Матабар X - Кирилл Сергеевич Клеванский

скажешь, — фыркнул капитан Пнев, закончивший свое обучение до реформы образования. — Не думай, что ты какой-то уникальный. Подобные душевные метания вполне укладываются в норму. Разве что далеко не у всех у нас есть возможность призвать себе на помощь стаю Аномалий, сжечь половину укрепленного города-крепости и…

— Шамтур пострадал вовсе не из-за меня!

— Ард.

— Что⁈

— Можешь продолжать убеждать себя в обратном, но ты буквально ходячее бедствие. Помнишь, что Гларкин говорил насчет риска превратиться в Аномалию? Так вот ты бы сходил к нему, проверился. Чисто на всякий случай.

— Издеваешься?

Милар указательным и большим пальцем показал «чуть-чуть» а вслух добавил:

— Просто не хочу, чтобы ты мнил о себе больше, чем есть на самом деле, господин маг, — капитан выдохнул очередное облачко дыма и счастливо зажмурился под солнцем. — Да, у тебя, наверное, когда-нибудь, подобные душевные метания будут иметь куда более далеко идущие последствия, но, в своей основе, они мало чем отличаются от любых иных метаний подобного же толка.

Ардан выдохнул и прислонился к тому же дереву, что и Милар.

— Обнадеживает…

— И не говори, — кивнул Милар. — И вообще знаешь, есть такое выражение, что каждый счастливый человек он счастлив одинаково, а вот несчастливы все по-своему, — капитан Пнев выругался. — По мне так немного мимо. Отдает снобизмом, если честно. А если спуститься с высот на землю, то внезапно понимаешь, что несчастливых и счастливых людей почти и нет, Ард.

— В каком смысле?

— В самом прямом, — пожал плечами Милар. — Есть те, у кого охренеть как много свободного времени и кому не надо искать себе ни еду, ни крышу, вот они начинают задумываться о том, чего им еще не хватает в их сытой жизни и мнят себя несчастными. Ну а счастливые… это вообще пшик, — капитан Пнев для наглядности щелкнул пальцами. — Счастье оно порой и секунды не длится. Только оставляет на душе человека такое неизгладимое впечатление, что он начинает за ним бегать, как собачка за сосиской. Или как несчастный наркоман за очередной горсткой Анельской Пыли. Разницы между ними никакой. И, забавно, что пока не догонит, тоже мнит себя несчастным. Просто даже не фоне счастья, так что…

— Так что… что? — поторопил Ард.

— Так что если вдруг начнешь мнить себя каким-то там не таким, как сам себя полагаешь или видишь, господин маг, то просто найди себе дело, — с толикой презрения, направленного не на собеседника, а вовне, закончил мысль Милар. — Когда дел столько, что не успеваешь толком удалиться к отхожему месту, чтобы с чувством и расстановкой посрать, то все эти мысли о счастье, несчастье, долге, одиночестве, каких-то тревогах, да даже о любви, Ард, они все… вжу-у-х! — Милар свистнул и провел ладонью по воздуху. — Уносятся даже не на второй, а на сто какой-то там план.

Ардан вздохнул и улыбнулся.

— Я уже слышал когда-то нечто подобное.

— Н-да?

— От ковбоев.

— Я так полагаю, что у них дел по горло.

— Не без этого.

Они снова замолчали. На этот раз куда дольше. Достаточно, чтобы сквозь арку рассмотреть несколько трамваев, следующих по чуть отличающимся маршрутам. Там, чуть ниже по каналу Маркова, как раз находилась развилка трамвайных путей.

— Как там твои успехи с гримуаром Дрибы и материалами, перехваченными у Тазидахиана?

— Чуть больше, чем нулевые, — Ардан с благодарностью в голосе переключился на новую (или очень старую, смотря с какой точки зрения посмотреть) тему разговора. — А твои с установкой истории Лиаэлиры и тем вампиром?

Милар скривился и сплюнул желтоватой слюной куда-то на газон.

— Примерно такие же, господин маг. Так что будем работать в поступательном режиме, надеясь, что в ближайшее время нам не придется опять лбом сталкиваться с Кукловодами.

Ардан не стал напоминать про свой отпуск. Во-первых, он уже совсем скоро, даже по словам Полковника, закончится, а во-вторых майор Мшистый был прав. У Плащей не имелось законного, обусловленного уставом, отпуска.

— Что на горизонте?

— Кроме головной боли, дырявых ботинок и попыток вытрясти у Дагдага новое снаряжение? — усмехнулся Милар. — Ничего интересного, господин маг. Ждем, когда с тобой свяжется Пижон на тему Нарихман. Попутно прокатимся, ближе к середине следующего месяца к Крылатому Озеру…

— В тюрьму для магов?

Милар снова приоткрыл один глаз и смерил Арда оценивающим взглядом.

— Догадался, — не спрашивал, а утверждал капитан Пнев. — Да, именно туда. Полковник почти договорился, чтобы с тобой побеседовал один… заключенный, у которого весьма обширный опыт в… данных вопросах. Он уже получил копию документов Тазидахиана и, по идее, скоро закончит их изучение.

Брови Арда поползли наверх.

— Заключенный? Копию особо секретных материалов?

Милар вздохнул и, потушив окурок, достал из портсигара новую папиросу. Снова закурил. Порой Милар справлялся со своей привычкой (не без помощь Эльвиры), но неизменно опять срывался.

— Это особый случай, Ард. Впрочем, сам все поймешь, когда поедем, — отмахнулся Милар и коротко прокашлялся. — Ну и из самого ближайшего это своеобразный подарок от твоей хорошо знакомой журналистки.

— Таисия Шприц?

— Она самая, — кивнул Милар. — Поскольку наш отдел уже какое-то время сидит без особых дел в ожидании либо прорыва по озвученным фронтам, либо очередного выверта заговорщиков, то Полковник решил, что раз мы, в твоем, причем, лице, влезли в постель к Шприц, то нам и отмываться. Так что записи разговора Степана Халски, все фотографии и прочее с Распорядителем Телкартс будем раскручивать именно мы.

— Но это ведь не связано с Кукловодами!

— Да, но это связано с таким словом… как же его… дай-ка подумать… ах да, капрал, это слово называется приказ, — с легкой издевкой отметил Милар. — Так что готовься. Через три недели, когда вернутся Урский с Эрнсоном, проведем небольшое расследование. И, если честно, я даже рад. Наконец-то обычная работа, не связанная ни с демонами, ни с химерами, ни с Эан’Хане, ни с прочей мутохренью. Я вот сейчас говорю это и думаю, какой демон меня потянул озвучить это вслух… вдруг сглазил.

— Мутотенью.

— Нет уж, господин маг, я сказал именно то, что хотел сказать, — придерживая сигарету одними только зубами, Милар поднялся с места и отряхнул тонкие брюки. — Я бы предложил помочь тебе с этим агрегатом, напарник, но, боюсь, Вечные Ангелы меня проклянут