Гагарин - Лев Александрович Данилкин

57

В тех случаях, когда нужно было пройти через какого-нибудь вахтера, он гарун-аль-рашидовским жестом опускал их на нос и, улыбнувшись своей улыбкой, спрашивал что-нибудь вроде: “Отец, ты что же это, своих не узнаешь?” У вахтера отпадала челюсть.

58

У Гагарина была своя система, с помощью которой он уклонялся от гаишников, которые не желали упускать свой шанс пообщаться с первым космонавтом и непременно останавливали его машину, якобы лишь потом догадавшись, кто перед ними. “Попадая по делам в Москву, Юра старался вести машину так, чтобы от светофора до светофора проскочить на зеленый свет. Если же случалось, что регулировщик путал вдруг его расчеты и красный свет загорался, когда он был у перехода, Юра прятал голову под руль, делая вид, что ему надо устранить какую-то неполадку”.

59

Особенно его занимало – еще, опять же, с Саратова, где он слышал “Русалку”, “Кармен”, “Пиковую даму”, “Сусанина”, “Тоску” – искусство оперы, и список представлений, на которых он побывал, выглядит впечатляюще: от “Аиды” в Вене до “Турандот” Ла-Скалы на их гастролях в Большом.

60

О том, что Советский Союз был настоящей сверхдержавой, можно судить по тем фактам, что американские газеты отводили чуть ли не целые полосы под статьи, в которых описывались эстетические разногласия советских граждан. The Washington Post, 22 декабря 1962 года: “Гагарин присоединяется к перебранке относительно современного искусства. Москва, декабрь, 21. Советский космонавт Юрий Гагарин сегодня присоединился к русским критикам абстрактного искусства и «завывающей и истеричной музыки твист». В письме в молодежную коммунистическую газету «Комсомольская правда» первый русский космонавт подверг порицанию «художников и композиторов, ищущих дешевой популярности и стремящихся создать себе репутацию новаторов». Авторы заявили, что они не могут молчать, когда «такие творения вызывают запор в чистом течении советского искусства»”. The New York Times, 9 мая 1963 года: “Гагарин поддерживает нападки на писателей! Советский космонавт присоединился к хору критиков, поносящих популярных нонконформистских писателей Yevgeny Yevtushenko, Vasily Aksyonov and Andrei Voznesensky”.

61

Гагарину постоянно что-то дарили, и в какой-то момент это стало проблемой; поэтому одним из первых общественных помещений в Звездном городке стала “Комната славы”, куда слетавшие космонавты могли передать излишки сувениров. Даже и разгруженная, гагаринская квартира напоминала посетителям пещеру Аладдина, а сам список даров – борхесовскую энциклопедию китайского императора: набор предметов, организованных по загадочному принципу и оказавшихся в одном месте по непонятным критериям: австралийский бумеранг, рудничная лампа, эльзасская кукла, золотой, украшенный семью бриллиантами – и свидетельствующий о прохождении пилотских курсов – значок Les Aiglons d’Ivry, бронзовая фигура Икара, медвежья шкура, пистолет, фигура литейщика, “канадка” – куртка офицеров-подводников, афганский столик из ляпис-лазури с изображением Луны и полета на нее советского космического корабля, глобус без Америки, гигантский омар, индийский головной убор “топи”, напоминающий пилотку, как у Неру, попугай ара, не говорящий голосом хозяина, но имеющий обыкновение хвалить себя вслух – “Лора хорошая, красивая”, трость из пальмирового дерева, украшенная орнаментом, покрытая прозрачным лаком и снабженная клеймом со скопированной с оригинальной фотографии надписью “Изогиз”, кованный серебром щит – символ города Асуан в борьбе за свободу и независимость арабского народа, аккордеон Melodia III производства завода “Гармоника” (ЧССР), георгин специально выведенного тюрингской фирмой Chrestensen сорта “Юрий Гагарин”, оригинал рисунка Херлуфа Бидструпа “Дания снимает шапку перед советским героем космоса”, мантия (просторный халат из дорогой ткани в полоску), перьевые украшения на голову, серебряный портсигар, много лет передававшаяся из поколения в поколение в семье греческой женщины Ефросинии Милонаку монета времен Александра Македонского, набор кубинских сигар (от Ф. Кастро), гирлянда “журавликов мира” (от детей Хиросимы), белое кимоно, покрытое лозунгами борьбы за разоружение, и японская же головная повязка с надписью “За мир”, трофейное Красное знамя, захваченное в 1941 году в Киеве дарителем, лейтенантом СС Фридрихом Шмидтом, который “сегодня второй раз капитулирует и в знак этого возвращает флаг…”{63}, катер на шесть спальных мест с тентом и стосильным мотором, каска пожарного Управления пожарной охраны шведского города Мальмё, серебряный глобус со спутником, персидский кот, ажурная шкатулка из чугуна каслинского литья, деревянная шкатулка с узорами, выпиленными учениками спецшколы для слепых детей лобзиком, портрет афганского короля с автографом, набор каракуля на шубу и ковер, патент – от западногерманского изобретателя Генриха Кремера – на новый способ изготовления строительных плит с разрешением “использовать его на благо Советского Союза и всего человечества”; старинная, 1466 года, гравюра из меди с дарственной надписью “Способствуйте, пожалуйста, взаимопониманию между нашими народами!”{63}. Дальнейшие судьбы этих даров могли быть невероятно причудливыми; так, зимой 2010 года автор этой книги обнаружил в Дарвиновском музее в Москве гигантского омара, перешедшего в собственность Гагарина в Америке. Экспонат сопровождался объяснительной табличкой, из которой следовало, что Гагарин передарил омара конструктору В. Глушко, Глушко – некоему А. Елисееву, а тот – отдал в музей; жалко, что нам неизвестно, в каких выражениях дарители преподносили своим контрагентам это существо.

62

Неверный шаг (фр.). – Прим. ред.

63

Холодная война шла не только в космосе, но и на земле – и подчас принимала самые комические формы. В мае 1961 года американцы прознали, что русские назвали некий вновь обнаруженный минерал “гагаринит” – и заерзали, что опять “их парни” проигрывают сражение. Вряд ли в СССР предполагали, что кто-то воспримет этот камень как брошенный в свой огород, однако же реакция последовала незамедлительно: началась “война камней”. Американцы, во-первых, тут же подвергли сомнению информацию, не подтвержденную ни точными описаниями, ни точными сведениями о месте обнаружения камня; а во-вторых, принялись нервно гадать, удостоится ли подобной чести первый американский астронавт Алан Шепард, который, в сущности, ничем не хуже. Узкое место оказалось совсем не там, где можно было его ожидать. Как выяснилось, минерал “шепардит” уже существует – но спокойной ситуацию с ним не назовешь. Дело в том, что назван он был так еще в середине 80-х годов XIX века в честь одного геолога, точнее, самим этим геологом в честь самого себя, причем, как впоследствии выяснилось, другие геологи уже описали эти камни и присвоили им другие имена (шрайберзит, энстатит и бруцит, если вам интересно), так что не вполне ясно, забито все-таки название “шепардит” или нет. Существуют всего три образца “шепардита”, причем, странным образом, два из них (шрайберзит и энстатит) были добыты из метеоритов. Научный обозреватель газеты The Washington Post, описавший всю эту неразбериху в статье под броским заголовком “Красные дошли до того, что называют камни в честь Гагарина”