Матабар X - Кирилл Сергеевич Клеванский

Можно было, конечно, заехать в «Брюс» к Аркару, но Арди еще утром, проезжая мимо, заметил темные окна. Полуорк явно был занят делами своей новой роли главы банды Орочьих Пиджаков.

— А! Точно, — спохватился юноша.

Арди рассеянно похлопал себя по карманам и наткнулся на плотный казенный прямоугольник. Извещение пришло еще пока они с Тесс находились в поезде, следующем из Шамтура обратно в столицу, и спокойно дожидалось своего хозяина в почтовом ящике.

«Императорский Порт Метрополии. Склад 11-Б. На Ваше имя прибыл груз из Лазурного Города. Просим получить в течение четырнадцати дней».

Груз из Лазурного Города.

Ну конечно!

Арди почувствовал, как губы сами расползаются в улыбке. Глупой и немного мальчишеской, совершенно не подобающей дознавателю второй канцелярии. Не то, чтобы Арду не было на это плевать. Он глянул на часы. До закрытия складов оставалось часа четыре. По идее должно хватить.

В порт на автомобиле соваться не стоило. Подъезды к докам вечно стояли забитыми подводами, так что машину там можно было оставить разве что навсегда. Понимая это, Ардан доехал до канала Маркова, поставил автомобиль во дворе, а сам дошел до угла и вскочил на подножку трамвая, идущего на восток.

Вагончик, дребезжа и раскачиваясь, покатил вниз, к Ньюве. Арди стоял на задней площадке, подставив лицо ветру, и глядел, как мимо плывет город. Впервые за последний месяц ему было решительно некуда спешить. И, что удивительнее, впервые за много дней его это вполне устраивало.

* * *

Императорский Порт Ардан услышал раньше, чем увидел.

Сначала сквозь шум трамвая пробились утробные, перекликающиеся над водой гудки. Потом в окна лениво вполз запах. Смола, мокрая пенька, не очень свежая рыба, угольный дым и еще сотня оттенков, слитых в один густой портовый аромат, не сравнимый ни с чем на свете. А затем трамвай вывернул к набережной, и порт тут же предстал во всей своей красе.

У причалов, насколько хватало глаз, стояли суда: чумазые угольщики с осевшими бортами, пассажирские пароходы с надраенной медью, парусники-ветераны, доживающие век на коротких линиях. Между ними сновали буксиры, над дышащими черным дымом трубами поворачивались стрелы паровых кранов, а по пирсам текли встречные реки грузов. Громоздкие ящики, пузатые бочки, тяжелые тюки, мешки, и, куда чаще, связки труб. Грохот лебедок, ругань десятников, свистки, скрип канатов — все это сливалось в единый рабочий гомон, способный к вечеру довести непривычного человека до сводящего с ума звона в голове.

Работали здесь буквально все расы, какие только водились в столице.

Люди, разумеется, составляли абсолютное большинство. Грузчики с блестящими от пота спинами, сварливые весовщики, снующие всюду конторские с папками наперевес. Между ними ворочали габаритные грузы огры: одному такому не требовалась лебедка, чтобы снять с подводы бочку, какую четверо людей закатывали бы с помощью Вечных Ангелов, ругани и досок. А у дальнего пакгауза Ардан увидел гиганта — и, как всегда при виде гигантов, на секунду засбоил глазами.

Издали тот казался обычным человеком в рабочей робе. Обычным человеком рядом с игрушечными подводами и кукольными «людишками». Лишь вблизи накатывало настоящее понимание масштаба. Четыре с лишним метра роста, ладонь размером с тележное колесо и даже не ящик, а целый контейнер на плече, которому самое место на платформе грузового поезда.

«— Мы видим знаки, Говорящий. И мы ждем. Запомни мое имя.»

Ардан отмахнулся от воспоминаний о Мариандате и поспешил по своим делам.

Склад 11-Б отыскался в глубине грузовой зоны. У ворот скучал молодой работник с журналом.

— Груз из Лазурного Города, на имя этида Арда Эгобара, — Ардан протянул извещение.

Парень сверился с журналом, кивнул, ушел ненадолго в глубину склада и вернулся уже не один. Следом вышагивал начальник смены. Плотный мужчина с усиками и с той особенной начальственной неторопливостью, по какой сразу видно человека, освоившего главную науку своей должности: профессиональным образом, со всей ответственностью и знанием дела, замедлять время. Настолько, чтобы дела получаса растягивались на весь диаметр циферблата.

Он взял извещение, потом документы Арда, и долго их читал.

— Та-а-ак, — протянул он наконец, и Ардан уже по этому «так» понял, что дело пахнет керосином. И вовсе не из-за соответствующих бочек на заднем плане. — Этид Эгобар, значит. А тут, господин, неувязочка выходит. У вас в документе пометочка стоит. Про происхождение ваше в виде ближайшего родственника Первородных, — усики над его губой многозначительно шевельнулись. — А в отправной накладной из Лазурного Города ничего такого не указано. Не значится там, что получатель — полукровка. Несоответствие данных получателя. Не могу выдать. Никак не могу. Уж простите.

— В накладной указано имя, — спокойным тоном напомнил Ардан и показал на графу в документе. — Имя совпадает.

— Имя-то совпадает, — с удовольствием согласился начальник смены. — А данные, увы, нет. Порядок есть порядок. Груз придется задержать до выяснения. Запрос в Лазурный, ответ оттуда, комиссия… Месяца полтора, может, два. А там, глядишь, и сроки хранения выйдут, — он развел руками с плохо скрытым предвкушением, — и груз, по регламенту, отойдет…

Договорить он не успел, потому что за его спиной кто-то громко и презрительно хмыкнул. Ардан поднял глаза. Над штабелем ящиков, футах в пятнадцати от земли, обнаружилось лицо гиганта-грузчика, с интересом слушавшего беседу.

— Опять, — прогудел гигант, ни к кому конкретно не обращаясь. — «До выяснения». Третий груз за месяц у него «выясняется».

— Тебя не спрашивали, Горандот! — взвизгнул начальник смены, разом растеряв неторопливость.

Ардан вздохнул. Ему было лень. Честно, по-человечески лень — спорить, взывать к регламенту, писать жалобу в управление порта. Поэтому он просто достал из внутреннего кармана черную кожаную обложку с гербами Империи и Черного Дома и молча раскрыл ее перед дрожащими усиками.

В конторе склада наступила замечательная, звенящая хрусталем тишина. Такую, наверное, стоило бы продавать на Рынке Заклинаний поштучно. Эксов за десять.

Начальник смены испуганно смотрел на удостоверение. Удостоверение холодно взирало на начальника смены. Усики над верхней губой мелко задрожали, и лицо их владельца проделало стремительный путь от начальственно-розового к серому, почти как портовый туман.

— П-п-прошу… п-п-прощения, — выдавил он. — Нед-д-доразумение, г-господин П-плащ… то есть д-дознаватель. Сию минуту. Все сию мину-т-ту оформим.

Бумаги подписывались с такой скоростью, что стальное перо ручки дважды рвало лист. Через пять минут Ардан расписался в последней графе, а гигант Горандот, все с тем же презрительным фырканьем в адрес начальства, одной рукой выволок из глубины склада на свет здоровенный