Бывает и хуже? Том 10 - Игорь Алмазов

Причём Татьяна Александровна явно всё рассчитала. Пришла со своими обвинениями в разгар моей лекции. Чтобы опозорить меня перед людьми, для которых я был авторитетом.

Ну, неприятность эту мы переживём.

Самой неправильной стратегией было бы начать оправдываться, что-то пытаться доказать. Я не стал этого делать. Просто шагнул вперёд.

— Если у вас есть официальные обвинения, то подайте их в письменном виде, — заявил я. — Если есть вопросы по лавке, то у меня есть все документы. Они в полном порядке. А сейчас позвольте мне закончить лекцию. Люди пришли за знаниями, а не за скандалом.

Меркулов моргнул. Кажется, он не ожидал такой реакции. Что угодно: скандала, испуга. Но точно не готовности сотрудничать.

Я повернулся к залу.

— Прошу прощения за задержку, — улыбнулся я. — Продолжим.

Татьяна Александровна открыла было рот, чтобы что-то добавить. Но Меркулов её остановил.

— Гражданка Козьева, мы разберёмся. Не мешайте мероприятию.

Забавно, учитывая, что он сам способствовал прерыванию моей лекции.

Однако тут люди в зале словно пришли в себя и заговорили разом.

— Дайте человеку лекцию дочитать! — выкрикнул кто-то из задних рядов.

— Сами разбирайтесь, а нам не мешайте! — поддержал женский голос.

— Александр Александрович, продолжайте!

Следователи переглянулись и подчинились. Тихо прошли к стене и сели на свободные места. Татьяна Александровна осталась стоять у дверей. Либо ждала развязки, либо просто не знала, что теперь делать.

Лиля сжала кулаки. Я видел, что она готова вскочить с места в любой момент. Но Вера положила ладонь ей на плечо и что-то шепнула. Я перехватил взгляд девушки и подмигнул ей.

А Эдгар посмотрел на Татьяну Александровну с такой яростью, что она в конце концов отвела взгляд. Умеет парень одним взглядом сказать многое. Не зря же он бывший «вампир».

Я вернулся к микрофону.

— Итак, — продолжил я как ни в чём не бывало. — Мы остановились на терапии с животными.

Зал, конечно же, был теперь взбудоражен произошедшим. Но всё-таки постепенно успокаивался и возвращался к лекции.

— И последнее, о чём я хочу сказать сегодня, — продолжил я. — Ответственность. Животное — это не игрушка. Я всегда против того, чтобы животных дарили на дни рождения как подарок. Нет, нет, и ещё раз нет. Заводить домашнее животное — ответственное решение. Это живое существо, которое требует времени, денег и заботы.

Я принялся перечислять, что именно влечёт за собой питомец.

— Регулярные прививки и осмотры у ветеринара, — сказал я. — Правильное питание. Тщательный уход за вашим питомцем. Стерилизация, если вы не планируете разведение, тоже обязательна. Это не про жестокость, а про заботу о здоровье животного. К тому же стерилизация может продлить питомцу жизнь.

Кто-то в зале закивал.

— Если вы не готовы ко всему этому, то лучше не заводите, — твёрдо сказал я. — Лучше честно признаться себе сейчас, чем потом выбросить кота на улицу или сдать собаку в приют. Приюты и так переполнены. Верно, Вера?

Вера кивнула.

— Но если вы готовы, — продолжил я. — То это станет лучшим решением в вашей жизни. Животное может стать не просто питомцем, а членом семьи.

Я сделал паузу. И добавил, глядя в сторону дверей:

— Знаете, в медицине есть главное правило, которое знает любой медицинский работник: не навреди. Это правило касается не только медицины. Оно касается и жизни. И животных, и других людей. Хорошо бы всем нам иногда о нём вспоминать.

Татьяна Александровна скривила губы, но промолчала.

— А теперь, — объявил я, — объявлю сбор средств на систему вентиляции для приюта «Верный друг». Сумма любая, кто сколько может. Подчёркиваю, мы собираем добровольные пожертвования, и все документы у нас есть. Вера, прошу.

Последнюю фразу я сказал специально для сотрудников прокуратуры. А то кто знает, может, и к этому сейчас придерутся.

Вера смущённо вышла к микрофону.

— Спасибо Александру Александровичу за эту лекцию, — начала она. — И спасибо всем, кто пришёл. Я открыла наш приют недавно, и он совсем маленький. Но нам очень важна ваша поддержка. Каждая копейка пойдёт на развитие приюта, я отчитаюсь обо всех потраченных средствах. Спасибо, что вы с нами.

Эдгар встал и пустил по рядам коробку. К одной стороне коробки были приклеены реквизиты для перевода, специальный счёт, который создала Вера. Люди жертвовали активно, одна бабушка пообещала связать для кошек лежанки, а кто-то даже записался в волонтёры.

Я заметил интересный момент. Один из следователей, коллега Меркулова, тоже положил в коробку деньги. Постарался сделать это незаметно, но я всё увидел.

После лекции я сам подошёл к Меркулову.

— Давайте не будем откладывать, — предложил я. — Пройдёмте в лавку. Покажу вам все документы. Заодно убедитесь, что это законный бизнес.

Меркулов чуть удивился, но кивнул. Татьяну Александровну, разумеется, никто с собой не взял.

Мы пошли в «Шёпот полыни». Кратко представил гостям Варю, которая уже собиралась закрывать лавку, попросил её остаться. И достал папку с документами.

Свидетельство о регистрации, договор аренды, налоговые декларации, банковские выписки, накладные на товар. Я привык все бумаги держать в порядке, так что проверять всё это было вполне удобно.

Меркулов листал бумаги и задавал короткие вопросы. Я отвечал на всё спокойно. Варя стояла рядом и явно нервничала, хотя и пыталась не подавать вида.

— Документы в порядке, — сказал наконец Меркулов. — Но заявление есть. А значит, я обязан провести полную проверку. Это займёт несколько дней.

— Раз должны, то делайте, — пожал я плечами. — Я не препятствую.

Он помолчал. Потом сказал тише.

— Слушайте. Лично я вам верю. И понимаю, что это, скорее всего, личная месть гражданки Козьевой. Но формальности есть формальности. Заявление принято, и я обязан отработать. Извините нас за спектакль в зале. Честно говоря, нас не предупредили, что мы ворвёмся прямо к вам на лекцию.

— Работа есть работа, — сказал я. — Всё в порядке.

К ним у меня точно не было никаких претензий. Были к Татьяне Александровне, но это уже совсем другая история.

Они забрали с собой некоторые документы и ушли. И Варя шумно выдохнула.

— Саш, что это было? — взволнованно спросила она. — С чего вдруг к нам пришла прокуратура?

— Сложно объяснить, — сказал я. — Если коротко, то это попытка отомстить мне от одного очень слабого человека. Всё в порядке. Иди