Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин

В уступках Рузвельта Сталину в отношении Китая в некоторой степени повинен Черчилль своим безразличием к событиям в Азии. Черчилль считал – не столько в оправдание, сколько ради отвода от себя ответственности, – что Тихоокеанская война была делом только Соединенных Штатов, и поэтому не хотел вмешиваться в переговоры Рузвельта со Сталиным.

В Японии о Ялтинском соглашении узнали значительно позже, но все же ранее, чем оно было официально опубликовано советской стороной. Естественно, что Японию интересовало вознаграждение, которое Советский Союз получил за свое участие в Тихоокеанской войне.

«Оно может показаться небольшой ценой за участие СССР в войне против Японии. Но так ли это? Можно ли в свете последовавших мировых событий сказать, что эти уступки представляли существенную стоимость для Великобритании и Соединенных Штатов? Если во время Ялтинской конференции они знали бы, что Япония скоро сдастся, пожелали бы они заплатить эту цену за участие в войне?»[252]

Ялтинская конференция была закончена. Оставалось только окончательно согласовать принятые за неделю решения и приготовить текст коммюнике. Здесь Черчилль принял усердное участие, введя многочисленные редакционные поправки в текст, приготовленный государственным секретарем Стеттиниусом. Большинство этих поправок касалось представлений Черчилля о правильном «британском» английском языке. Сталин внес несколько незначительных поправок.

Секретное соглашение Рузвельта и Сталина не было включено в коммюнике. По личным соображениям Рузвельт не показал его даже Стеттиниусу, а передал его на хранение своему ближайшему доверенному адмиралу Лэхи.

«Советское правительство сумело создать для себя такое положение, которое дало ему возможность оговорить заранее выгодное вознаграждение за свое вступление в Тихоокеанскую войну. Нейтральное положение его позволяло японскому правительству надеяться, что оно может „купить“ продление этого положения… Подчеркнутая отчужденность советского правительства от Китая заставляла китайское правительство опасаться за свою судьбу, когда Советский Союз решит использовать свою силу и влияние против него. Намеки советского правительства, что оно готово воздержаться от участия в войне против Японии, если не потребуется помощи Советского Союза, заставляли американское правительство беспокоиться относительно риска и цены, связанных с продолжением советского нейтралитета»[253].

Поиски выхода

Легкомысленность расчетов японских военных и политических деятелей сперва выбить из строя Великобританию путем захвата ее тихоокеанских владений, а затем лишить Соединенные Штаты воли продолжать войну стала очевидной вскоре после начала войны. К концу 1942 года силы Японии стали заметно истощаться, в то время как военная мощь западных союзников шла стремительно по восходящей линии.

Провал этих расчетов заставил японских политических и военных руководителей строить шаткие надежды на непрочность альянса Советского Союза с другими участниками антигитлеровской коалиции.

Планы в этом направлении вначале сводились к заключению Советским Союзом сепаратного мира с Германией, затем к включению первого в общий германо-японо-советский фронт против Великобритании и Соединенных Штатов.

Еще весной 1941 года, через шесть месяцев после заключения дружественного договора между Германией и Советским Союзом, Риббентроп разработал дополнительное положение, которое нашло живейший отклик в японских правительственных кругах:

«1. Советский Союз соглашается присоединиться к державам оси с целью предотвратить дальнейшее развитие военных действий и привести их к быстрому концу;

2. Советский Союз признает за Германией, Японией и Италией руководящее положение в установлении ими «нового порядка» в Азии и Европе, в ответ на что державы оси отнесутся с уважением к территориальной целостности СССР;

3. Державы оси, с одной стороны, и Советский Союз – с другой, обязуются не оказывать помощи никакой стране и не примыкать к любой группе держав, настроенных враждебно к договаривающимся державам;

4. Следующие зоны влияния должны быть сохранены за договаривающимися державами:

а) район Южных морей – Япония;

б) Центральная Африка – Германия;

в) Северная Африка – Италия;

г) Средний Восток, включая Иран и Индию, – СССР»[254].

В Берлине министр иностранных дел Японии Мацуока узнал от Риббентропа, что в предварительных переговорах последнего с Молотовым советское правительство проявило живой интерес к германскому плану. Дальнейшую подготовку переговоров с советским правительством Мацуока вызвался взять на себя, так как он все равно должен был вести в Москве переговоры о заключении с Советским Союзом пакта о ненападении. Мацуока должен был склонить Советский Союз на сторону держав оси и этим помочь Германии одержать победу в войне против Великобритании.

Неожиданно разыгравшиеся события в Югославии сорвали эти тщательно разработанные планы. Пока Мацуока совещался с Риббентропом относительно альянса держав оси с Советским Союзом, Гитлер уличил Сталина в закулисной игре в Югославии. На другой день после подписания в Москве советско-японского пакта о ненападении нацистские войска внезапно обрушились на Югославию.

Японские военные и политические деятели не оставляли мысли о необходимости мирных отношений между Германией и Советским Союзом даже после начала между ними военных действий. Нападение Германии на Советский Союз вынудило премьер-министра Конойэ потребовать расторжения пакта дружбы Японии с двумя другими державами оси на том основании, что она вступила в него только с целью противопоставить этот альянс силам Англии, Франции и США.

Как и большинство других стран мира, Япония считала, что Советский Союз будет выбит из строя в течение первых трех месяцев. После того как прошел этот обозначенный срок, японское правительство несколько раз пыталось склонить Германию и Советский Союз к миру. Министр иностранных дел Сигэмицу трижды предлагал Молотову посредничество в нахождении компромисса для установления мира между Германией и Советским Союзом.

Еще в начале 1944 года, предвидя разгром Германии, некоторые лица в правительственных кругах (например, Кончи Кидо, лорд-хранитель печати) настаивали на необходимости для Японии заключения мира при условии, что проблема тихоокеанских пространств должна быть разрешена странами, населяющими регион. Япония предлагала демилитаризировать оккупированные ею территории на азиатском материке и Тихоокеанские острова и передать их смешанной комиссии, составленной из представителей Японии, Советского Союза, Соединенных Штатов и Великобритании. Страны, не являющиеся главными и основными державами в пространствах Тихого океана, должны перейти на вечное положение нейтральных стран. Экономическая политика должна быть основана на принципе открытых дверей и равных возможностей для всех стран.

В деле развития этого плана и представления его Соединенным Штатам и Великобритании имелось в виду заручиться посредничеством Советского Союза.

«В свете современного международного положения, и в особенности ввиду подавляющей мощи США и СССР в сравнении с неуклонным истощением наших национальных ресурсов, я считаю, что наша страна должна выиграть время, по крайней мере, на столетие, ради накопления будущих сил… наихудшая катастрофа, могущая постигнуть нашу страну, – это ее изоляция и нападение на нее со всех сторон могущественных державам мира. Из этого следует, что мы должны искать возможности прекращения военных действий путем перехода на сторону Советского Союза и Китая»