Армия Восточной Римской империи от Юстиниана I до «Стратегики» - Андрей Валерьевич Банников

Схема построения клина катафрактов.

Воспроизведено по: McGeer E. Sowing the Dragon's Teeth: Byzantine Warfare in the Tenth Century. Dumbarton Oaks Studies Series 33. Washington, DC: Dumbarton Oaks Research Library and Collection, 1995. Р. 287, fig. 20

Сцена охоты, представляющая двух полностью экипированных всадников. Изображение на шкатулке из слоновой кости, хранящейся в Троицком соборе Троице-Сергиевой Лавры (Х в.)

Святой Димитрий Солунский. Деталь деисиса (XI в.). Париж, Лувр. Прорисовка И. В. Кирсанова

Конный лучник в кавадии (Х в.). Рис. И. В. Кирсанова

Два всадника, щиты которых подвешены на плечевом ремне. Резьба по слоновой кости (ХI в.). Лондон, Музей Виктории и Альберта. Прорисовка И. В. Кирсанова

Легковооруженные всадники (вероятно, наемники-печенеги) на службе Империи. Шкатулка из слоновой кости (Х — ХI вв.). Лондон, Музей Виктории и Альберта

Военные машины

Наследница античных традиций, на протяжении всей своей истории восточноримская армия при проведении осад и штурмов городов активно использовала различные метательные машины. На миниатюре в мадридском манускрипте Скилицы, изображающей штурм Переслава, представлено одно из таких орудий — коромысловый камнемет (тягловый требюше), приводившийся в действие канатами, которые по сигналу тянула книзу специальная команда из 8-16 человек (см. Leo Diac., Hist., VIII, 5)[77].

Однако в античную эпоху римляне задействовали артиллерию не только для захвата вражеских фортификаций, но и в полевых сражениях. Согласно сообщению Никифора, в Х в. ромеи вернулись (или попытались вернуться) к подобной практике. В «Стратегике» перечислено несколько машин, присутствие которых в составе войска, по мнению Фоки, было обязательным. «Следует же командиру армии, — пишет он, — иметь и маленькие хироманганы, три элакатии, вертюг с сиянием и ручные сифоны, чтобы, если, может быть, и неприятели будут использовать подобный и равный по численности отряд, то посредством хироманганов и посредством изготовленного и текучего огня <наши отряды> оказались бы сильнее супостатов и разбили бы их» (Niceph., Strat., I, 15). Никифор не дает никаких пояснений, позволяющих понять, что представляло собой каждое из названных им устройств, поэтому мы можем составить о них лишь самое общее представление. Хироманганы (χειρομάγγανα μικρά), вероятно, были портативными камнеметами, которыми был в состоянии управлять один человек. Элакатии (ήλακάτια) также представляли собой камнеметы, только более крупного размера: император Лев поясняет, что алакатиями (άλακάτια) назывались балистры (баллисты), или манганиконы (μαγγανικά), которые поворачивались кругом (Leo, Tact., VI, 27); эти машины перевозили на специальных повозках.

Ручные сифоны (χειροσίφουνα), как утверждает Лев, были изобретены лично им (Leo, Tact., XIX, 57). Это были аппараты для метания особой зажигательной смеси, которую европейцы называли «греческим огнем», а сами греки — «жидким огнем» (ύγρόν πυρ). Состав этого «чудо-оружия» всегда был важнейшей государственной тайной, поэтому он до сих пор неизвестен[78].

Устройство сифона для метания «греческого огня» было достаточно простым: зажигательная смесь находилась в подогретом состоянии в специальной жаровне; под давлением, создаваемым мехами, она выбрасывалась наружу через бронзовую трубу (ствол сифона), которую Никифор называет «вертюг с сиянием» (στρεπιον μετά λαμπου). Дальность действия сифонов была очень небольшой.

«Греческий огонь» создавался как средство борьбы с вражескими кораблями[79], и не очень понятно, каким образом он мог быть использован во время сражений на суше. По утверждению императора Льва, ручные сифоны использовались для того, чтобы метать огонь в лица врагов (Leo, Tact., XIX, 57). Возможно, при сопутствующих обстоятельствах, действуя таким образом, можно было напугать коней противника, что внесло бы сумятицу в его ряды или даже заставило бы обратиться в бегство.

Артиллерийский парк, согласно Льву, располагал также стрелометными машинами — токсоболистрами (τοξοβολίστρας). Последние имели достаточно крупные размеры, поскольку их вместе с алакатиями перевозили на повозках. Но существовал и портативный вариант стреломета, называвшийся хиротоксоболистрой (χειροτοξοβολίστρα), то есть ручная токсоболистра. Об этой машине упоминает инвентарь критской экспедиции 949 г. (Inv. Exped., § II, 15)[80]. Очевидно, хиротоксоболистры вели свое происхожение от античных аркуболист (arcuballistae) и представляли собой разновидность арбалета. Вопрос, касающийся конструкции хиротоксобаллистры, остается дискуссионным. Префикс χειρο- (рука), как представляется, должен указывать на то, что подобную метательную машину можно было держать в руках, подобно арбалету. Однако, согласно Анне Комниной (XI в.), описавшей латинский арбалет (Anna, Alexiad., X, 8, 6)[81], который она называет цангра (τζάγγρα), этот вид оружия в Х в. был неизвестен ромеям. Поэтому предполагается, что либо префикс χειρο- указывал, что тетива подобной машины натягивалась руками (в то время как более крупные стрелометы приводились в зарядное положение при помощи лебедки), либо использование хиротоксоболисты по каким-то причинам было прекращено и поэтому Анна Комнина смотрит на цангру как на оружие, неизвестное в Империи. Впрочем, можно просто допустить, что латинские арбалеты были намного мощнее хиротоксоболистр, поэтому и вызвали такое внимание греческой принцессы.

.......................

Камнемет. Деталь миниатюры из Мадридской рукописи «Хроники» Иоанна Скилицы, изображающей штурм Переслава. Мадрид, Национальная библиотека. Прорисовка И. В. Кирсанова

Ручной сифон. Миниатюра из «Полиоркетики» анонимного автора. Прорисовка И. В. Кирсанова

Миниатюра из Мадридской рукописи «Хроники» Иоанна Скилицы, показывающая использование ромеями греческого огня против неприятельских кораблей. Мадрид, Национальная библиотека. Прорисовка И. В. Кирсанова

Корабельный сифон. Рисунок И. В. Кирсанова

Тактика в X–XI вв.

«Тактика, — пишет император Лев, — это полководческое искусство боевых порядков, способов вооружения и передвижений военнослужащих... Предназначение тактики — одолеть врагов с помощью соответствующих замыслов и действий. Польза тактики в том, что она позволяет парализовать действия врагов благодаря собственному наилучшему размещению. Конечная цель тактики — идеальным образом, насколько это возможно, упорядочить войско» (Leo, Tact., I, 1; 4; 5; 6).

Согласно военной доктрине, озвученной Никифором, генерального сражения следовало по возможности избегать и давать его только тогда, когда враг уже понес серьезные потери в отдельных стычках и пал духом (Niceph., Strat., IV, 19). В качестве иллюстрации того, как следовало действовать в таком случае, «Стратегика» дает нам, возможно, схематичную, но определенно распространенную среди имперских офицеров идею тактик, использовавшихся на поле боя.

Наиболее активной частью войска, на которую возлагалась задача нанесения главного удара, была кавалерия. Никифор полагает, что ее