Матабар X - Кирилл Сергеевич Клеванский

— Мотоцикл? Так это называется?

— Конкретно данная модель — «Буревестник», — уточнил Ардан. — Но, в целом, да.

— Адское устройство… хорошо, хоть, тебе не пришлось искупаться.

— Там ничего сложного, Милар. Просто скорость прибавил и позволил законам физики сделать свое дело, но да, в колею действительно лучше не попадать.

Капитан Пнев затянулся, недовольно покачал головой и сел на скамью рядом с Ардом. Тот, устроившись прямо во внутреннем дворе дома на асфальте, разложил холщовое полотно с инструментами, несколько брошюр от господина Фонского и, по локоть измазавшись в технических жидкостях, настраивал мотоцикл под себя. Сидение, руль, жесткость сцепления и рычага переключения передач — все это, как оказалось, можно было поправить при помощь ключа, знаний и должной степени терпения.

— И что, Тесс согласилась на этом ездить?

— Нет.

— Неудивительно…

— Так что на автомобиле ездить будет в основном она, а я на мотоцикле, — добавил Ардан. — Тем более утром в сторону Звездной площади постоянные заторы, а на «Буревестнике» я уже наловчился их игнорировать.

— Игнорировать… Лорду Фахтову показывал? — Милар, откинувшись спиной к дереву, прикрыл глаза и с наслаждением подставил лицо под последние лучи уходящего летнего солнца.

— Они с Еленой все еще не в столице, — ответил Ард. — Поехали с дочкой навестить родителей Елены. Они живут на побережье Теплого залива. В загородном поместье Бориса.

— В загородном поместье Бориса… — повторил Милар. — Общаясь с вашей магической компашкой, Ард, я начинаю обзаводиться каким-то нездоровыми комплексами. Ну, знаешь, на фоне размеров своего оклада.

Арди только скупо улыбнулся. При общении с лордом Борисом Фахтовым, получившим в наследство от своей матери (единственной выжившей в походе группы Охотников на логово Лича) просто до неприличия невообразимо громадное наследство кто угодно почувствовал бы себя немного не в своей тарелке. Для Бориса сотня эксов представляла примерно такую же ценность, как для большинства жителей столицы пара ксо.

— Сам как? — внезапно спросил Милар.

Ардан сорвался ключом с граней болта. Тот звякнул по краю рабочей перчатки, слегка зацепив швы на остатках мизинца и безымянного пальца на левой руке. Боли уже почти не было. Скорее только досада, смешанная с легкой нервозностью.

Арди отложил ключ обратно на тряпку, вытер лоб платком и, поднявшись на ноги, уселся рядом с Миларом. Он, как и напарник, закрыл глаза и повернулся к солнцу. Над головой шуршали листья в кроне, отбрасывавшей на лицо сложный и запутанный, вечно изменчивый лабиринт теней.

— Что ты знаешь? — задал встречный вопрос Ард.

— Полковник на совещание, господин маг, рассказал примерно… все, — Милар, так и не открывая глаз, приложил сигарету к губам и вновь глубоко затянулся.

Какое-то время они молчали.

— Ты меня осуждаешь?

Капитан Пнев ответил не сразу.

— Не знаю… да… нет… наверное… не знаю, Ард. Это сложный вопрос. Я даже не могу представить, как поступил бы на твоем месте, — Милар выдохнул облачко дыма и то исчезло среди зеленой кроны. — Если бы похитили Эльвиру и кого-то из детей… не знаю. Даже думать на эту тему, если честно, не хочу. Но я тебя понимаю. Как и Рейша, в целом.

Теперь уже Ардан промолчал.

— Винишь его?

— Немного, — не стал отрицать очевидного Ард.

Милар кивнул и снова стряхнул пепел прямиком на цветы. Капитан Пнев обладал особым цинизмом по отношению к любой растительности, если та требовала от него к себе какого-то особого отношения. Такая вот забавная деталь характера.

— Потому что ты молодой, — чуть мечтательно протянул Милар. — Еще даже двадцати нет… и, несмотря на все те килотонны дерьма, которые мы с тобой прошагали, ты все еще молодой, Ард. И в твоей жизни все еще нет ничего, больше тебя самого.

Арди с сомнением повернулся к Милару.

— Кроме семьи, разумеется, — тут же добавил капитан. — Но… поверь мне, чем старше ты становишься, тем быстрее семья представляется не частью тебя, и даже не большей частью тебя, а тобой самим. Всей твоей сутью.

Ардан отвернулся обратно к блестящему на солнце мотоциклу.

— Вы с Тесс одни и те же книги читаете? — буркнул он.

— Не знаю, что читает твоя милейшая жена, господин маг, а мне не надо читать что-то о жизни. Я тут, по этим блядским дорогам, не одну пару сапог уже сносил, — криво усмехнулся Милар. — Так что… я могу понять Рейша, который живет ради цели, которая больше, чем он сам, а значит больше, чем его семья. Как, наверное, и Аделаида. Но могу понять и тебя, для которого в жене и близких заключен весь твой мир.

— Ты хочешь сказать, что это пройдет?

Милар немного покачал головой, кривя губами сомневающуюся мину.

— Не то, чтобы пройдет, Ард, просто видоизменится. В нечто чуть иное.

— У тебя изменилось?

— Не знаю… может да, а может… Вечные Ангелы, Ард! Почему я каждый раз веду с тобой разговоры, которые, по идее, должен вести отец и… — капитан открыл левый глаз, посмотрел на напарника, и тяжело вздохнул. — Извини. Ляпнул, не подумав.

— Ничего страшного, Милар. Полагаю, с тобой их тоже некому было вести.

Милар, в ответ на тонкую колкость, граничащую с грубостью, на сей раз стряхнул пепел на ботинки Арда.

— Эй! — возмутился юноша.

Они помолчали и синхронно улыбнулись. Шумел ветер, раздувая шелестящую шапку дерева. Из дома двадцать один по каналу Маркова то и дело выходили люди, затем снова заходили и так до бесконечности. Из-под арки виднелся дорожный просвет, по которому степенно проплывали автомобили а, чуть дальше, за оградой, рассекали гладь черной реки лодки и небольшие прогулочные кораблики, тарахтящие ничуть не тише мотоцикла.

— Так, в итоге, сам-то как? — повторил изначальный вопрос Милар.

Ардан вздохнул и снова закрыл глаза, отдав разум на откуп звукам уже вдоль и поперек изученной и такой знакомой улицы.

— Не знаю, Милар… я… я почти не сделал чего-то непоправимого. Чего-то, о чем… жалел бы. Наверное. Надеюсь, что жалел бы… странно звучит, да?

— Разочарую тебя, — прокряхтел Милар и принял чуть более вертикальное положение. — но нет, господин маг, почти каждый на службе рано или поздно сталкивается с подобной дих… дохта…

— Дихотомией, — подсказал Арди.

— Как