2 брата. Валентин Катаев и Евгений Петров на корабле советской истории - Сергей Станиславович Беляков

года, “Парус” уже был издан и переиздан. Однако фраза о Вальтере Скотте не случайна. Надо писать сюжетную историческую прозу – вот что имел в виду Катаев. Революция 1905 года была хоть и недавней, но уже историей.

Одним выстрелом Катаев убил не двух, а даже трех зайцев. Власти и советская критика высоко оценили повесть о революции 1905 года. Читатели открыли для себя новую приключенческую книгу. Ценители высокой литературы признали Катаева настоящим мастером, большим писателем, одним из лучших стилистов советской литературы. Одобрительно отозвался[1289] о повести Исаак Бабель. К этому времени он почти перестал писать, но похвала автора одесских рассказов и “Конармии” дорогого стоит. “Это великолепно, – говорила Вера Инбер. – Я встретила вашу книгу с двойным удовольствием – и как читатель, и как одессит”.[1290] Юрий Олеша тогда, в 1936–1937-м, повести Катаева не прочитал. Он откроет ее только в 1955-м, за пять лет до собственной смерти. Завистливый и самолюбивый, он всё же призна́ет триумф друга: “Хорошо. Катаев пишет лучше меня. Он написал много. Я только отрывочки, набор метафор”.[1291]

Для Катаева самой дорогой была бы похвала Бунина, но связь с ним – давно потеряна. В конце тридцатых Валентин Петрович уже не имел возможности поехать во Францию. О реакции Бунина на “Белеет парус одинокий” он узна́ет только в конце пятидесятых, уже после смерти учителя. Тогда он с женой был в гостях у вдовы писателя, и Вера Николаевна, по воспоминаниям Эстер Катаевой, рассказывала им, что Бунин читал “Белеет парус…” вслух, говоря: ну, кто еще так может!

“Я, сын трудового народа…”

“Валентин Катаев на большом и долгом подъеме и будет писать всё лучше и лучше. Это одна из больших надежд”[1292], – предсказывал Исаак Бабель. Его слова сбудутся не сразу. Новую повесть “Электрическая машина”, блестящую, но почти не замеченную читателем, Катаев напишет только в 1943-м. “Хуторок в степи”, продолжение истории Пети Бачея и его близких, появится в оттепельном 1956-м. Мовистская проза начнется в середине шестидесятых. А пока, в 1937-м, Катаев вместо продолжения истории Пети и Гаврика пишет повесть “Я, сын трудового народа…”, которую Бунину лучше было не показывать.

Однажды в редакции газеты “Правда”, вспоминал Катаев, ему “дали пачку хранившихся в сейфе материалов об интервенции на Украине и попросили срочно, отложив всякую другую работу, написать об этом. Среди документов были приказы генерала Гофмана, командовавшего в 1918 году оккупационной германской армией на юге России, донесения партизанских отрядов того времени, выписки из немецкой прессы. Познакомившись с этими материалами, я вдруг ощутил в себе «магическую вспышку» и написал «Я, сын трудового народа» так же стремительно, как «Парус»”[1293].

Неизбежная война с фашизмом всё ближе. В 1937-м Сергей Эйзенштейн начинает снимать фильм об Александре Невском. Режиссура Эйзенштейна и музыка Прокофьева (“Вставайте, люди русские!”) пробуждали национальные чувства и в самых аполитичных людях. Мальчишки во дворах играли в Александра Невского и немецких псов-рыцарей. В 1938-м на экранах появится “оборонный” фильм (был такой жанр) “Если завтра война…”. Его снимали сразу четыре режиссера. Результат соответственный – довольно простенький фильм-агитка, зато в нем снялись настоящие летчики, живые легенды советской авиации: Водопьянов, Бабушкин, Громов, Юмашев. Их именами скоро будут называть улицы советских городов. А уж сколько там войск, авиации, сколько танков, только что пробки на дорогах не возникают! По сюжету на Советский Союз нападает некая фашистская страна; ее не называют Германией, но враги говорят по-немецки, на вражеских знаменах, на танках, на касках пехотинцев изображен знак, очень похожий на свастику. Идеология этой страны также хорошо знакома: “Да здравствует наша раса!”. Разумеется, этот фильм несопоставим с шедевром Эйзенштейна, но работали режиссеры и сценаристы во имя общего дела: готовили народ к войне с фашистской Германией.

В фильме “Если завтра война…” есть важный эпизод – всеобщая мобилизация. Весь советский народ готов идти бить врага, звучит знаменитый марш братьев Покрасс на стихи Лебедева-Кумача:

Если завтра война, если враг нападет,

Если темная сила нагрянет —

Как один человек, весь советский народ

За любимую Родину встанет.

На земле, в небесах и на море

Наш напев и могуч и суров:

Если завтра война,

Если завтра в поход —

Будь сегодня к походу готов!

Явная перекличка с прокофьевской “Вставайте, люди русские!”. Только встает не русский, а “весь советский народ”.

За два года до этой агитки на экраны вышел фильм Александра Мачерета по сценарию Валентина Катаева “Родина зовет”. И это тоже кино о скорой войне с фашистской Германией. И здесь Красная армия, ее авиация и танки громят врага.

“Родина зовет”, “Если завтра война…”, “Танкисты”, “Эскадрилья № 5” – “оборонные” фильмы о войне, которая должна вот-вот начаться, “Александр Невский” – о далеком прошлом. Но писали книги и снимали фильмы и о прошлом недавнем.

В 1939-м Иван Пырьев снял фильм “Трактористы”. Название как будто не оборонное, но с первых же кадров ясно: это кино не только о трудовых подвигах. Это кино – о войне. Уже титры идут под знаменитую песню братьев Покрасс “Три танкиста” о победе советского оружия над враждебными самураями. И Первая мировая не дает о себе забыть: из украинского чернозема гусеницы трактора выворачивают старую немецкую каску: “Немец, с восемнадцатого года. Офицер. <…> Порастеряло немецкое офицерье свои головы на нашей земле”. И понимают колхозники: “Снова боевое время близится. Опять немца на нашу землю тянет. <…> Опять драться будем”.

О германской оккупации Украины в 1918 году, о партизанском движении против захватчиков и написал Валентин Катаев повесть “Я, сын трудового народа…”. Название предельно официозное – это первые слова присяги красноармейца. Почти сразу же повесть экранизируют под названием “Шел солдат с фронта”.[1294]

Действие начинается в феврале 1918-го. Главный герой повести – демобилизованный солдат-артиллерист Семен Котко. Бедный кузнец, он хочет жениться на Софье, дочери богатого мужика Ткаченко (отставного фельдфебеля Ткаченко Катаев несомненно взял из своей военной жизни). Кулаку Ткаченко такой зять не нужен. На помощь Семену приходят представители новой власти – председатель сельсовета Ременюк и революционный матрос Царёв. Однако вскоре власть меняется. Немцы оккупируют Украину, добираются и до родного села Семена Котко. Председателя и матроса вешают, Ткаченко становится старостой, невесту у Семена отбирает и собирается выдать ее замуж за помещика. Семен уходит к партизанам и начинает борьбу – и за свою любовь, и за большевистскую власть. Разумеется, положительный герой торжествует.