Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Она спустилась к ручью, возле которого строила молитвенную башню из камней. Гермиона удивленно остановилась. Оба берега покрывали заросли камыша, которых она не помнила здесь раньше. Само место казалось теперь другим. Более тёплым. Окружённым магией. Она наложила на берег заклинание, отталкивающее магглов, и более сложные Охранные чары. Затем открутила крышку бутылки и сделала большой глоток.

Девушка вспомнила, как кто-то говорил ей, что можно напиться быстрее, если пить через трубочку. Гермиона не знала, правда ли это, но решила все равно наколдовать её для себя. Она подсчитала, что у неё есть несколько часов до смены в Больничном крыле. Этого времени было достаточно, чтобы напиться, вдоволь поплакать, сидя под мостом возле ручья, и немного протрезветь, прежде чем отправиться обратно на Площадь Гриммо.

Гермиона не успела поужинать, поэтому алкоголь быстро ударил ей в голову.

Она сидела в зарослях камыша и плакала.

Она ненавидела Малфоя. Как он посмел потребовать её, сделать её изгоем и напомнить ей о семье Криви. Она так хотела придушить его собственными руками.

Резко поднявшись, Гермиона взяла верхний камень со своей молитвенной башни и бросила его в воду.

От её неосторожного движения вся башня затряслась и с грохотом рухнула в воду. Задохнувшись от ужаса, девушка стала собирать мокрые камни, пытаясь отстроить её заново.

В таком состоянии её движениям не хватало ловкости и координации, которые были необходимы для возведения новой башни. Сделав несколько неудачных попыток, Гермиона обессилено села в воду, продолжая плакать.

Она давно не чувствовала себя такой жалкой, но сейчас ей было всё равно. Девушка подумала о том, что ей следовало купить две бутылки портвейна вместо одной.

— Какого черта ты здесь делаешь, Грейнджер?

* цитата из трактата Сунь-Цзы «Искусство войны»

Примечание к части

Арт к истории

Автор bombina62 https://www.deviantart.com/karinkacherryb/art/Manacled-829064367

36. Флэшбэк 11.

Июль 2002.

Гермиона резко подняла голову и увидела Малфоя, стоявшего на дороге. Она была слишком уставшей и злой, чтобы смущаться из-за того, что ее нашли пьяной и плачущей в ручье.

— Отвали, Малфой, — сказала она, шлепнув ладонью по воде так, чтобы та брызнула в его сторону.

— Ты что, пьяна? — спросил он.

— Нет, придурок, я сижу в ручье абсолютно трезвая, — ответила девушка, закатив глаза. — Проваливай отсюда. Я не хочу с тобой разговаривать. Я не хочу видеть твое мерзкое лицо. Если бы я могла забыть о твоем существовании, не рискуя положением Ордена, то сделала бы это в мгновение ока.

Она снова заплакала.

— Черт бы тебя побрал, — выругался Малфой, глядя на нее сверху вниз с тем же раздражением, которое читалось на его лице, когда он рассказал ей о подаренной ему мантикоре. — Грейнджер, ты не можешь сидеть и рыдать в ручье, — наконец сказал он.

— Вообще-то могу, — возразила она. — Кроме тебя, здесь никого нет. Я уже зачаровала эту местность. Никто из магглов не подойдет и не заметит меня. Я тщательно спланировала свой эмоциональный срыв, а ты все портишь. Поэтому... просто проваливай отсюда.

Ее голова казалась тяжелой, и Гермиона уронила ту на колени. Ей было холодно сидеть в ручье, но девушка твердо решила не двигаться, пока Малфой не уйдет.

Раздался приглушенный хлопок, а затем крепкая хватка внезапно сомкнулась на ее руках, и она обнаружила, что ее вытаскивают из воды.

— Отпусти!

Гермиона ударила Малфоя по запястью и пнула его в голень, пытаясь освободиться.

— Оставь меня в покое. Вы с Волдемортом разрушили мою жизнь. Неужели мне даже не позволено иногда сожалеть по этому поводу?

— Грейнджер, ты идиотка!

Малфой схватил ее в охапку и аппарировал. Они снова появились в хижине.

Она ошеломленно оглядела комнату, цепляясь за него для равновесия.

— Зачем мы здесь? — потребовала Гермиона ответа. Ее голос дрожал, когда она отступила и попыталась выпрямиться. — Ненавижу это место. Представитель одной из богатейших волшебных семей во всей Европе выбирает местом для встреч жалкую лачугу. Как будто я не в курсе, с каким презрением вы относитесь к грязнокровкам. Почему бы тебе просто не купить бордель или соляную шахту, чтобы встречаться там со мной?

— Я говорил тебе, что существует табу, и ты все равно использовала имя Темного Лорда! — прорычал Малфой. — Вот почему ты не можешь напиваться в гребаном ручье, независимо от того, сколько проклятых магглоотталкивающих чар ты наложила.

Гермиона моргнула и уставилась на него.

— Ненавижу тебя, — наконец сказала она.

— Это чувство определенно взаимно, — ответил он, глядя на нее с выражением презрения.

Она обессиленно рухнула на пол.

— Я так ненавижу тебя, — сказала Гермиона. — Я уже была одинока... а потом ты потребовал меня и сделал еще хуже. По крайней мере раньше... если кто-нибудь спрашивал, все ли со мной в порядке, я могла ответить правду. Но сейчас... я не могу сделать даже этого. Теперь... даже если мы победим, у меня никогда уже не будет нормальной жизни. Все остальные будут свободны, а я все еще буду принадлежать тебе. Я навсегда останусь одна...

Она закрыла лицо руками и снова заплакала.

— Гарри и Рон никогда не простят меня, — продолжила Гермиона. Все ее тело сотрясалось от рыданий. — Даже если это поможет выиграть войну... они никогда не простят меня.

Через несколько минут ее плач немного стих.

— Я действительно не понимаю, почему ты решила, что меня это волнует, — Малфой безразлично глядел на нее сверху вниз.

Она пристально посмотрела на него.

— Ты привел меня сюда, зная, что я пьяна. Если тебе так не хотелось выслушивать меня, то мог бы просто оставить в покое, как я тебе неоднократно говорила. Не понимаю, почему бы тебе просто не убраться ко всем чертям!

Он выгнул бровь.

— Сначала проклятие во время дуэли, теперь ещё и оскорбления в мой адрес — и все это в один день. Похоже, я наконец-то добрался до тебя. А я все гадал, что же заставит тебя отказаться от своих сладких ласк и наконец признаться, что ты на самом деле чувствуешь. — Выражение его лица было насмешливым.

— Заткнись! — зарычала она, прежде чем уронила голову на колени и обхватила себя руками.

— Но на самом деле... вероятно, стоит копнуть еще глубже? Возможно, мне