100 великих деятелей русской эмиграции - Полина Ребенина

китайском берегу, должны были начинать новую жизнь. Иногда удавалось найти случайный заработок на погрузке или другой тяжёлой работе. Однако через некоторое время Георгий в Шанхае встретил русскую девушку, и они, поженившись, эмигрировали в Америку. 19-летний Арсений оказался один в чужой стране, без языка и родных, ему пришлось думать, как жить дальше и где он может применить свои знания, чтобы зарабатывать на проживание.

А.И. Савицкий

Тут Арсению подвернулся случай, благодаря которому удалось получить работу помощника по изготовлению рекламы. Сотрудники фирмы сразу обратили внимание на художнический талант Арсения. Это стало началом его карьеры, он стал художником сначала рекламного жанра, затем карикатуристом, позднее портретистом и в конце – иконописцем.

В Шанхае Арсений встретил девушку из Благовещенска, Лену Старченко и вскоре они поженились. В 1929 году у них родился первенец – Кирилл, а через 4 года сын Никита. Семью надо было содержать, Арсений постоянно работал, и его художественное мастерство росло с каждым днём. В 1932 году ему предложили работу художника в рекламном бизнесе в Гонконге в английской фирме English Advertising Agency. Здесь наконец началась его жизнь без скитаний, с постоянной работой, полная творчества и семейного счастья. Супруги Савицкие много сил и времени отдавали церковной работе, за которую даже получили грамоту от архиепископа Китайской и Пекинской миссии.

Счастье супругов Савицких оборвалось с началом Второй мировой войны. Японцы, пришедшие в Китай, всех русских, находившихся на территории Гонконга, заключали в лагеря. Туда же попал и Арсений, каждый день которого теперь проходил под непрерывный стук палок, цоканья ботинок надзирателей и тюремных криков. Его жене с детьми удалось чудом вырваться в Австралию.

И в лагере Арсений много рисовал, в каждом клочке обёрточной бумаги он видел будущую картину. Кто-то дал ему карандаш и мысленные образы стали выливаться на просаленных кусках коричневой бумаги. Он часто рисовал любимые образы жены и детей по памяти. Стал рисовать дружеские шаржи на тюремных служащих и заключённых. Надзирателей сначала раздражало постоянное рисование этого непонятного русского, но со временем, приглядевшись, они заметили его большой талант. И не замедлили использовать его дарование для своих рекламных дел. Возможность рисовать спасала Арсения от изнурительных лагерных работ, болезней, недоедания, каторжного унижения, которые губили многих заключенных.

Его жена с детьми оказались в Брисбене. Это был первый порт на Австралийском континенте. Те беженцы, которые имели какие-то деньги для передвижения по стране, разъезжались дальше по крупным городам Австралии. Елена Савицкая за недостатком средств осталась проживать в Брисбене. В 40-х годах XX века в Австралии жизнь была нелегкой – продукты, одежда, обувь выдавались по карточкам. Елене приходилось браться за любую работу, в том числе за стирку белья и уборку. Позднее она шила форму для солдат австралийской армии. Пять лет жизни Арсений находился в японском лагере, и только в 1945 году, с приходом советских войск в Китай, ему удалось освободиться и уехать к семье в Австралию.

В Брисбене Арсений продолжал рисовать и все чаще стал обращаться к иконографии. Библейские образы, написание икон святых мучеников захватывали душу художника, и он часами мог не выходить из мастерской, выписывая святые лики. Савицкий написал иконы преподобного Серафима Саровского, Иоанна Кронштадтского, равноапостольной княгини Ольги, святого великомученика Георгия Победоносца и многие другие. В 1973 году при постройке Благовещенской церкви в Брисбене Арсений расписал весь иконостас, распятие, надгробие плащаницы.

Со временем православные общины из других австралийских городов – Сиднея, Канберры, Мельбурна, Брисбена – стали заказывать у Савицкого иконы. Каждый, входящий в австралийские православные храмы, не может не обратить внимание на прекрасные иконы Савицкого, с которых вдумчиво и проникновенно смотрят как будто совершенно живые глаза святых.

Арсений часто вспоминал дореволюционную Россию. Рассказывал детям, что в Москве, в Третьяковской галерее, хранятся картины его дяди – известного художника. В 1970 году ему удалось разыскать своих сестёр Татьяну и Маргариту, которые жили во Владивостоке. Их переписка осуществлялась через случайных людей и через другие страны. Письма шли по 8–9 месяцев.

А. Савицкий скончался в мае 1990 года в возрасте 87 лет. Художник ушел, но оставил нам великолепные иконы, портреты, пейзажи. Прикладываясь к плащанице, к иконе Матери Божией, к ликам святых, русские люди, находящиеся за тысячи километров от родины, получали и получают необходимую им духовную поддержку.

Джордж Баланчин

(1904–1983)

Джордж Баланчин – русский хореограф грузино-русского происхождения, положивший начало американскому балету и современному неоклассическому балетному искусству в целом, автор около 300 балетов.

Старший сын композитора М. Баланчивадзе появился на свет 23 января 1904 года. Семья жила в Петербурге, в доме на Суворовском проспекте. В воспоминаниях Георгия сохранились его детские прогулки по большому шумному городу. Бонна водила детей к «Прудкам» на углу Греческого проспекта и улицы Некрасова, на Поклонную гору, в Зоологический сад. В 9-летнем возрасте мать М.Н. Васильева отвела Георгия и его сестру Тамару на пробы в балетную школу. Какого было удивление родителей, когда их сын прошел строгий отбор в главную школу Императорского балета.

Ученики Императорского Санкт-Петербургского театрального училища находились в заведении на полном содержании за счет царской казны. Они носили голубые мундиры, их воротнички и фуражки украшали золотые лиры. Перевозили воспитанников на каретах, на облучке которых сидели люди в ливреях. После революции все это исчезло. Воспитанников до спектаклей стали подвозить на линейках – длинных открытых дрожках. Позже отменили и их. Школу стало нечем топить, а учеников – нечем кормить.

Когда к власти пришли большевики, в Мариинский театр стали ходить матросы и солдаты. Баланчин вспоминал, как они стучали каблуками в такт музыке, щелкали семечки и сидели на барьерах лож, свесив ноги. Но вскоре им надоела эта забава. К тому же театр не отапливался, там было очень холодно. Балерины стали болеть воспалением легких, мечтая уехать за границу. В какой-то момент театр даже собирались закрыть, но народный комиссар просвещения А. Луначарский не разрешил.

Несмотря на то что спектакли продолжали показывать публике, артисты получали за это очень небольшие деньги. В итоге, чтобы как-то свети концы с концами, они брались за любую подработку, составляли концертные труппы, в которых пели, танцевали, играли на музыкальных инструментах.

Выступать Георгию приходилось даже в цирке Чинизелли. Он вспоминал: «Мы в этом цирке танцевали индусский танец, а нам за выступление давали буханку хлеба… В других местах нам давали кулек крупы или муки, иногда кусок сала. Если наше выступление нравилось, можно было получить дополнительно несколько кусков сахара».

По словам Баланчина, особой популярностью в те годы пользовался у зрителей матросский танец. Подростки