Храм войны. Люди и их идеи, сделавшие возможным российское вторжение в Украину - Илья Геннадиевич Венявкин

В марте 2014 года Россия, воспользовавшись революцией в Украине, аннексировала Крым. Впервые в постсоветской истории страны военная операция была проведена быстро, эффективно и, что поразительно, почти бескровно. Медийным образом захвата Крыма стали «вежливые люди» — экипированные по последнему слову армейской моды российские спецназовцы, взявшие в свои руки все ключевые пункты на полуострове. Телезрители этого не видели, но «вежливые люди» наконец-то были в носках. Десятилетиями до этого солдатам по уставу полагались портянки и сапоги. На носки и удобные ботинки приказал перейти Шойгу.

Красивая картинка продержалось недолго. Когда Россия инициировала конфликт между Киевом и сепаратистами в Донбассе, захватить территорию бескровно не вышло. Украина ответила серьезной военной операцией, и, чтобы не потерять лицо, Россия отправила туда войска, представив их «отпускниками», сражающимися по собственному желанию. Для полноценной войны боеспособных частей снова не хватало, и тут пригодился Суровикин. В конце 2014 года он лично поехал по сибирским частям набирать танкистов, чтобы сформировать соединения для отправки в Украину. Официально танкисты поехали на учения, но все всё понимали: сразу после завершения учений у солдат отобрали документы и отправили замкнуть «дебальцевский котел». Они нанесли очень чувствительное поражение украинской армии. После Дебальцева стороны подписали мирное соглашение, заморозившее конфликт на несколько лет.

Конфликт в Донбассе во многом развернул реформу Сердюкова на 180 градусов — по крайней мере, в ее содержательной части. Чтобы удержать Крым, Путин начал угрожать Западу ядерным оружием, а пропаганда переключилась на раскручивание образа новой холодной войны, которая в любой момент может перерасти в открытую Третью мировую. Для такого противостояния снова требовалась не компактная мобильная армия, а массовая мобилизационная. Все это усилило позиции российских генералов, которые с удовольствием включились в освоение разбухшего военного бюджета. Шойгу с головой ушел в популизм: при его участии возникли Армейские международные игры с соревнованиями по танковому биатлону и молодежное движение «Юнармия». А его любимым детищем стала Военно-строительная компания, начавшая в рекордные сроки возводить по всей стране здания военных училищ. Вершиной ее работы стало строительство парка «Патриот» и храма Вооруженных сил в подмосковной Кубинке.

Главной витринной операцией для российской армии стало участие в гражданской войне в Сирии. Пытаясь укрепить позиции России на международной арене, Путин в 2015 году принял решение отправить российские войска на помощь непопулярному сирийскому президенту Башару Асаду. Операция должна была показать, что Россия способна решать геополитические задачи, оказавшиеся не по силам США. Это возмутило российских националистов, надеявшихся, что страна использует свою военную мощь, чтобы окончательно захватить сепаратистские регионы в Украине.

Чтобы по возможности снизить потери в живой силе, в Сирию Россия отправила минимум сухопутных войск. Основная ставка была сделана на обстрелы сирийских повстанцев дальнобойной артиллерией и с воздуха. Операции на земле проводила частная военная компания Дмитрия «Вагнера» Уткина, созданная бизнесменом Евгением Пригожиным. Из-за забуксовавшей реформы в российской армии по-прежнему не хватало мобильных боеспособных частей, готовых участвовать в локальном конфликте. Пригожин придумал, что таких солдат можно просто нанять: их работа хорошо оплачивалась, а гибель не могла вызвать недовольства в обществе.

В марте 2017 года Суровикина назначили командовать группировкой в Сирии. Под его руководством российские военные добились своего самого значительного успеха и сломили сопротивление сирийской оппозиции: согласно отчету самого Суровикина, за 227 дней наступательной операции они убили более 32 тысяч повстанцев и совершили по 7 тысяч самолетных и вертолетных вылетов. При таком типе ведения войны российские обстрелы приводили к массовой гибели гражданского населения. Алеппо — один из двух главных городов страны — превратился в руины, сотни мирных жителей погибли. Суровикин это никогда не комментировал.

Как и в Чечне, в Сирии ему удалось найти общий язык с самым брутальным из союзников — главой «вагнеровцев» Пригожиным. В 2017 году Суровикин даже стал почетным членом ЧВК и получил личный жетон компании. Без этого взаимодействия они оба не смогли бы успешно сражаться в Сирии. ЧВК Вагнера получала от Суровикина разведданные и артиллерийскую поддержку, а российское командование от Пригожина — мотивированные и подготовленные подразделения, готовые идти в штурмовые атаки.

В конца года Суровикин триумфально вернулся в Россию и получил назначение на должность командующего Воздушно-космическими силами. Для сухопутного генерала, не имевшего отношения к самой технологичной области военного дела, это было уникальное повышение. Тогда же Суровикина пригласили в Кремль. 28 декабря Путин вручил ему Золотую звезду Героя Российской Федерации. «[Награда] обязывает и дальше, беззаветно, до последнего дыхания служить России. <…> Мы готовы выполнить любую поставленную вами задачу», — пообещал Суровикин.

Генерал армии

Когда Суровикин еще служил в Чечне, сотрудник МВД и поэт-песенник Владимир Слепак написал о нем песню: «Сережа Суровикин, комдив сорок второй, / В Чечне, а не в Барвихе, идет в смертельный бой. / Не много и не мало и ран, и орденов, / Погоны генерала взамен блатных чинов». В песне Суровикин противопоставлялся сытой российской элите. К концу 2010-х это изменилось — генерал стал ее органической частью. Вместе с семьей он вселился в роскошный дом в элитном поселке ParkVille на Рублевке, по соседству с особняком Виталия Захарченко, бывшего главы МВД Украины, который бежал из страны вместе со свергнутым революцией 2014 года президентом Виктором Януковичем. Как утверждала команда Фонда борьбы с коррупцией, семья Суровикина получила многомиллионные доходы в виде займа от компании Геннадия Тимченко — эта компания как раз экспортировала фосфаты с сирийских месторождений, отвовеванных Суровикиным у ИГИЛ.

Новый 2022 год Суровикин с семьей встречали в VIP-ресторане «Подмосковные вечера» в компании пропагандистки Маргариты Симоньян и Дмитрия Пескова, пресс-секретаря президента. Социальные траектории боевого генерала и путинской элиты окончательно совпали: Суровикин теперь вел такой же роскошный образ жизни, как пропагандисты, пропагандисты стали настолько же милитаризованными, как генералы.

Когда в феврале Путин решил начать вторжение в Украину, российская армия снова оказалась не готова к такой масштабной операции. Принятое в обстановке секретности решение о вторжении основывалось на фантастических представлениях о противнике и боеспособности собственных солдат. Войска готовились скорее проводить парад победы в Киеве, чем сражаться с вооруженным противником: они наступали без хорошей разведки, связи и организованной логистики. Многие солдаты снова не понимали, где они и с кем воюют. После первых успехов наступление захлебнулось. В октябре 2022 года командующим Объединенной группой войск в Украине назначили Суровикина.

Он стал первым с начала войны российским военным, который согласился публично говорить с широкой аудиторией и хоть как-то комментировать ситуацию на фронте. До этого у российской армии в Украине не было своего медийного «лица». 18 октября Суровикин дал интервью телеканалу «Россия–24». С первых слов стало понятно, что он демонстрирует абсолютную лояльность Путину и