Сталин. Шаг вправо - Юрий Николаевич Жуков

можно выйти, только вернувшись на путь Ленина. Крайне ненормальная обстановка, в которой происходит обсуждение вопросов, связанных с китайской революцией, создаёт чрезвычайно напряжённое положение в партии.

Односторонняя «дискуссия», ведущаяся на страницах «Правды» и «Большевика», и нарочитое искажение взглядов оппозиции (например, приписываемое ей требование выхода из Гоминьдана) свидетельствует о желании руководящей группы Центрального комитета (подразумевалось ПБ. — Ю.Ж.) прикрыть свои ошибки травлей оппозиции. Всё это направляет внимание партии по ложному пути». А далее давался разбор конкретных, несомненных ошибок, допущенных ПБ. Начинался же он с наиважнейшей, волновавшей тогда всех благодаря не прекращавшейся много месяцев шумихе в советских газетах.

«„Руководство” в Китае, — свидетельствовало это заявление, имея в виду опять же ПБ, — на деле сводилось к тому, что нельзя вооружать рабочих… организовывать революционные стачки, подымать до конца крестьян против помещиков… критиковать господ буржуа из „правого" Гоминьдана и мелких буржуа из „левого”… организовывать коммунистические ячейки в армиях Чан Кайши… давать лозунг Советов, чтобы не оттолкнуть буржуазию…

В ответ на это, в благодарность за это, как и следовало ожидать, китайская „национальная” буржуазия, выбрав удобный момент, беспощадно расстреливает китайских рабочих, приглашая на помощь сегодня японских, завтра американских, а послезавтра американских империалистов».

Тут же в заявлении отмечалась ещё одна, столь же опасная проблема, порождённая подобными действиями и уже высказанная в преамбуле: «Партия лишена возможности обсудить китайский вопрос, который является сейчас для нас… важнейшим вопросом. Принципиальное обсуждение вопросов китайской революции запрещено. И в то же время на деле неистовая дискуссия уже ведётся, только односторонняя, т. е. в виде травли оппозиции с целью прикрытия неправильной линии руководящего ядра ЦК».

Следующей серьёзнейшей ошибкой ПБ авторы заявления посчитали действия в Великобритании. «Прошлогодняя всеобщая стачка в Англии, — указывалось в нём, — преданная и проданная Генсоветом, потерпела поражение… Главная причина этого — в нерешительном, непоследовательном, половинчатом руководстве с нашей стороны… На фоне китайских событий особенно зловещее значение приобретают решения последней конференции Англо-русского комитета. Во всей международной рабочей прессе тов. Томский и другие представители ВЦСПС объявили, что совещание в Берлине носило „сердечный характер”, что все решения приняты „единодушно”, что эти решения являются будто бы победой международного пролетариата и т. п.

Эта фальшь и ложь могут привести мировое рабочее движение лишь к новым поражениям».

Два таких примера, не нуждавшихся к каком-либо подтверждении или доказательстве, позволили авторам заявления сделать промежуточный вывод, расширив круг обвиняемых ими: «Между неправильной линией в китайском вопросе и неправильной линией в вопросе об Англо-русском комитете есть теснейшая внутренняя связь. Та же линия проходит ныне во всей политике Коминтерна… Правые элементы во всех партиях получают всё больший перевес… малейший голос критики слева влечёт к отсечению. Авторитет ВКП и Октябрьской революции используется, таким образом, для сдвига коммунистических партий вправо от ленинской линии».

Покончив с проблемами зарубежными, авторы заявления перешли к отечественным. «Для каждого марксиста несомненно, — напоминали они, — что неправильная линия в Китае и в вопросе об Англо-русском комитете не случайна. Она продолжает и дополняет неправильную линию во внутренней политике». И развили свою мысль привычным образом: «В промышленности, в сельском хозяйстве и в других отраслях народного хозяйства СССР мы либо переходим, либо уже перешагнули за довоенный уровень… Но одновременно с этими серьёзными достижениями в итоге восстановительного периода наметились большие трудности. Эти трудности, вытекающие из достаточного развития производительных сил, из нашей хозяйственной отсталости, усугубляются скрыванием их от широких партийных масс».

