История Каролингов - Леопольд-Август Варнкёниг

Людовику Заморскому пришлось, таким образом, довольствоваться королевством Франции, каковы бы ни были трудности его положения по отношению к великим вассалам. Притязания Герберта на Реймсскую область и на епископскую кафедру Реймса, куда он хотел поставить одного из своих сыновей по имени Гуго, стали первой причиной его затруднений. Архиепископ Артольд захотел отбить форт Ла-Шоссе, который был отнят у него Гербертом в 938 году. Тот, по согласию с Гуго, герцогом, выступил против архиепископа и овладел городом Реймсом. Епископ Суассонский рукоположил в священники молодого Гуго, который был провозглашен архиепископом вместо Артольда.

Ободренные успехом, Герберт и Гуго Великий обратили свои взоры на сам город Лан, который был резиденцией короля. У Людовика Заморского не было достаточно сил, чтобы им сопротивляться. Он решил отправиться в Бургундию набрать армию. Вскоре его увидели снова появившимся на равнинах Шампани со всеми бойцами, каких смог набрать. Хотя у него было мало людей, он готовился выступить на врага; но вскоре заговорщики оставили осаду Лана, двинулись навстречу королю, неожиданно напали на его армию и обратили ее в бегство. Людовик, увлекаемый своими, едва смог избежать неминуемой смерти, спасаясь с двумя своими графами в крепость Омон.

Положение короля было самым критическим: он удалился, как кажется, через Бургундию на юг Луары, где у него были некоторые сторонники. Тем не менее папа Стефан VIII принял сторону королевской власти; он послал в Галлию легата с апостольскими письмами, которые угрожали отлучением неверным вассалам. Король, со своей стороны, предпринял шаги к Вильгельму, герцогу норманнов, который согласился войти в его партию. Пример Вильгельма увлек герцогов Аквитании и Бретани: они приехали к королю и обязались сражаться за его дело. Людовик, собрав их таким образом, двинулся к Герберту и Гуго, которые стояли лагерем по другую сторону Уазы. Переговоры начались с одного берега на другой; они привели к перемирию; были даны заложники, и стороны разошлись[57].

По-видимому, король Оттон не был чужд этой попытки примирения; Флодоард говорит об этом так, как если бы он находился на Уазе вместе с Гуго, своим шурином[58]. Ришер также говорит, что Оттон приложил все усилия, чтобы примирить Гуго с Людовиком. Собрание было проведено в Аттиньи, но оно не имело иного результата, кроме как рассорить герцога норманнов с Гуго и Арнульфом, графом Фландрии. Вскоре после этого те избавились от своего врага, убив его.

Гуго и Арнульф, без сомнения, надеялись овладеть герцогством Нормандия; но Людовик не упустил этого естественного и вполне законного, что бы ни говорили, случая возродить свои права сюзеренитета над этой частью королевства. Он инвестировал Ричарда, сына Вильгельма, землей норманнов и получил от сопровождавших его вельмож клятву верности. Ричард I, прозванный Бесстрашным, имел тогда всего десять лет. Его подчинение королю вызвало недовольство у людей Севера последней эмиграции. Их вождь, Сетрих, вошел в Сену со значительным флотом; к нему присоединился Турмод, уже обосновавшийся в Нормандии, но вернувшийся к языческому культу и желавший заставить сына Вильгельма последовать его примеру. Людовик Заморский собрал войска, чтобы сразиться с ними, и выступил против них с восемью сотнями человек… Здесь мы должны предоставить слово Ришеру, рассказ которого чрезвычайно интересен.

«Так как у короля было мало людей, он не смог растянуть свою армию на несколько пунктов, чтобы окружить врага; но, окруженный своими, он велел им идти с поднятыми знаменами, в сомкнутом строю. Язычники, со своей стороны, двинулись пешком, в боевом порядке; при первом столкновении они бросили свои мечи вперед, согласно своему национальному обычаю, и, думая, что сомкнутые острия испугают и пронзят королевскую конницу, они бросились на нее со своими щитами и копьями. Но когда это облако мечей рассеялось, королевская конница, покрытая железом, врубается и пронзает их ряды, обрушивается на пехотинцев, сомкнувшихся плотной массой, пронзает их и оставляет на месте; затем, повернув назад, снова прорывает их и рассеивает. Король Сетрих, вынужденный бежать в гуще схватки, вскоре был обнаружен в кустарнике и пронзен тремя ударами копий. Что касается Турмода, он все еще сражался изо всех сил, когда конь короля Людовика, брошенный в атаку, ударил его грудью и опрокинул. Король, продолжая свой путь, проехал мимо, не узнав его; но вскоре, атакованный врагом, он остановился, чтобы сражаться; тогда Турмод, поддерживаемый своими, атакует его сзади и вонзает свое копье под правую лопатку, в уязвимое место доспехов, почти до левого подреберья. Эта рана заставила короля на мгновение остановиться посреди резни; он смотрит на того, кто его ударил, и одним косым ударом по правому боку отсекает нападавшему голову и левое плечо. Было такое избиение язычников, что там погибло, как сообщают, девять тысяч из них»[59].

После этой победы король вверил город Руан Эрлуину, который был другом герцога Вильгельма и из-за расположения к которому тот навлек на себя ненависть графа Фландрии. Людовик вернулся в Компьень, когда узнал о событии, не менее благоприятном для его дела: Герберт, граф Вермандуа, только что умер, пораженный апоплексическим ударом. Его сыновья поспешили принести оммаж королю, который принял их с добротой, забыв обиды их отца. Всё, казалось, благоприятствовало в этот момент восстановлению королевской власти. Людовик Заморский мог бы воспользоваться обстоятельствами, чтобы отобрать у Гуго, сына Герберта, Реймсскую епископскую кафедру, которую тот приобрел лишь насилием: он предпочел прибегнуть к средствам примирения. Между соперничавшими прелатами было заключено некое соглашение; Артольду уступили несколько владений, расположенных в Реймсской области, а молодой Гуго остался во владении своей епископской кафедрой. Та же политика возобладала и по отношению к графу Парижскому: король, желая привязать к себе Гуго Великого своими благодеяниями, попросил его быть крестным отцом одного из своих детей и назвал его по этому случаю герцогом всей Галлии. Затем он отправился с королевой Гербергой в Аквитанию; он принял в Невере герцога готов Раймунда и знатнейших аквитанцев, которые вышли ему навстречу. Он занялся с ними управлением провинций и, как говорит Ришер, «велел им возвратить их (полномочия), дабы они явно получили от него всю свою власть. Но он не отказался снова вверить им управление. Итак, он назначил их и поставил правителями от своего имени»[60].

По возвращении в Лан он захотел, чтобы завершить свое дело умиротворения, примирить Арнульфа, графа Фландрии, с Эрлуином. Так как Арнульфу пришлось бы возмещать слишком много, ибо Эрлуин по его вине понес очень большие потери, король дал последнему, в счет Арнульфа, город Амьен, чтобы возместить его потери. Оба были таким образом примирены, так что