Киберсант - Анатолий Белоусов

был столь восторженным оптимистом, – покачал головой профессор. – Да, Запад находится в нисходящем политико-экономическом тренде, но он все еще силен и так просто от гегемонии не откажется. И война эта, поверь мне, не на месяцы, а на годы! Я не сомневаюсь, в итоге мы, конечно же, победим, тут без вариантов. Но вот до этой победы нервы они нам еще изрядно помотают. Да и лично нам с тобой, нашему «Инфоклубу», на время военных действий ох как трудно придется. Спроси себя, ты готов мириться с социальными трудностями и личными финансовыми потерями во имя будущих гипотетических приобретений и выигрышей страны? Что для тебя ближе и важнее, собственная рубашка, твои сугубо личные материальные выгоды или некое абстрактное будущее России? Только ответь сам себе на все эти вопросы честно! Увы, но за любую победу государства всегда платят его собственные граждане, иначе никак…

Находясь в состоянии эйфории, Барский в тот момент не придал особого значения словам друга. Отмахнулся и забыл о них. А между тем слова эти во многом оказались пророческими. Уже в начале марта Роскомнадзор ограничил доступ к соцсети Facebook3 на территории России, а в середине месяца был заблокирован доступ россиян и в Instagram4. Ближе к концу марта Тверской суд Москвы официально запретил деятельность американской компании «Meta»5 в стране, в связи с признанием организации экстремистской на всей территории Российской Федерации. А ведь именно через инсту и мордокнигу «Инфоклуб» привлекал новых подписчиков. Именно из этих соцсетей поступало порядка девяноста процентов целевого трафика на их площадку. Все крупные рекламные партнеры работали именно там. Все рекламные стратегии были заточены на продвижение «Инфоклуба» в Instagram и Facebook. И все это рухнуло в один момент.

На месяц-полтора компаньоны вообще остались без свежего трафика, а когда в экстренном порядке переориентировались-таки на рекламу в отечественном ВКонтакте и на продвижение в мессенджере Telegram, то обнаружили, что практически все другие рекламодатели поступили ровно так же. В итоге конкуренция на новых рекламных площадках оказалась запредельной, стоимость одного лида (подписчика) выросла в разы, а клиента (покупателя) и вовсе на порядок. Не спасало даже возобновление рекламы через Яндекс Директ, там цены подскочили почти в такой же пропорции. (От рекламы через Ютуб Змеев решил отказаться превентивно, предполагая, что скоро и этот видеохостинг постигнет судьба его западных собратьев – Instagram и Facebook, а значит, нет никакого смысла вкладывать деньги в освоение заведомо бесперспективного рекламного инструмента.)

Но падение трафика и проблемы с рекламой были лишь цветочками. Ягодки начались, когда Запад своими санкциями перекрыл движение валютных потоков из России и в Россию, а также сильно осложнил россиянам возможность торговать иностранными ценными бумагами на западных биржах. А ведь именно на торговлю там были ориентированы основные, самые прибыльные и востребованные клиентами обучающие курсы «Инфоклуба», торговые роботы и советники, разработанные и продаваемые их авторами-экспертами. Все это полетело коту под хвост. Доходность «Инфоклуба» очень существенно просела, ушли как некоторые авторы, так и часть клиентуры (учеников). Несколько месяцев пришлось работать вообще в минус, бешеными темпами расходуя средства клубного «стабилизационного фонда», сформированного Барским еще в стародавние времена и бережно хранимого по сей день.

Только к концу года нечеловеческими усилиями удалось переориентироваться на полулегальное обучение криптовалютному трейдингу, а также запустить несколько курсов по торговле на отечественном фондовом рынке. Но и тут они столкнулись с новой проблемой – под давлением ЦБ частные банки очень негативно стали относиться к теме криптовалют, перестраховывались и не желали предоставлять услуги эквайринга тем, кто хоть как-то был связан с криптовалютой (пусть даже исключительно в плане обучения работе с «криптой»). Алексею Николаевичу кое-как удалось-таки переподключить прием оплат с банков на несколько сервисов-посредников по приему онлайн-платежей, но комиссия за транзакции в итоге выросла до трех-четырех, а в случае приема платежей из-за границы и вовсе до астрономических десяти процентов. Так что доходность от «Инфоклуба» хоть и вышла в плюс, по-прежнему оставалась катастрофически низкой. Барскому все чаще приходилось по итогам очередного месяца извлекать деньги на жизнь и повседневные расходы из кубышки (своего индивидуального «стабфонда»).

И все же, невзирая на все постигшие их трудности, Алексей Николаевич продолжал сохранять патриотический настрой и поддерживать СВО. Он даже регулярно что-то жертвовал из личных сбережений парням, воюющим на фронте за будущее России. «У нас не было и нет иного выхода, – говорил он сам себе. – Не ударь мы первыми, сейчас боевые действия шли бы целиком и полностью на нашей территории, а Россия так и продолжала бы пресмыкаться перед Западом. До тех пор, пока этот геополитический хищник окончательно бы нас не уничтожил, не раздробил бы на несколько мелких, грызущихся между собой государств и не сожрал бы в итоге полностью. Сейчас же мы все делаем правильно! Нужно просто затянуть пояса, стиснуть зубы и продолжать бороться. Как наши предки, как наши деды и прадеды!»

Однако его общий психический настрой, в первую очередь из-за сложностей в бизнесе, уходил все глубже и глубже в отрицательную зону. Сильно усугубляла ситуацию и продолжающаяся в Рунете вакханалия в отношении приравнивания инфобизнеса к мошенникам и «инфоцыганам». Не желая того и всячески пытаясь этому противостоять, Барский стал погружаться в депрессию. Как он ни старался, но интерес к работе, «Инфоклубу» и бизнесу в целом, начал стремительно угасать. Он даже стал подумывать, а не записаться ли ему добровольцем на СВО? В голову опять полезли вопросы о «смысле жизни» и сомнения в том, что в этом мире есть хоть что-то, кроме вечно движущейся материи. В самом деле, ну зачем что-то делать и куда-либо карабкаться, если итогом все равно будет всеобъемлющее ничто?!

«Сколько мне еще осталось жить? Лет десять-пятнадцать, максимум двадцать, – с тоской размышлял он. – Так не лучше ли посвятить это время развлечениям и удовольствиям, а не впахивать в поте лица, пытаясь заработать все деньги мира? У Змеева хоть дети есть, которым можно оставить свои капиталы в наследство, а у меня кто или что? Сдохну – и отойдет все в пользу того самого государства, которое меня сейчас так гнобит, обкладывая все больше и больше налогами, запретами, ограничениями и идиотскими законами. Ну какой, в самом деле, смысл во всей этой мышиной возне? А может, и вовсе, как говаривал булгаковский Воланд, устроить прямо сейчас на все свои сбережения пир и, приняв яд, переселиться “в другой мир” под звуки струн, окруженным хмельными красавицами и лихими друзьями? А что если и нет вовсе никакого