Маскарад - Ирена Мадир

– Не переживай, малышка, опыта у меня больше, чем у моего племянника.

Он обхватывает мои ноги, поднимая их так, что мои бёдра оказываются напротив его таза. Ксены Рутила почти такие же агрессивные, как и хозяин. Их зубцы не просто царапают, они раздирают кожу, попадая даже по клитору и вызывая вспышку боли. Член Рутила упирается в меня…

И вдруг…

Раздаётся стук в дверь.

Он такой деликатный и негромкий, что сначала нам всем кажется, будто послышалось. Сфен и Рутил переглядываются, а я концентрируюсь на том, как подёргиваются мои пальцы перед тем, как наконец сжаться в кулак. Контроль над телом постепенно возвращается, а сердцебиение усиливается.

Снова стук.

– Что это ещё, блять, такое? – шепчет Сфен, будто забыв на миг, об артефактах, которые и так не позволяют звуку вырваться за пределы этих стен. Однако внутрь они его впускают, поэтому стук продолжается.

– Юночка, я же знаю, ты не спишь, видела тебя, когда домой вернулась, – звучит хрупкий старческий голосок пожилой женщины.

– Какого хуя? – шипит Рутил.

– Моя соседка, – кое-как выговариваю я. – У неё деменция.

– Детонька, мне пирог захотелось сделать, а маслица-то и нет. Ты уважь старушку, а?

Рутил раздражённо отпускает мои ноги, бросая на кровать, и приказывает Сфену:

– Проверь!

Тот вскакивает и подходит к двери. Я вижу край коридора со своего места и выход. Сфен прикладывается к глазку, пытаясь увидеть гостью.

– Никого, – рапортует он.

– Она низкая, – бормочу я, – её никогда в глазок и не видно, тупой ты ублюдок.

– Кажется, кому-то полегчало? – хмыкает Рутил. – Ничего, у меня есть дополнительная порция для непослушных малышек.

– Юночка? Ты чего там? Тебе плохо? Может, кого вызвать?

– Она ведь вызовет, – издевательски хихикаю я.

Рутил и Сфен напряжённо переглядываются под возобновившийся стук.

– Выгляни, скажи, что ты её парень и трахаешь её, пусть эта ебучая бабка съебётся уже! – раздражённо выпаливает Рутил, возвращаясь ко мне.

Сфен же, повинуясь требованию, щёлкает замком, приоткрывая дверь, чтобы в щель сообщить старушке убираться. Вот только пожилой соседки у меня никогда не было…

Длинное лезвие пронзает шею Сфена и тот хрипит, оседая на пол и держась за горло руками. Кровь хлещет из раны и шипит, а дверь открывается шире. Внутрь заходит Иолит.

Он мокрый от дождя, и на нём нет ни маски, ни шлема. В полумраке и под воздействием пыльцы Призрак кажется мне восхитительно жутким духом мщения с провалом носа, как у голого черепа, и ярко сияющими глазами. В руках он держит длинный, немного изогнутый узкий меч, с которого капает кровь Сфена.

Рутил тут же отскакивает, поднимая меня и держа перед собой, словно щит. Из матраса он быстро вытаскивает нож и приставляет его к моей шее. Острие упирается ровно туда, где бьётся вена. Я напрягаюсь, стараясь не шевелиться, хотя приходится опираться на колени, и боль пульсирует на каждом порезе, усиливаясь.

– Привет, Юна, – Иолит смотрит на меня, его губы подрагивают в горькой улыбке. Он будто пытается приободрить, хотя не может не видеть на моём обнажённом теле каждую рану. – Спасибо, что подыграла, дорогая.

Я облизываю кровоточащие от пореза губы, ощущая вкус металла во рту, и хрипло выдыхаю:

– Опаздываешь на вечеринку.

– Прости, я наверстаю упущенное, – обещает Призрак, а после его взгляд перемещается к Рутилу. – Ты всегда был идиотом, дядюшка.

– Даже не думай, выблядок! Решишь напасть, и я перережу глотку этой сволочи. Твоя энергия из неё вытравлена, так что спасти не выйдет. Сфен, блять, вставай!

Тот жутко хрипит, но упирается ладонью в стену и медленно выпрямляется. Рассечённая шея всё ещё шипит от активно действующей регенерации, но наверняка понадобится больше времени для излечения. Тем не менее Сфен умудряется даже прикрыть дверь за Иолитом.

– Не дёргайся, племянничек, иначе эта шваль сдохнет, – предупреждает Рутил. – Брось луатхар… Брось! – Нож вжимается в мою кожу, пуская новую струйку крови.

Иолит разжимает пальцы, меч звякает, упав на пол.

– Сфен, свяжи этого урода.

Тот отлипает от стены, но тут же начинает заваливаться и вновь оседает вниз.

– Ёб твою мать, Сфен!

– Давай решим всё между нами, – Иолит делает шаг вперёд и поднимает руки, показывая, что не держит оружия. – Я и ты.

– О, таах и простой тёмный? Наши шансы, конечно, будут равны! – саркастично замечает Рутил. – Какой же ты невыносимый, самоуверенный кусок дерьма! Как и твой папаша! Вы все считали, что лучше меня. Но я лучше всех вас, вы ёбаная шваль, грязь под моими ногтями, вы…

– Низшие существа? – подсказывает Иолит, снова делая шаг к нам.

– Вот именно! Вы возомнили, что можете всем управлять? Нихуя подобного! И твоя мать, и мать твоего папаши – жалкие человеческие шлюхи! Я! Я истинное наследие тёмных, всё должно принадлежать мне! И ты тоже! Ты – моя инвестиция, ублюдок! Это я свёл твоих родителей! Я! Мне ты обязан своим появлением на свет! И твой отец… Вечно вам мало… Сидел бы на должности иртааха, но он захотел получить клан! Мой! Мой клан!

– И ты решил его убить, понимаю, – спокойно кивает Иолит.

– Заткнись, блять! И стой, где стоишь! – Рутил дёргает меня, вынуждая спиной вжаться в его грудь. – Сейчас мы с твоей голозадой тварью встанем и уйдём, а ты… Ты ещё поймёшь, кто твой хозяин!

Сейчас, когда Рутил угрожает мне ножом и способен одним движением уничтожить меня, руки Иолита связаны. Как же освободить моего Призрака? Вариантов немного…

Я делаю судорожный вдох, снова и снова, подкатывая глаза и пуская слюну изо рта. Тело трясёт, отчего боль усиливается, но странный приступ не заканчивается, вызывая растерянность у моего пленителя.

– Ты дал ей что-то? – спрашивает Иолит.

Рутил в замешательстве, а из-за пыльцы подобное состояние становится куда объяснимее. И когда моё тело обмякает, Рутил, неготовый к отключке своей жертвы, на мгновение теряет контроль, не успев придержать моё сползающее по нему тело. Нож соскальзывает с кожи, отдаляясь от шеи, и этого достаточно…

Иолит тенью пролетает сверху. Рутил едва успевает отшатнуться, чтобы не попасть под атаку. Он освобождает меня, и я с трудом приподнимаюсь на локтях, довольная тем, что достаточно правдоподобно сыграла обморок. Иолит успевает оттеснить Рутила от меня. Мне трудно следить за их быстрыми движениями,