Матабар VII - Кирилл Сергеевич Клеванский

— Господ Керимова и Эгобара вполне хватит для физической работы, а вам надо будет вскрыть и каталогизировать ящики, — профессор протянул… Полине Эркеровской целую кипу бумаг. Что же, может быть, Листов чуть лучше разбирался в людях, чем о нем полагали. Впрочем — не важно. — Открытие уже совсем скоро, а часть залов пуста. Так что, думаю, вы не откажетесь получить зачет по практике за одну бессонную ночь, проведенную вдали от родных кроватей.

Начиная со второго курса, все Звездные маги обязаны были проходить летние практики. Обычно подобное «занятие» ограничивалось подсобной работой в Гильдии Магов или на Рынке Заклинаний. Иными словами — государство старалось по максимуму использовать дефицитные кадры Звездных магов еще даже до того, как те получали диплом. Что, с логической точки зрения, весьма оправдано.

С другой стороны — студенты, особенно студенты Большого, старались увильнуть от данных практик всеми доступными и недоступными способами. Просто потому, что ничего нового за три недели, проведенные на практике в качестве «принеси-подай», ты не узнаешь, да и эксов не заработаешь. Чем, в свою очередь, активно пользовались профессора, превратив «зачет по практике» в отдельный вид весьма желанной валюты.

— Разумеется, профессор Листов, — отсалютовал Иолай. — Все будет сделано в лучшем виде и даже несмотря на то, что в нашу компанию затесались два не самых расторопных индивида.

— Так замечательно, что вы радеете за подданных нашей родины, — прокряхтел профессор. — А теперь прошу меня простить, меня ждет лаборантская, крепкий чай и такой же крепкий сон. И, пожалуйста, не задерживайтесь. В музее вас ждут… — профессор отогнул манжет и посмотрел на часы компании «Линири Ирика». Не покупные. Наградные. Арди все сильнее уверялся в своих подозрениях, что медальон Старшего Магистра за весьма специфические исследования. — Вас ждут ровно через полтора часа.

Еще раз улыбнувшись всем присутствующим, профессор Листов отправился в сторону неприметной двери в конце аудитории. Из всех преподавателей, да и студентов тоже, Листов единственный, кто почти никогда не брал с собой посох. Да и при его скудном, почти отсутствующем количестве лучей и звезд подобная привычка совсем неудивительна.

Борис с Ардом, пока Агров и Эркеровская молча смотрели на кипу бумаг в её руках, поспешили выйти из аудитории. Увы, им не удалось скрыться на лестнице прежде, чем их догнал бы Великий Князь со своей свитой.

— Дорогие Борис и… — Агров смерил Арда насмешливым взглядом. — Ар-р-рд, — явно специально «прорычал» Иолай. — Может быть, мы все признаем, что вы, в силу своей абсолютно скудной умственной добродетели, лишь помешаете процессу? Предлагаю вам небольшую сделку. Вы займете свою ночь, чем обычно занимают её такие господа, как вы, а мы все сделаем без опаски того, что вы либо что-то сожжете, либо разрушите.

Иолай, весьма довольный отсылкой к неприятным эпизодам прошлого двух друзей, с выражением лица человека, победившего как минимум в небольшой войне, фривольно помахал рукой. Мол, «ступайте».

Ардан, может, и поспешил бы согласиться с предложением… поступи оно от кого-то другого. Но доверять на слово Иолаю Агрову — один из самых странных способов сделать собственную жизнь хуже.

— Ард, друг мой, тебе не кажется, что Большому стоит позаботиться об утеплении окон, — Борис пощелкал пальцами рядом со своим ухом. — Кажется, задувает.

— Думаешь? — переспросил Арди, понимая, к чему клонит Фахтов.

— Ну разумеется, — закивал Борис. — Иначе как еще объяснить, что я слышу, как дворняга лает.

Иолай не побледнел, не покраснел, даже бровью не повел.

— И действительно, господин Фахтов, — хмыкнул Иолай. — С окон дует… может, поэтому вы вспоминаете родные места. Подворотни. Канавы. Или где там обитают отлученные от семьи, позорящие кровь аристократии, безродные бродяги. Ох, что бы сказала ваша бедная мама. Наверное, Вечные Ангелы, если бы смогли выдержать её внешний вид, сильно растрогались.

Обычно Иолай не позволял себе незавуалированных грубостей. На людях он всегда поддерживал свое реноме одного из претендентов на престол. Воспитанного, статного аристократа — сына одного из самых прославленных военных нынешнего времени.

Вот только сейчас, в коридоре последнего этажа корпуса факультета Общих знаний, кроме них больше никого не было. И, видимо, данный факт не только развязал язык Иолая, но и руки Бориса.

Фахтов сжал кулак и решительно шагнул вперед, но Арди успел встать между Великим Князем и своим другом.

— Рукопашная? — отмахнулся Иолай. — Как это обыденно. Скучно даже. Вы бы поберегли свое колено, лорд. Как оно? Кстати, слышал, что проблемы с суставами нижних конечностей неблагоприятно влияют на способность мужчины к продолжению рода. Вы бы поинтересовались, может быть, тот позор, который вынашивает ваша простолюдинка-служанка, вовсе не от вас, милейший лорд.

Иолай все так же сохранял спокойствие, чего не скажешь о Борисе, который, кажется, вот-вот был готов отпихнуть в сторону Арда и использовать свой посох совсем не по назначению. Борис Фахтов никогда не отличался ни выдержкой, ни благоразумием.

— Что с тобой не так? — держа друга за плечи, в пол-оборота головы спросил Ардан. — Все и так знают, что ты будущий первоклассный военный маг и не дурак. Чего тебе еще надо?

Глаза Иолая сверкнули недобрым огнем, а брови чуть сдвинулись.

— Не разговаривай со мной, грязная нелюдь и…

— Да чистый я. Регулярно моюсь, — все так же устало выдохнул Арди и, чувствуя, как проходит напряжение в плечах товарища, отпустил хранящего молчание Бориса. — Хочешь, в дуэли тебе проиграю? При всех. В какой угодно манере. Или что еще там в твоей голове происходит? Уймись уже.

— В дуэли ты мне проиграешь, животное, когда я сам сочту своевременным, — едва ли не со слюной в уголках губ процедил Иолай.

Странным образом Великий Князь не мог сдержать себя вовсе не из-за Бориса, а из-за Арда. Неужели все дело в одном-единственном танце Великой Княжны Анастасии?

Ардан покачал головой и прикрыл глаза.

— Иолай…

— Для тебя — Великий Князь Иолай Агров, ублюдок, — тихо прошипел Агров. Несмотря на то, что в коридоре, кроме них, все так же ни души, Иолай все равно не рисковал. Ему ведь нельзя «терять лицо».

— Как угодно, — пожал плечами Ардан. — Честно, у меня к тебе… к вам, Великий Князь, нет никаких отрицательных эмоций. И я искренне прошу прощения, если вызвал их у вас. Пожалуйста, хватит пытаться отравить мою и Бориса жизнь. Мы ведь взрослые люди. И даже если неприятны друг другу, давайте постараемся просто друг друга не замечать. Это сохранит всем нам нервы, силы и время.

Арди говорил искренне и открыто. Он действительно, несмотря на попытки Иолая причинить ему