ни на Агату смотреть мне не позволяет совесть.

Что же я наделала?

Какой бы вредной не была моя сводная сестра, но она не заслуживает предательства, как и любой другой человек.

А я…

Я целовалась с её парнем, и теперь готова сгореть от стыда.

В воздухе повисает неловкая пауза: Рома молчит, Агата тоже, похоже, потеряла дар речи.

– Можно… я заберу свои вещи? – лепечу, набравшись смелости.

По-прежнему не смею поднять глаз на сестру, но она сейчас в состоянии шока, поэтому не спорит, отходит в сторону и пропускает меня в квартиру.

Небольшой пакет с моими вещами стоит прямо тут, в прихожей. Я подхватываю его и выметаюсь прочь, чтобы не задерживаться в квартире не на одну лишнюю секунду.

Замираю возле двери.

– Как ты мог, – брезгливо произносит Агата, – с этой колхозницей, Ром? Ну, правда.

Я едва слышу, что отвечает Градский, потому что он стоит подальше от двери, и говорит достаточно тихо.

– Конечно, я помню, что ты говорил про свободные отношения и ничего мне не обещал, но Ром. Нам же было так хорошо вместе, – мурлычет девушка.

Не знаю, куда деться. Стоять и подслушивать – низко и мерзко, но и выходить, пока эти двое выясняют отношения, не хочется.

– Почему вы с Тохой не сказали, что та девчонка из универа, которую мы высмеяли всей компанией – ваша сестра? – теперь голос Ромы звучит гораздо громче, поэтому я всё слышу.

– Ну, Ром, – недовольно цокает сводная, – ну, какая эта клуша мне сестра? Мы про неё и думать забыли к вечеру, ну,