Пекарь в Академии магии, или Головная боль для ректора - Татьяна Терновская

— Пекарь в Академии магии! — воскликнула она, — никогда бы в такое не поверила, если бы своими глазами не увидела письмо!

Слухи о моём поступлении разнеслись по нашему городку быстрее лесного пожара (спасибо Элле, Белле и Сибелле), но поначалу никто в них не поверил. И чуть ли не ежечасно к нам домой заглядывали друзья, знакомые и знакомые знакомых, чтобы выяснить правду. Бабушке каждый раз приходилось показывать то самое письмо из Академии, так что его впору было поставить в рамочку. Только увидев официальное подтверждение, люди успокаивались и принимались активно меня поздравлять, заставляя чувствовать неловкость. Да, мне удалось попасть на факультет боевой магии, но, как сказал Уильям Дорсет, это был лишь аванс. Если я завалю зимнюю сессию, то с позором отправлюсь домой.

Кстати, о ректоре. Шли дни, а от него так и не было ответа. Я каждое утро заглядывала на почту, надеясь, что письмо уже пришло, и раз за разом уходила с пустыми руками. Либо Уильям Дорсет был слишком занят, либо отвечать на мои вопросы было ниже его достоинства. В моей душе росла обида. Из-за своего неблагородного происхождения я и так чувствовала себя уязвимой, не хотелось вдобавок к этому демонстрировать полное невежество об устройстве Академии.

Когда я в очередной раз вернулась домой ни с чем, то решила больше не ждать ответа ректора, а отправляться в путь и разбираться с проблемами уже на месте.

— Опять ничего? — спросила бабушка, накрывая стол для завтрака.

Я молча развела руками.

— Нехорошо. — Бабушка покачала головой, бросая в заварник палочку корицы. — И знакомых у нас там нет.

На кухню вошёл дедушка, уже успевший перемазаться синей краской. Он был художником и обычно вставал очень рано потому, что ему нравилось работать при мягком утреннем свете.

— Совсем эти аристократы обнаглели! — Дедушка завёл привычную песню. — Образование должно быть доступным для всех! А они присвоили себе Академию и не пускают туда талантливую молодежь.

— Правила уже поменялись, — напомнила я.

Но дедушка продолжал ворчать.

— А толку⁈ — воскликнул он, — ты вот поступила, но ничего не знаешь! А детям аристократов наверняка с самого детства нанимали репетиторов, чтобы подготовиться к учёбе в Академии. И преподаватели там сплошь из знати! Помяни моё слово, деткам всяких графов и герцогов будут делать поблажки, а с вас три шкуры спустят!

После дедушкиных слов на душе стало совсем паршиво. Мало того что я оказалась в заведомо невыгодном положении, так ещё и этот противный Уильям Дорсет так и не ответил на моё письмо! А может, этим он решил показать своё отношение ко мне? Что считает, будто я не потяну учёбу в Академии?

— Не надо сгущать краски, — попросила бабушка, выставляя на стол тарелку оладий и баночку земляничного варенья.

— Я сказал правду, — отрезал дедушка, садясь на свой стул.

Бабушка хотела ему возразить, но её прервал стук в дверь.

— Да сколько можно! — воскликнула она, бросив ложку на стол, — уже весь город у нас побывал! Не буду открывать им и всё!

Бабушка упрямо скрестила руки на груди. Мне тоже не хотелось в сотый раз пересказывать очередному любопытному соседу, как я сдавала экзамен в Академию, поэтому я не двинулась с места, продолжая спокойно помешивать ложкой чай. Дедушка вообще сделал вид, что ничего не слышит.

Прошла пара минут. За дверью было тихо. Я решила, что гость (кем бы он ни был) сдался и ушёл, но затем снова послышался стук. Уже более громкий и настойчивый. Я и бабушка переглянулись.

— Чтоб у этих сплетников языки отсохли, — проворчала она.

В дверь постучали в третий раз. Стало понятно, что незваный гость не собирался уходить. Я со вздохом поставила чашку на блюдце и вышла из-за стола, гадая, кого нелёгкая принесла сегодня. Может, сапожника с другого конца города? Он к нам вроде ещё не заходил. Или это пришёл мистер Эвенски, хозяин стаи злобных гусей?

Перебирая в уме знакомых, я подошла к двери, распахнула её и ойкнула. На пороге стоял Уильям Дорсет собственной персоной. Красивый и недовольный.

— Доброе утро, — проговорил он. Хотя судя по выражению лица ректора, «добрым» оно явно не было.

— Что вы здесь делаете⁈ — спросила я, от удивления напрочь забыв о манерах.

Уильям Дорсет нахмурился.

— Странно слышать такой вопрос от тебя. — С этими словами он залез во внутренний карман пиджака и вынул моё письмо. Значит, ректор всё-таки его получил! — Собирайся!

— В каком смысле? — растерялась я.

— В прямом, — раздражённо ответил Уильям Дорсет, — поедем в Академию. — Он кивнул на экипаж, ожидавший перед нашим домом.

— Вы собираетесь сами отвезти меня в Академию⁈ — воскликнула я, не веря своим ушам.

Уильям Дорсет усмехнулся.

— А что, моя кандидатура тебя не устраивает? — спросил он, — интересно знать, кого ты хотела видеть в роли провожатого? Может быть, самого наследного принца? Правда, он занятой человек, но если ты отправишь ему такое же полное отчаяния письмо. — Ректор потряс в воздухе конвертом. — То Его Высочество может и сжалится над тобой.

Опять Уильям Дорсет надо мной издевается!

— Никакого отчаяния в моём письме не было, — упрямо пробубнила я, — и вообще, могли бы просто ответить. Не было нужды приезжать лично!

— Вот как? — протянул ректор, — а я-то, прочитав твою писанину, испугался, что ты заблудишься по дороге и наше королевство лишится пекаря. Страшно представить, каким ударом станет для страны потеря столь ценного специалиста!

Сказать, что я пожалела о решении написать Уильяму Дорсету, значило сильно приуменьшить силу охвативших меня чувств. Так хотелось захлопнуть дверь прямо у него перед носом! Но я сдержалась, а заметив соседей, с любопытством заглядывающих за забор, схватила ректора за руку и втащила в дом.

— Спасибо, что приехали за мной, — нехотя поблагодарила я.

В прихожую вышла бабушка, явно встревоженная моим длительным отсутствием. Увидев Уильяма Дорсета, она удивлённо на меня посмотрела.

— Бабушка, познакомься, это ректор Королевской Академии Магии мистер Дорсет, — представила его я.

— О, тот самый! — воскликнула бабушка, без стеснения его разглядывая.

Уильям Дорсет посмотрел на меня.

— Вы рассказали обо мне бабушке? Как мило! — издевательским тоном проговорил он, — наверное, и в дневнике про меня написали?

Мои щёки возмущённо вспыхнули.

— Да ничего я не писала! — запротестовала я, — и вообще у меня нет никакого дневника.

В ответ Уильям Дорсет только усмехнулся, а бабушка, тем временем уже пригласила его на кухню.

— Для нас огромная честь принимать такого гостя! — затараторила она, — если бы вы заранее предупредили, что приедете, я