История скрипача. Москва. Годы страха, годы надежд. 1935-1979 - Артур Давидович Штильман

отданной американцу Берлу Сеновскому. Такие явления начали наблюдаться и у пианистов. Но, как бы то ни было, для меня до этих проблем было ещё очень далеко – первый шаг – участие в международном конкурсе целиком зависел от музыкальных властей Министерства культуры, руководствовавшегося в своих действиях «указаниями свыше» – отдела культуры ЦК. На тот момент начала 1962 года всё казалось бесполезным, и всякие усилия – тщетными. Будущее и вправду казалось дорогой с закрытыми шлагбаумами на пути к иллюзорной цели.

* * *

Нельзя сказать, что окружающая жизнь оставалось при такой интенсивной занятости где-то «за кадром». Вскоре после окончания Всесоюзного Конкурса 1961 года произошло событие, вошедшее в мировую историю.

Как-то мы договорились встретиться с моими дачными знакомыми – моей приятельницей и её мамой, решив прогуляться в Парке им. Горького. Был довольно тёплый солнечный апрельский день. В Парке работало радио на всю максимальную громкость, сообщившее о первом полёте человека в космос – вокруг земли. То был исторический день, когда было объявлено о благополучном полёте и приземлении Юрия Гагарина. В тот полдень 12 апреля казалось, что Москва перестала работать – огромное количество людей вышло на улицы, в парки, на набережные. С одной стороны это было спонтанное выражение понятной радости и гордости за Страну Советов, с другой – блестящая возможность немного погулять и раньше уйти с работы. Ну и, конечно, очень многие мужчины воспользовались таким событием, чтобы его сразу же «отметить» – на двоих, троих, или уж, как пришлось…

* * *

Летом 1961-го года мои родители и я решили предпринять поездку в Крым на машине. Машина «Волга», которую мой отец получил ещё в 1959-м году, была ещё совсем новой, так что путешествие не вселяло никаких тревог. Но… нужно было учесть советский «сервис», о котором вдали от Москвы мы не имели ни малейшего представления. До начала нашего путешествия я проконсультировался с опытным авто-путешественником Игорем Безродным, знаменитым скрипачом, которого я знал ещё со школьных времён. Он со своей женой Светланой Левиной уже несколько лет предпринимал такие путешествия, если позволяло время. Он мне назвал точный километраж до ближайших городов, и главное – местонахождение придорожных мотелей, которых было чрезвычайно мало. Кроме всего он настоятельно советовал всегда иметь с собой в две канистры бензина, на случай его отсутствия в бензоколонках. Всё это следовало знать, помнить, и принять к сведению.

Мы выехали часов в ю утра и к вечеру доехали до Курска, покрыв расстояние около 500 километров. Сегодня это звучит довольно странно, но тогда была лишь одна дорога – Симферопольское шоссе с однополосным движение в каждую сторону. В этих условиях любой обгон грузовых машин был каждый раз связан с большим риском. А если начинался дождь, то многие грузовики наносили значительный слой чернозёма на дорогу, делая её столь же опасной, как и во время гололёда. Машины теряли управление – жирная, чёрная земля действовала на автомобильные колёса точно так же, как и разлитая на дороге нефть.

Действительно, по дороге большинство бензоколонок оказывалось без горючего, но зато с огромными очередями. Мы не доехали до Курска примерно 6о км., когда у нас кончился бензин. Я вылил в бак нашу запасную канистру, и где-то недалеко от Курска мы дозаправили бак и налили снова полную канистру в запас. В общем, первый день оказался нелёгким – ехать много часов по одной полосе было делом утомительным и хлопотным.

Кроме того, система амортизаторов машины оказалась очень чувствительной – жидкость часто вытекала даже из новой системы, и машина начинала немилосердно укачивать своих пассажиров. В таком «укаченном» виде мы приехали в Курск, где моему отцу удалось получить для нас номер главной гостинице только потому, что он сумел до неё дозвониться из Москвы. А дальше – в Харькове и Днепропетровске у нас не было ни знакомых, ни каких-нибудь идей, кроме одного – названия мотеля, которые мне дал Игорь Безродный – «Зелёный гай». Наверное, мы его пропустили.

В ту пору не было объездных шоссейных дорог вокруг таких городов, как Курск, Орёл, Харьков.

Вскоре после Курска была станция Обоянь. Это место запомнилось по примерно километровой очереди машин за бензином. Такое положение начинало пугать – мы не знали, что нас ждёт впереди, а пока, при каждом удобном случае дозаправлялись при любой возможности.

После Белгорода началась совершенно другая страна – в полном смысле этого слова. Украина. Контраст с Россией был гигантский – чистота, чистые домики, аккуратно убранные участки, побеленные деревья – всё это говорило о совершенно ином жизненном укладе. Сразу исчезла грязь на дороге, захудалые избы, худые коровы – словом все «прелести» колхозного быта. Даже исчезли очереди у придорожных бензоколонок.

Помню, как въехав в Харьков, мы решили спросить кого-нибудь, куда нам ехать для продолжения пути на Симферополь. К нам сел в машину какой-то мужчина. Он сразу произнёс лишь одно слово: «Мясо!». «Что – мясо?» – спросил мой отец. «Мясо! Стоял на ринке полтора часа за мясом! Нет мяса! Куда оно девалось? Вы не знаете? Я тоже не знаю. Мясо! Нет мяса! Что делать? Нет мяса!». Он не выглядел ненормальным, просто был удручён таким положением в городе Харькове с мясом. Мы миновали город через самый центр. Конечно, нигде не было знаков, предписывающих направления в разные города и на разные шоссе. Так что нужно было ехать всегда в неизвестное. Пока был день, можно было остановиться и спросить, а ночью?

Мы остановились, не доезжая Днепропетровска в действительно настоящем мотеле. Там был лишь один недостаток – все постели были абсолютно сырыми, так как зимой милые с виду домики не отапливались, а теперь, в июне ещё не успели просохнуть. Там же остановилась пара на своей машине, приехавшая из… США! Это были пожилые идеалисты, не расстававшиеся с улыбкой. Заведующая мотелем говорила по-английски и никого не подпускала к американцам. Впрочем, мы и так держались в отдалении.

Как эта пара обходилась тогда без языка – трудно себе представить. Это сегодня, вероятно, не представляет проблемы, но тогда… Смелые люди были эти американцы! По виду они были уже пенсионерами. Так прошёл второй день нашего путешествия.

На третий день мы, наконец, достигли Ялты. К 1961 году была построена новая автодорога, по которой ходил троллейбус от Симферополя до самой Ялты. Я не был в Ялте с 1955 года – времени, когда лечился там в санатории им. Артёма. Мы доехали до небольшой гостиницы в старинном особняке– «Украина – Интурист». Нам дали номер