Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

— Я вот о чём ещё подумал, — на мгновение Долгорукий задумался, вертя пальцами запотевший стакан. — А принц Родриго не может быть отцом ребёнка?

— Государь? — вытаращился на него советник.

— А что? — пожал плечами император. — Ты же сам утверждал, что Родриго пытался ухаживать за женой Колояра. Вдруг что-то да и произошло между ними?

— Полагаете, нужно запустить дезинформацию? — мгновенно сориентировался Матвей Александрович.

— Как раз этого я и не хочу! — раздражённо проговорил Долгорукий. — Мне выгодно, чтобы старшая жена хранила верность Колояру Волоцкому. Первородный, лишённый Дара — наш шанс избежать крупных потрясений в будущем. Их дети не смогут повлиять на политическую ситуацию, когда станут взрослыми. А евгеникам дай указание: тщательно следить за развитием первенца. У него-то как раз может проявиться сильный Дар. Когда я спрашивал про испанского принца, была ли у него связь с Волоцкой, имел в виду совершенно другое. А вдруг ребёнок от инфанта? Тогда предсказание Рекущих становится весьма актуальным. И не забывай, что Родриго — потомственный ликантроп. Нам ещё оборотней в Москве не хватало.

— Я дам указание Евгенической Палате, — опять щёлкнул камешками Елизаров. — Любая промашка дорого обойдётся нам.

Советник замялся, словно хотел что-то спросить, но не мог преодолеть некий барьер неуверенности и страха. Долгорукий внимательно поглядел на него, заметив набежавшую тень на лицо.

— В чём дело, Матвей? У тебя возникли сомнения? Или другими проблемами хочешь меня загрузить?

— Я подумал, государь… Если сын Волоцкого — не от Колояра, то что делать с ребёнком?

— А ты сам не знаешь, как поступить? — с лёгкой насмешкой спросил его император. — Раньше за тобой такой неуверенности не замечал. И когда ты финансировал костромской проект, и когда посылал наёмников в Торгуев, чтобы молодую девчонку убить…

— Это… немного другое, мой государь. Здесь ведь ребёнок. Ждать ли нам, когда его Дар начнёт проявляться, или подстроить какую-нибудь болезнь? Капля зелья может отправить его в могилу за пару дней.

— Матвей, ты совсем с катушек съехал? — рыкнул Долгорукий. — Невинное дитя, ещё не получившее Дар, не должно пострадать! И не вздумай своевольничать! Ты мне лучше скажи, советник верный, нашёл ли папку с документами князя Пронского?

— Государь, уже три года прошло после той зачистки, — осторожно проговорил Матвей. — Мои люди с ног сбились в поисках той самой папки. Аналитики перебрали тысячи вариантов, куда Пронский мог спрятать те документы. Опросили всех людей, ранее у него служивших, моделировали ситуации, и… никакого результата. Со всей уверенностью могу сказать, что папка сгорела в пожаре.

— Уверенность — это очень сильно сказано, — задумчиво бросил Долгорукий. — А ты газеты читаешь, Матвей? Ну, кроме биржевых и политических статей? Обычную бульварщину, например.

Елизаров ощутил во рту противную сухость. Он хорошо выучил характер императора за долгие годы, будучи советником, и находясь рядом с ним денно и нощно. И если в его голосе появились насмешливые и чуточку ехидные нотки, значит, Дмитрий Ярославич пытался завуалировать своё раздражение.

— Нет, не читаю, — признался Елизаров и положил на колени чётки, чтобы схватить стакан с морсом. Сделал несколько глотков, настраиваясь на головомойку. Что император разглядел в пустой писанине щелкопёров, гоняющихся за дутыми и жареными сенсациями?

— Зря, — цокнул языком Великий князь. — А вот мне иногда в кабинет заносят папочку с интересными вырезками. Не только у тебя есть аналитики, которые, как я понял, даром хлеб едят. Мои умники, оказывается, плодотворнее работают.

Он поднял правую руку, щёлкнул пальцем, и буквально через несколько секунд в его ладонь легла кожаная коричневая папка, которую ему подал один из охранников. Долгорукий со странным выражением на лице протянул её советнику.

— Почитай, что мне насобирали за последние три месяца, — сказал император. — Я сначала счёл это бредом и развлекательной сказкой, чтобы удержать внимание читателей. Но публикации продолжались, некоторые щелкопёры пытались высосать из этого анекдота что-то вроде сериала… Ты читаешь?

— Да, Ваше Величество, — Елизаров перебирал газетные вырезки, относящиеся только к одной теме: выходу из комы загадочного человека, выжившего в каком-то пожаре. Его тело обгорело настолько сильно, что ни один из Целителей не давал ему ни единого шанса на выживание. Почти три года за него боролись, применяя самые передовые магические техники, вплоть до выращивания новой кожи. И вот недавно грянула сенсация. Профессор Яворский во всеуслышание заявил, что Призрак (как его назвали за необычный цвет воссозданной кожи) встал на ноги и проходит медицинскую и социальную реабилитацию. Ни имени его, ни фамилии признанный светило магической медицины не называл.

— Что скажешь? — взяв с блюдца тарталетку с чёрной икрой, Долгорукий закинул её в рот, и пока Елизаров собирался с мыслями, неторопливо прожевал.

— Мой государь, — осторожно проговорил советник и закрыл папку. — Я так понимаю, этот Призрак мог оказаться выжившим в сгоревшей усадьбе Пронских? Мне нужно его найти и расспросить?

— Не факт, что он служил у князя Пронского. Мог обгореть совсем в любом другом месте. Но ты прав, Матвей. Напряги князя Залесского, а ещё лучше сам займись. Найди всех участников той акции, расспроси подробно, кто где находился, на какой позиции. Мог ли кто-то пожалеть человека, выползшего из огня? Нельзя отрицать и такого момента. Каждого, Матвей! Каждого опроси. Но сначала поговори с профессором Яворским. Он наверняка знает, где находится Призрак.

— Я понял, государь! — вскочил Елизаров, едва успев подхватить чётки, лежавшие на коленях. — Начну с профессора…

Император стряхнул с пальцев крошки песочной тарталетки, тяжело поднялся и стал расхаживать под шатром.

— Этот Призрак… Он меня всё-таки беспокоит. Слишком много вопросов, слишком много совпадений. Три года назад Пронских убрали, и тогда же в одну из столичных клиник привезли обгорелого человека. Кто он такой? Кто-то из семьи князя? Охранник, челядь? И ещё один момент!

Долгорукий остановился перед замершим Елизаровым; его палец уткнулся в грудь советника.

— Пошли магов на пепелище усадьбы Пронских. Пусть возьмут образцы земли с каждого участка и проверят свежий аурный след. Предположим, что Призрак — ближайший соратник князя Константина, случайно выживший и впавший в кому. Или кто-то из родственников. А сейчас, когда очнулся и встал на ноги, решил проверить, что находится на месте особняка. Такое может быть?

— Вполне себе логичный вывод, — кивнул Елизаров.

— Тогда ступай,