Между двумя революциями - Лев Борисович Каменев

«Русская мысль» в специальной статье, посвященной оценке партий на будущих выборах, принесла полное подтверждение правильности позиции, занятой «Звездой», и, быть может, наибольшее разоблачение официальной кадетской лжи, соблазнившей нетвердые в демократической политике элементы левых групп и партий.

Вот что говорится в указанной статье:

«Практический интерес выборов в 4-ю Г. Думу сведется к борьбе за преобладание между правонационалистско-октябристским блоком и кадетско-прогрессистской коалицией. Идейно же борьба будет вестись, во-первых, между дворянским черносотенным национализмом и конституционно-демократическим империализмом, и, во-вторых, между этим последним и революционными настроениями».

Мы обращаем усиленное внимание всех демократов на сейчас цитированные слова (кстати сказать, находящие полное подтверждение в выступлениях г. Милюкова на страницах петербургских кадетских органов). Они важны во многих отношениях.

Во-первых, здесь с откровенностью, достойной всяких похвал, правооктябристскому блоку противопоставляется уже не просто конституционно-демократическая партия, а «конституционно-демократический империализм». Этот термин «империализм», поставленный рядом с официальным именем либеральной партии, подводит итог и вскрывает смысл всей «прогрессистско-кадетской коалиции». Он знаменует, что эта коалиция, приветствованная и на страницах «Запросов жизни», и на страницах «Живого дела», заключена на основе полного отказа от всяких остатков и следов демократизма, во имя империализма. Теперь уже не может быть сомнения, что кадетско-прогрессистская «коалиция», выступающая против правооктябристского блока, есть торжество собственническо-империалистских тенденций левого октябризма и мирнообновленчества над былыми элементами демократизма кадетской программы. В прогрессивном блоке мы имеем дело с антидемократическим союзом буржуазных империалистов. Демократизм, даже «демократизм» кадетский, уходит на задний план, совсем исчезает, а на первый план выдвигаются контрреволюционные черты умереннейшего конституционализма.

Борьба налево должна стать при подобных условиях неотъемлемой чертой прогрессивно-кадетского блока. И поэтому совершенно естественно, что откровенные защитники новой комбинации не скрывают, что активная борьба с «революционными настроениями явится важнейшей чертой приближающихся выборов».

«Империализм», выдвинутый как знамя кадетского блока, реально ничего другого при данных условиях и не знаменует, как только откровенное признание подчинения либерализма интересам крупной буржуазии и его стремления к активной борьбе с демократией.

«Империализм» знаменует переход на почву гучковщины, содержит обещание согласованной работы с Гучковым в комиссии «государственной обороны», ставит либерализм на услужение Крестовниковым и Рябушинским. Все выступления Милюковых по вопросам внешней политики были только подготовкой «либерального» империализма, которому поверили бы и сановные петербургские верхи и московские миллионы. «Вырывать Думу из рук реакции» в пользу либералов значило бы сейчас передавать ее в руки империализма, клейменного московскими биржевиками и петербургскими «шептунами».

«Империализм» в данном случае есть только иностранным словечком выраженное признание либерализма в своих контрреволюционных задачах.

Общественный смысл союза кадетизма с прогрессизмом выражен этим словом великолепно: оно указывает на то, что союз направо должен был неизбежно сопровождаться провозглашением лозунга борьбы налево.

Демократия должна сделать свои выводы. Недопустимой политической изменой звучат теперь слова трудовика г. Водовозова о том, что «трудовики» считают крайне нетактичным слишком много говорить о контрреволюционности «кадетов».

Демократия должна принять к сведению и руководству откровенное признание либерализма: «Идейно борьба будет вестись, во-первых, между черносотенством и контрреволюционным либерализмом, и, во-вторых, между последним и революцией».

Для демократии «идейная» борьба на данных выборах будет играть доминирующую роль. Если из этой борьбы демократия хочет выйти с честью, она должна немедленно покончить с точкой зрения Водовозовых, немедленно отрешиться от гипноза обманной кадетской формулы «о двух лагерях» и о кадетском центре, поддерживаемом «гибким левым флангом» – по формуле «Запросов жизни», – и стать в решительную боевую позицию по отношению к «кадетско-прогрессивному империализму». Для демократии это единственный путь выполнения ее задач. Должен быть сделан решительный поворот. Мечты о кадетском «центре» должны быть заменены в сознании всех демократов работой над сплочением вокруг единственного решительного противника империалистического прогрессизма, вокруг последовательной рабочей партии.

Военные планы Г. Милюкова[219]

Деп. Чхенкели был совершенно прав, назвав речь г. Милюкова по внешней политике речью «заместителя министра иностранных дел». Но, осветив в этом своем «качестве» внешнюю политику царского режима, г. Милюков, кроме того, показал еще и то, чего можно ожидать от него тогда, когда он будет выступать уже не в качестве заместителя, а в роли доподлинного представителя внешней политики грядущего либерального министерства русской буржуазии. Г-н Милюков не только защищал внешнюю политику режима дворянской реакции, он раскрыл и планы режима буржуазного империализма. Его речь поэтому вдвойне интересна и заслуживает особого внимания русской и, пожалуй, не только русской пролетарской демократии.

Г-н Милюков защищает территориальные планы Болгарии от Сербии. Мы неоднократно говорили уже в «Правде», что задача подлинной демократии России не в том, чтобы поддерживать аппетиты болгарских династий и буржуазии против аппетитов сербских, или сербские против болгарских, а в том, чтобы помочь балканской демократии разрушить и те и другие своей борьбой за федеративную балканскую республику[220].

Теперь останавливаться поэтому на этой части речи г. Милюкова мы не будем.

Важна другая сторона дела. Как защищает г. Милюков болгарские планы?

Равновесие, говорит он, на Балканах все равно уже теперь нарушено, ибо Болгария сильнее всех других балканских государств. И тут он переходит к действительному центру своей речи.

«Сила Болгарии, несомненно, выгодна для России, но она выгодна и для Сербии, если Сербия с Болгарией захочет совместно осуществлять свои дальнейшие национальные задачи».

В чем дело? Вот в чем. Национальные задачи Сербии – полагает Милюков – еще далеко не разрешены. Для их осуществления Сербии потребуется сильный военный союзник, а таковым может быть только Болгария. Поэтому Сербия не должна отталкивать Болгарию своими претензиями в Македонии.

Нельзя сказать, чтобы все это рассуждение было для сербов очень убедительно. Однако смысл его ясен. Г-н Милюков предлагает Сербии отдать Болгарии Македонию для того, чтобы обеспечить себе в лице Болгарии союзника при осуществлении нерешенных еще сербских «национальных задач», т. е. при войне с Австрией[221].

Война с Австрией, а следовательно, и с Германией – вот к чему направлена вся мысль господина министра иностранных дел русской буржуазии. Во имя войны с Австрией он требует уступок от Сербии и поддержки от России для «сильной Болгарии».

Вот почему «сила Болгарии выгодна для России».

Год тому назад русский либерализм на все лады воспевал «славянство», мобилизующееся против Турции. Теперь все яснее становится, что для либерализма дело было не столько в «освобождении славянских братьев» от турецкого ига, сколько в подготовке из этих «братьев» орудия борьбы русского империализма против Австрии. Теперь идет явное науськивание балканских славян против «немца», как раньше шло науськивание против «турка». Война с Австрией и Германией становится для русского либерализма тем