Матабар X - Кирилл Сергеевич Клеванский

голову туда, куда указывал студент, и увидел у стойки Магистрата аккуратную стопку одинаковых серых папок. Табличка над ними сообщала: «Ежегодный конкурс Магистрата на инженерно-прикладное изобретение. Условия участия и техническое задание. 1 экс 15 ксо».

Дома без подключения к сети и собственных отсеков генерации.

Арди вспомнил Лазурный город с его газовыми фонарями и масляными лампами. И, разумеется, Дельпас. Незнакомый студент был прав. Большая часть Империи и правда обходилась без Лей-сети, а вечерами у себя дома все так же жгли масло. А чем такое масло порой оборачивается, Ардан теперь уже вряд ли когда-нибудь забудет.

Левая рука отозвалась короткой вспышкой боли. Ардан машинально сжал и разжал пальцы под тонкой черной перчаткой, купленной второпях еще в Шамтуре.

Он подошел к стойке, выложил экс с мелочью и взял верхнюю папку. Та оказалась неожиданно плотной, весьма увесистой, и перетянутой шнурком. Внутри лежали идеально гладкие листы с техническим заданием, регламентом и сроками подачи.

Тысяча сто эксов и роялти. Против двухсот утюгов. Как ни крути, а выбор выходил не самым сложным в его жизни.

— «Все как вы говорили, профессор», — мысленно усмехнулся Ардан, пряча папку под мышку. — «Размениваться на рутину не буду. Посмотрим, чего стоит ваш совет».

У выхода из зала он задержался еще у одной конторы — мастерской кожевенных и портновских работ для магов, обслуживавшей Рынок. За стеклом лежали перчатки для работы с реагентами, нарукавники, чехлы и прочие весьма полезные изделия.

— Мне нужна перчатка, — сказал Арди мастеру. — Левая. Тонкая, под любую погоду, чтобы не бросалась в глаза. И чтобы можно было работать с печатями, не снимая.

— Травма? — деловито уточнил мастер, доставая мерную ленту.

— Травма, — Ардан снял перчатку и положил раненую ладонь на прилавок. — Изоляция от вредоносной Лей не требуется я просто… очень сильно порезался.

— Снимем мерку по здоровой, на правую дадим припуск, — мастер бережно, ни о чем больше не спрашивая, обмерил его правую кисть. — Через неделю будет готово. С вас три экса. Предоплаты, если есть членский билет, не нужно. Заплатите, как будет готово. Вдруг придется править.

Выйдя на улицу с папкой под мышкой, Ардан поймал себя на давно забытом чувстве. Легкий, сухой зуд поселился в кончиках пальцев (тех, что остались), а вместе с ним пришло желание немедленно сесть за чертежи. Может быть, даже набросать первое, десятое, тридцатое решение и все их тут же безжалостно отбраковать.

Спящие Духи! Как же давно он уже чувствовал этот азарт из-за маячившей на горизонте загадки. Свои исследования, зашедшие в тупик, такого уже какое-то время не приносили. А расследование дела Кукловодов все больше и все быстрее походило на какой-то далеко уже не детский ужастик.

Так что, признаться, с этим позабытым, но столь вожделенным чувством ехать на север было куда веселее.

* * *

За мостом Конных Войск город привычно менялся.

Сначала потянулись торговые кварталы, ничем не отличимые от центра, а затем улицы вдруг сузились, вздыбились и полезли на холм. Ардан сбросил скорость едва ли не до пешеходной.

Район Первородных строил едва ли не безумный художник. Причем, судя по результату, в несколько приемов и каждый раз в новом, весьма скверном настроении. Но, разумеется, все объяснялось хаотичными, порой незаконными стройками все прибывающих в столицу Первородных.

Улочки здесь были такими, что боковые зеркала едва не чиркали о камень. Дорога без предупреждения превращалась в лестницу, лестница — в чей-то двор, а двор, уже через мгновение, снова в дорогу. Двустороннего движения тут не существовало в природе.

Арди отыскал пятачок разбитой брусчатки, где помещался автомобиль, заглушил мотор и, выходя, по старой памяти выложил на капот несколько монеток ксо.

Для шпаны.

Дальше Ард двинулся пешком, вверх по каменной лестнице, мимо невозможного соседства эпох и народов. Широкие орочьи дома с резными барельефами и большими окнами подпирали плечами приземистые дворфийские кубы без единого украшения, но такой кладки, что с виду простоят еще тысячу лет. Между ними ютились маленькие, почти игрушечные гоблинские постройки. А потом тесный переулок кончился, и Ардан вышел на Неспящую улицу.

Даже сейчас, средь бела дня, улица сияла всеми огнями. Впрочем, на то она и Неспящая. Говорящее название.

Над головой жужжала паутина Лей-кабелей, перекинутых от дома к дому, спутанных узлами, увешанных лампами и выцветшими разноцветными флажками. Лавки стояли настежь открытыми, без всяких стекол. Товар, зачастую, лежал прямо на улице, под трущимися друг о друга тряпичными навесами. Связки сушеных трав, ряды склянок, лотки с какими-то алхимическими заготовками, а через два шага, как и всегда, свежий хлеб по два ксо за полкило и гора яблок. Волшебное и съестное здесь соседствовало без малейшего смущения, а в толпе между лавками одинаково деловито перемещались орки, дворфы, эльфы, гоблины и люди в цветных плащах магов.

Лавку смол Ардан нашел скорее по запаху, нежели благодаря вывеске. Терпкий, хвойно-медовый аромат перебивал даже соседнюю коптильню.

За прилавком, заставленным банками всех размеров, восседала эльфийка. Точнее, то, что перед ним именно эльфийка, Арди понял лишь со второго взгляда. Коренастая, сгорбленная, с руками в старческих пятнах и с лицом, где вечная эльфийская красота, судя по всему, проиграла затяжную войну возрасту и скверному характеру.

Причем проиграла с разгромным счетом.

— Чего надо? — вместо приветствия каркнула она.

— Смолу. Северная порода, трещина вдоль древка, — Ардан снял с плеча чехол и наполовину вытянул посох.

Эльфийка глянула на материал, потом на Арда, потом снова на дерево. Наклонилась, шумно принюхалась к древку и вдруг выпрямилась настолько, насколько позволяла ее согнутая спина.

— Ты где его так, паршивец? — рявкнула она. — Это ж кто так с Чар-древом обращается⁈ Такой материал повредить… Руки твои поганые, полукровные, оторвать надо! Оторвать и в твой тощий зад засунуть! Чтобы ногти из горла торчали! Такой материал даже с демонами под юбкой у Королев Фае хер отыщешь, а ты… Обо что ты приложил эту красоту, изверг сраный? Об стену или о свой тупой лоб⁈

— Об автомобиль, — честно сказал Арди. — Два автомобиля. Они падали с холма.

— Падали с холма, — передразнила эльфийка с таким отвращением, будто он признался в ужасном грехопадении, а не автомобиле падении. Ладно, дурацкий каламбур. — Лучше бы ты сам с него свалился. Маги пошли… Раньше маг за такой посох глотку бы порвал или член бы себе отрезал. Чтобы таких идиотов не плодить! Или вообще все сразу. А теперь… с холма они