Дом с секретом и его притяжение. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

Таня решительно увела за собой Ивана, который шагал практически на ощупь, оборачиваясь каждые пару секунд.

– Сидит… невероятно! О! Встала! Изба… на курьих ногах! Я что? Сплю? – бормотал он, глядя, как Татьяна запирает калитку.

Про прошлогоднее приключение с лешим Таня пока разумно решила умолчать, а вот на вопрос Ивана ответила:

– Нет, точно не спишь. Просто… у нас вокруг такая реальность… интересная.

– Да уж, интересная не то слово! Потрясающая! А самое потрясающее в ней то, что мы в ней живём! – выдохнул Иван, а потом, наверное, от пережитого потрясения, шагнул к Татьяне и крепко её обнял.

Глава 57. О важном приданом

За забором топотала Избуня, шуршали листья на яблонях, перекликались филины, лес стоял тёмной стеной вокруг островка света – терема Соколовского, а у крыльца замерли двое. И…

И… разумеется, именно в этот момент в доме раздался грохот и какой-то звон. Татьяна отпрянула, испуганно оглянулась на дом, дёрнулась было туда, но Иван не отпустил:

– Пойдём вместе и посмотрим! – рассудительно сказал он, подумав, что в этом месте вообще всё что угодно может быть – мало ли, а вдруг там печка куда-то ехать собралась или столы решили побегать наперегонки? Лично его уже ничего не удивит… наверное.

Наивный человек! Он был готов к бегающим столам и печкам, но никак не ожидал махонькой мышки, а точнее, норуши, которая испуганно и торопливо подпрыгивала на содержимом распахнутого сундучка, стоящего посреди груды кастрюль и сковородок.

– Тишуна? – Таня шагнула к норушинке. – Что случилось?

– Ой! Ой-ой-ой! Вы слышали, да? Я вас отвлекла? Ой, что мне Тишинор скажет! И Шушана расстроится… – Тишуна хваталась то за ушки, то за подусники, утирала лапочками глаза и не переставая подпрыгивала.

– Тишенька, погоди… а что ты делаешь?

– Я? Ут-рам-бо-вы-ваю! – выдыхая на каждом приземлении в содержимое сундучка, выговорила норушинка.

– Может, мне тебе можно помочь? – Таня прекрасно узнала сам сундучок – она его ещё зимой подарила Тишуне, когда та раз пять застенчиво сказала, что он такой оооочень-преочень красивый.

– Помочь? – Тишуна потёрла нос и горестно вздохнула. – Можно, наверное! Я же вас всё равно отвлекла. Ой, что мне брат скажет…

– А почему он должен что-то говорить? – Иван присел на корточки рядом с посудным развалом, выехавшим из кухонного шкафа, и начал собирать кастрюли одна в другую.

– Так нам же велели вас не беспокоить – вы ж в этом… в отпуске! А я побеспокоила! И ещё как! – она явственно всхлипнула, оглядываясь на учинённый разгром.

– Да ничего страшного! – улыбнулась Татьяна, радуясь, что не случилось никакого караула и ужаса. – Подумаешь! Правда, Вань?

– Конечно! Тем более что эти кастрюли, они вообще очень прыгучие – только дай им волю, сразу вырываются наружу из шкафа! – уверенно подтвердил Иван, с очень серьёзным выражением лица подтягивая к себе сковородку.

– Уфффф, тогда ладно. А то я тут в шкафчике устроила себе тайничок, – доверительно призналась Тишуна, встав на цыпочки и потянувшись к Тане. – Понимаешь, мама же мне не успела приданое собрать… – тут у неё перехватило дыхание, она начала тереть мордочку, и Таня, не выдержав, подхватила дитятко в ладони, сделав ей что-то вроде норки.

Оттуда послышалось всхлипывание, тяжёлые вздохи, а потом донёсся голосок:

– Вот я и начала сама его собирать. Ты мне сундучок подарила, и я туда складываю всякое… Мне Шушана дарит, и Карина тоже, и Тина сегодня дала бусинку. Красивую такую! А я хотела в сундучок положить и вон чего натвориииилааа! – всхлипывание перешло в тоненький и тоскливый писк.

– Да что ты такого натворила? – удивилась Таня. – И ничего страшного не случилось! Смотри – всю посуду Иван убрал, сундучок мы твой сейчас тоже соберём, ты его на место спрячешь, и всё будет замечательно.

– Нееет, не будет! Я бусинку разбииилааа! – Тишуна высунулась из Таниных сложенных ладоней и потыкала лапкой на кусочки чего-то расколотого посудой на мелкие части.

– Так, только не переживай! Я тебе сейчас несколько бусинок вместо этой дам! – Татьяна ссадила норушку около её сундучка, заторопилась к себе, вытащила из шкафа блузу с нашитыми на неё крупными бисеринками и бестрепетно срезала их – давно думала убрать лишнее, а тут – вон какая от них польза будет!

– Ой, и это всё мне? – восторженно пискнула Тишуна, перебирая лапками драгоценные подарки.

– Конечно тебе! Давай помогу в сундучок всё уложить! – Таня про себя посетовала, что не узнала у Шушаны про норушные традиции – что ей стоит купить Тишуне самые красивые лоскутки и бусинки – для Тани это ерунда, а для норушинки – счастье и радость.

– Спасибо тебе! Я помню, мамочка переживала, что у меня мало приданого будет – у бабы Вали не было ничего ненужного, так что приданое мне собрать было не из чего. И даже если бы мне нашли жениха, с чем бы я пошла к нему в дом? – Тишуна погладила бочок сундучка. – А вот теперь у меня уже много чего есть. Мама была бы рада.

Таня поняла, что сейчас снова будут слёзы – много-много горьких слёз, но тут вмешался Иван, который на минуту отлучился, а потом тихонько вернулся обратно.

– Слушай, а у меня тоже есть бусина! Смотри какая! Подойдёт? – он снова присел на корточки и открыл перед норушинкой ладонь.

На широкой ладони перекатилась яркая латунная бусинка, явно снятая с какой-то мужской фенечки.

– Ой, какая! – пискнула Тишуна и бестрепетно полезла на руку к Ивану, хотя раньше его явно стеснялась. – А мне можно её взять?

– Конечно! Я же тебе и принёс!

– Ой, спасибо! Такой у меня ещё не было. Тяжёленькая такая, золотистенькая…

– Да это латунь – металл такой.

– Латунненькая, – заворковала Тишуна над нежданным подарком, усаживаясь на ладони Ивана. – Как хорошо-то! Так это точно мне в приданое?

– Конечно, точно! – абсолютно серьёзно заверил её Иван. – Стопудово!

– Ой, тогда я её к тем новеньким положу, которые мне Таня подарила! Только в лоскуточки оберну, чтобы они друг друга не поцарапали! – слёзы были забыты, и Тишуна слезла с ладони Ивана, засуетившись над своими