Потому сочли необходимым перечислить их: «Вопросы заработной платы и безработицы принимают всё более острый характер. Неправильная политика ускоряет рост враждебных пролетарской диктатуре сил — кулака, нэпмана, бюрократа. Это ведёт к невозможности использовать в должной мере и должным образом имеющиеся в стране ресурсы для промышленности и всего народного хозяйства. Отставание крупной промышленности от требований, предъявляемых к ней со стороны народного хозяйства (товарный голод, высокие пены, безработица)… приводит к усилению капиталистических элементов в хозяйстве Советского Союза».

Отдельно остановились авторы заявления на положении в деревне. «Дифференциация крестьянства, — подчёркивали они, — идёт всё возрастающим темпом. От лозунга „обогащайтесь”, от призыва к кулаку „врастать” в социализм руководящее ядро ЦБ пришло к замалчиванию расслоения крестьянства, к преуменьшению этого расслоения, с одной стороны, и к практической ставке на крепкого крестьянина — с другой».

Наконец, как бы суммировав все прегрешения ПБ, в заявлении был сделан вывод: «Вся наша политика страдает от курса направо. Если подготовляемый теперь новый удар налево, по оппозиции, будет нанесён, это окончательно развяжет руки правым, непролетарским и антипролетарским элементам, отчасти в нашей собственной партии, а главным образом — за её пределами».

Не очень надеясь на успех, всё же предложили: «Не позже, чем за три месяца до 15-го съезда созывается специальный пленум для предварительного обсуждения всех вопросов… Для выработки единодушных решений, что лучше всего обеспечило бы максимальное единство и действительную ликвидацию внутрипартийной борьбы… Если же внутри этого специального пленума ЦК обнаружатся разногласия, они должны быть заблаговременно сформулированы и опубликованы. Каждый товарищ должен получить возможность защищать свою точку зрения перед партией — в прессе и на собраниях, как это бывало при Ленине. Полемика должна вестись в строго товарищеских и деловых рамках, без обострения и преувеличения»[398].

Авторы заявления настаивали на именно таком решении, фактически означавшем возобновление в партии дискуссии, запрещённой постановлением ЦК, участие в которой отныне рассматривалось как нарушение партийной дисциплины. Благодаря этому ПБ надёжно обезопасило себя от любого рода критики. Сделало себя непогрешимым.

Оппозиция так и не дождалась какой-либо реакции со стороны ЦК. Зато получила ответ от 8-го пленума ИККИ, проходившее в то самое время — с 18 по 30 мая.

По Китаю:

«Выставить в настоящее время лозунг „Пока не надо выходить из Гоминьдана" так же нелепо, как выдвигать лозунг выхода из Гоминьдана, ибо текущий момент требует от пролетарской партии как раз обеспечения руководящей роли внутри Гоминьдана. Гоминьдан есть в Китае именно специфическая китайская форма организации, где пролетариат сотрудничает непосредственно с мелкой буржуазией и крестьянством…

Исполнительный комитет Коммунистического интернационала считает неправильным взгляд, недооценивающий Уханьское правительство и фактически отрицающий его крупнейшую революционную роль… Исполнительный комитет Коммунистического интернационала полагает, что коммунистическая партия Китая должна принимать самое энергичное участие в Уханьском «временном революционном правительстве»[399].

(В этих пунктах резолюции легко угадываются их авторы — Бухарин и Сталин, настоявшие на них, чтобы хоть так подтвердить правильность своих прогнозов, но так и не сумевших предугадать то, что произойдёт в ближайшие месяцы. В июле — когда китайские коммунисты вынуждены будут выйти из «революционного» Уханьского правительства из-за начатых против них преследований. В ноябре —