Философия как высшее удовольствие - Платон

в которой рассказывается, что осел, одевшись в кожу льва, хотел, чтоб его почитали львом, и потому издавал дикие и страшные рычания. Но наконец кто-то, видевший и осла и льва, открыл обман и глупое животное прогнал палкою (Aesopi Fabul. 113).

51 Штальбом удивляется, что Аристотель (Ethic. VI, 5) подтверждает изложенную Сократом этимологию слова σωφροσύνη, ибо стагирский философ говорит так: ἔνθεν καὶ τὴν σωφροσύνην τούτῳ προςαγορεύομεν τῷ ὀνόματι, ὡς σώζουσαν τὴν φρόνησιν. То же высказывает и Etymologia Magna (p. 744, 33): σωφροσύνη παρὰ τὸ σώζειν τὸ φρονεῖν, ἢ παρὰ τὸ σῶμα φρουρεῖν ἀπὸ ρύπου, ἢ διὰ τὰ σῶα φρονεῖν. По нашему мнению, это не только не удивительно, а напротив, весьма справедливо; потому что σωφροσύνη, по самой точной этимологии, значит – здравомыслие. Вот почему, желая взять несколько шире это слово, мы, вместе со Шлейермахером, постоянно переводили σωφροσύνη словом «рассудительность», соответствующим немецкому Besonnenheit.

52 Эта этимология явно направлена к опровержению понятий гераклитовских и протагоровских. Так как философы сих школ полагали, что все непрестанно движется, то необходимо должны были согласиться, что и ум, если надобно ему что-нибудь познать, принужден следовать своим движением за идущею вперед природою вещей.

53 О пословице: ὑπὲρ τὰ σκάμματα, или τὰ ἐσκαμμένα ἄλλεσθαι, перескакивать чрез предмет исследуемый, говорят: Zenobius, Cent. VI, Prov. 23; Eustathius ad Hom. Odyss. p. 302, 2. Употребление ее, по замечанию Leopard. (Emendatt. 1, с. 22), особенно нравилось церковным писателям.

54 Τό δίκαιον опять принимается за одно и то же с τὸ αἴτιον. Из этого видно, почему здесь могло быть упомянуто положение Анаксагора, о котором см. Phaedon. p. 98 B. Анаксагор понимал ум, как αὐτοκράτορα, не подчиненного никакой чуждой власти, или, как говорит Aristot. (De anima, I, 2, 22, III, 4, 3, 5), ἀπαθῆ (см. Trendelenb. ad Arist. de anima p. 467). Сюда же относится его выражение: οὐδενἰ μεμιγμένον, или ἀμιγῆ, ибо, смешавшись с чужими частями, ὁ νοῦς не имел бы возможности упорядочивать и устроять природу вещей.

55 Чтобы не надорвать моих сил, μὴ μ᾽ ἀπογυιώσῃς μένεος, – слова Гектора, Homer. Iliad. VI, 265: μὴ μ᾽ ἀπογυιώσῃς μένεος δ᾽ ἀλκῆς τε λάθωμαι. Это – тонкая насмешка Сократа над строгостию и серьезностью Ермогена в производстве имен.

56 Песня, νόμος, или напев песни, посвященной Минерве, весьма разнообразился. См. Pollux IV, 77; сн. IV, 66. Hesych. in v. Αθηνᾶ. Итак, Ермоген в шутку говорит Сократу, что он как бы пропел прелюдию к песне, посвященной Минерве, когда имя βουλαπτεροῦς представил в таких разнообразных сочетаниях. Если, то есть, самая тема песни принимает большое разнообразие, то и прелюдия к ней не может быть проста и ровна, потому что иначе не соответствовала бы разнообразию ее модуляций.

57 Имя χαρᾶς приложено к разливу души, вероятно, оттого, что, по взгляду древних, душа от радости расширяется, а от печали сжимается; эту самую мысль Платон высказал также в «Филебе» и Симпосионе.

58 Евстафий (ad Iliad, p. 1001 s. p. 246 T. III, ed. Lips.) говорит: Ὅτι δὲ τὸ о στοιχεῖον ου ἑγράφετο, κατὰ καὶ τὸ ε ει, δηλοῦσιν οἱ παλαιοί. Καὶ ἡ ἀιτία, ἵνα στοιχειακῶς περισπῶνται καὶ αὐτὰ ὡς μακρά· βραχέα γὰρ ὄντα οὐκ εῖχον περισπᾶσθαι. Из этого места и p. 426 ученые заключают, что «Кратил» написан после XCIV 2 олимп., так как в этом году, под магистратурою Эвклида, ионийские гласные Η и Ω официально приняты были в алфавит. См. Muret. Varr. Lectt. XVIII, с. 1. Wesseling. ad Petit. legg. Attic. p. 194 et al.

59 Из чего составятся имена и глаголы, ἐξ ὦν τά τε ὀνόματα καὶ ῥήματα συντίθενται. Здесь, несмотря на подлежащие среднего рода, глагол стоит во множественном числе. Гейндорфу до того не нравится это, что он советует множественное число переменить в единственное. Но есть много причин, почему аттики имена среднего рода соединяли иногда с множественным числом. Примеры таких соединений собраны Астом, Ad legg. p. 46, 1, p. 634 E, Ad Rempubl. p. 386; Поппом, Prolegg. ad Thucydid. 1, p. 97 A, Ad Xenoph. Anabas. I, 2, 23 et al. Рассмотревши эти примеры внимательно, всякий заметит, что множественным числом означается или множество частей, или какое-нибудь подразумеваемое имя мужеского рода, имеющее то же значение с именем среднего рода. Последний случай особенно возможен при означении животных. А Бернарди (Syntax. p. 418) полагает, что аттики в ежедневном разговоре после имен среднего рода употребляли глагол во множественном числе, водясь просто правилом вежливости.

60 См. Opp. et DD. 359: εἰ γάρ κεν καὶ σμικρὸν ἐπὶ σμικρὸν καταθεῖο, καὶ θαμὰ τοῦτ᾽ ἔρδοις, τάχα κεν μέγα καὶ τὸ γένοιτο.

61 В молитвах, ἐν Λιταῖς, Iliad. ί, 640 sq. Известно, что последнюю часть рапсодии древние означали именем Λιτῶν. См. Hipp. Min. p. 364 E.

62 Того же поэта Iliad. α’ 341, γ’ 109. Cicer. Epist. famil. XIII, 15.

63 Не природа проявляет имя, а имя – природу. Поэтому справедливо выразил мысль Фицин: cui natura inest, quae nomine continetur.

64 См., где он сказал: καὶ μάλα γε γλίσχρως. А это старание Кратила все приводить к подобию ловко названо было ὀλκή.

65 Так говорит Сократ, давая заметить, что самая сила вещей, постоянная и неизменная в себе, представляется ему более гадательно, чем в выводах умозаключения. Платон приведен был к учению об идеях, по-видимому, тогда, когда положение об общих понятиях Сократа соединил с философемами элейцев о сущем. После того он уже обдуманно отступил от мнения гераклитян, которые не допускали ничего постоянного, но все представляли в непрестанном движении.