После нас - Катерина Затула

Я остановилась. На несколько секунд внутри стало совершенно тихо. Никита действительно всё это подготовил. Он просто вернулся раньше, уложил вместе со мной Алису и устроил нам вечер вдвоём. Для человека, который считал фразу «никуда не собирайся» полноценным приглашением, это был почти романтический подвиг.

— Азаматов, — медленно произнесла я, — ты действительно устроил свидание.

Он наблюдал за моей реакцией с привычно спокойным лицом, но во взгляде появилось едва заметное ожидание.

— Удивлена?

— Немного. Обычно ты просто сообщаешь женщине, когда и где она должна раздеться.

— Могу сообщить сейчас.

— Лучше молчи. Событие и без того историческое, не порть его разговорами.

Я подошла к столу и взяла бутылку, чтобы рассмотреть этикетку.

— «Салон Блан де Блан»? Ты помнишь, какое я люблю?

Никита забрал у меня бутылку, снял проволоку и осторожно вытащил пробку.

— Представь себе.

Он наполнил мой бокал меньше чем наполовину. Я следила за его руками, за уверенными движениями длинных пальцев и почему-то не могла отвести взгляд.

— Даже спустя два с половиной года?

Никита поставил бутылку обратно в ведёрко со льдом и посмотрел на меня. Прямо и спокойно, не оставляя ни малейшей возможности сделать вид, будто я неправильно его поняла.

— Я никогда и не забывал.

Сердце снова сделало что-то совершенно лишнее. Неловко споткнулось, а потом забилось быстрее. Я поспешно опустила взгляд на бокал. Нужно было срочно перевести тему, пока моё лицо не выдало больше, чем я собиралась ему показывать.

— А почему так мало? Я вообще-то пьющая женщина. В прессе наверняка и это подтвердили.

— Потому что ты ещё кормишь Алису.

— Я уже покормила её перед сном.

— Значит, выпьешь один бокал и продолжишь возмущаться трезвой.

Я возмущённо вскинула на него глаза. Никита смотрел совершенно серьёзно, но в уголках губ уже пряталась едва заметная улыбка.

— Ты отвратительный абьюзер.

Он чуть подался ко мне и лениво провёл большим пальцем по краю моего бокала.

— Другого у тебя нет.

От спокойной уверенности в его голосе по телу прошла горячая волна. И возразить мне было нечего. Потому что другого у меня действительно не было. И, что гораздо хуже, никто другой мне не был нужен. Глупая влюблённая Аверина.

Никита взял меня за руку и повёл к воде. Ночь была тёплой. Конец августа чувствовался только в лёгкой прохладе, поднимавшейся от травы, и едва уловимом запахе приближающейся осени. Вода в бассейне казалась почти чёрной, лишь на дне дрожали голубоватые огни.

Я развязала пояс и сняла халат. Взгляд Никиты сразу прошёлся по моему телу — медленно, тяжело, задержавшись на узких завязках купальника. От этого взгляда по коже пробежала горячая волна, но я сделала вид, что ничего не заметила.

— Что? — спросила я.

— Ничего.

— Ты так смотришь, будто впервые видишь меня в купальнике.

— Я каждый раз смотрю на тебя как в первый. Раньше, когда ты лежала у этого бассейна, я мог только смотреть. — Его взгляд медленно скользнул по моим ногам. — Сейчас мне необязательно этим ограничиваться.

Он произнёс это слишком легко, будто не признался только что, что смотрел на меня ещё тогда. В те годы, когда я приезжала сюда совсем в другом качестве и даже не подозревала, что он замечает меня. Я на мгновение растерялась, а потом отвернулась к воде, скрывая совершенно неуместную улыбку.

Первой спустилась в бассейн. Прохладная вода сомкнулась вокруг разгорячённого тела, немного приводя в чувство. Я проплыла до противоположного бортика и обернулась. Никита всё ещё стоял на прежнем месте и наблюдал за мной. Открыто, не отводя глаз, словно именно ради этого и устроил весь вечер. Только теперь ему действительно больше не нужно было ограничиваться взглядом.

— Ты собираешься плавать или свидание заключается в том, что я развлекаю тебя своим видом?

Он стянул футболку через голову. Я против воли проследила взглядом за тем, как напряглись мышцы груди и живота.

— Оба варианта подходят, — сказал Никита, спускаясь в воду. — Пока меня всё устраивает.

Мы проплыли несколько дорожек. Точнее, плавала в основном я. Никита держался рядом и время от времени хватал меня за щиколотку, не позволяя добраться до бортика. Каждый раз я возмущённо вырывалась, а он лишь усмехался, явно получая удовольствие от того, что выводит меня из себя.

— Азаматов!

Он снова поймал меня — на этот раз за талию — и притянул к себе.

— Что?

— Я пытаюсь плавать.

— Я вижу.

— Тогда отпусти.

— Не хочу.

В его голосе прозвучало такое простое, почти мальчишеское упрямство, что сохранить возмущённое лицо не получилось. Я обхватила его за шею и позволила удерживать себя. Ладони Никиты переместились под мои ягодицы, надёжно поддерживая, пока я лениво двигала ногами в воде. Тело казалось почти невесомым, зато каждое прикосновение его рук ощущалось особенно отчётливо.

Я смотрела на его мокрые волосы, на капли воды, стекавшие по лицу, и вдруг подумала, что давно не чувствовала себя настолько спокойно и счастливо. Без страха перед завтрашним днём, без желания снова от него сбежать. Просто рядом с мужчиной, которого так и не смогла разлюбить.

— Спасибо за свидание, — тихо сказала я.

— Пожалуйста.

— Даже не ожидала, что ты умеешь.

— Я многое умею.

— Да, это я уже заметила.

Взгляд Никиты опустился к моим губам. Он поцеловал меня сначала коротко, почти невинно, словно действительно собирался вести себя прилично. Но уже через секунду его ладони крепче сжались на моём теле, а поцелуй стал глубже, настойчивее. Я запустила пальцы в его мокрые волосы и прижалась ближе. Сквозь тонкую ткань купальника сразу почувствовала, насколько сильно он возбуждён. Внизу живота мгновенно разлился знакомый жар, и от недавнего спокойствия не осталось ничего.

— Ты продержался пять минут, — прошептала я, едва оторвавшись от его губ. — Почти настоящий романтик. Почти принц на белом коне.

Никита тихо усмехнулся, не выпуская меня из рук.

— Я очень старался, Катя.

Мы выбрались из бассейна. Никита сразу завернул меня в большое полотенце, тщательно укрыв плечи, и только потом набросил второе на себя. В этих простых, спокойных движениях было столько непривычной заботы, что внутри снова предательски потеплело.

Некоторое время мы действительно просто сидели рядом. Я пила шампанское и кормила Никиту клубникой, а