Академия - Кир Злой

разрез горлышка. — Сменный блок с прессованным углем забирает муть и запах. А серебряная сетка, подключенная к малому накопителю, бьет слабым разрядом. Убивает всю мелкую заразу, что просочилась через уголь.

— Караванщики с руками оторвут, — уверенно сказала Лисса. — В дороге чистая вода дороже вина, а пить из луж никому не хочется.

— Именно, — кивнул я. — И стоить она будет не восемьдесят, а скажем… три золотые монеты. Чтобы любой мог себе ее позволить.

— Дальше, — я сдвинул бумаги. — Наш старый ассортимент. Огнетушители и Сигнализации — оставим как бюджетный вариант. Но цены поднимем вдвое.

— Вдвое? — удивился наставник. — В Крамме нас бы за такое побили.

— Здесь столица, Салвер. Здесь аренда выше, материалы дороже, а у людей больше денег. Если поставим дешево — решат, что это мусор. Будем продавать по пятнадцать серебряных.

— Но нам нужно что-то посерьезнее для богатых клиентов, — продолжил я, доставая новый чертеж. — Улучшенная версия.

Я показал на узел в верхней части схемы огнетушителя.

— Корпус из металла. Многоразовый. И главное, автоматизированный. Вот здесь будет кристалл, реагирующий на температуру. Как только в комнате становится жарче семидесяти градусов — затвор сработает сам. Вешаешь под потолок и спишь спокойно.

— А сигнализация? — спросила Лисса.

— Мы скрестим ее с твоим фотоаппаратом.

Глаза Салвера округлились.

— Ты хочешь поставить кристаллическую память в охранный контур? Арден, это будет стоить безумных денег! Кристалл, способный держать изображение, плюс линзы…

— Именно, — кивнул я. — Это игрушка для аристократов. Смотри, принцип тот же, что и у дешевой версии. Датчик на двери размыкается при взломе. Но вместе с визгом, система активирует скрытый глаз.

Я быстро набросал схему подключения.

— Взломщик входит — срабатывает сигнал. Кристалл начинает делать серию снимков. Хозяин приходит домой, нажимает кнопку просмотра и видит лицо того, кто именно к нему пробрался, а после передает данные страже.

— Видеонаблюдение… — прошептала Лисса, пробуя новое слово на вкус. — Это гениально.

— Это дорого, — буркнул Салвер. — И заряд будет жрать как не в себя.

— Богатые заплатят за безопасность. Себе мы тоже поставим такую систему на входе.

После этого работа закипела.

В пустом цехе, под пляску теней, мы собирали то, чего этот город еще не видел. Салвер, используя свой опыт третьей ступени, сплавлял магические каналы, а я взял на себя механику, подгонял пружины, скручивал контакты, крепил линзы.

Уже под утро, когда Салвер в изнеможении откинулся на спинку стула, закрыв глаза, я, вместо того чтобы лечь спать, принялся за личный проект.

Это не было предназначено для продажи.

На верстак легли две тонкие стальные трубки. Оставалось смонтировать в них крохотные штоки с уплотнением.

— Помнишь того воришку, Рейка? — спросил, не оборачиваясь, когда Лисса подошла со спины.

— Того, что вскрыл тайник контрабандным ключом? — она сразу поняла, о ком речь. — Помню. Ты тогда сказал, что он не врет.

— Я запомнил конструкцию, — произнес я, протягивая ей один из приборов. — А когда сидел в подвале у похитителей, жалел только об одном, что у меня нет с собой такого артефакта. Это «воздушный ключ». Он пускает резкий импульс сжатого воздуха прямо в скважину, и замок открывается. Никаких царапин или следов взлома.

Лисса с любопытством повертела в руках небольшую стальную трубку, прикидывая ее вес.

— И где мне его носить? — спросила она, оглядывая свое дорожное платье, лишенное карманов. — В сумке он затеряется, а на поясе привлечет лишнее внимание.

Я понимающе усмехнулся и указал на табурет рядом с верстаком.

— Есть идея получше. Садись и снимай сапог.

— Что? — она удивленно вскинула брови.

— Доверься мне, — я уже готовил инструменты. — Нужно подготовить надежное место, о котором никто не догадается.

Она послушно стянула запыленный дорожный сапог. Я зажал его в тиски на верстаке, взял тонкое сверло и аккуратно проделал глубокое отверстие со внутренней стороны массивного каблука. Затем повторил то же самое со своим.

— Вставляй, — я протянул ей сапог обратно. — Входит плотно, не вылетит при беге. Сверху замажем воском и грязью.

Лисса с щелчком загнала стальной стержень в каблук и надела сапог. Топнула, проверяя.

— Только никому не показывай. Это инструмент детектива. Иногда тебе придется проникать туда, куда не зовут. Или, наоборот, быстро уходить через запертую дверь. Но пообещай мне использовать его только в крайнем случае. Столичная стража не оценит такой инвентарь.

— Обещаю, — она улыбнулась, и в этой улыбке я увидел ту самую авантюрную искорку, что и в первый день нашего знакомства. — Спасибо, Арден. С таким подарком мне никакие двери не страшны.

К рассвету на столе стоял ряд готовых образцов. Металлическая фляга с кнопками. Красный баллон автоматического огнетушителя. Массивный деревянный корпус сигнализации с замаскированным объективом.

Салвер, тяжело вздохнув, открыл глаза и посмотрел на плоды наших трудов.

— Если это сработает, Арден… нас или озолотят, или сожгут конкуренты.

— Пусть попробуют, — я погладил холодный бок огнетушителя. — У нас теперь есть чем отбиваться.

За окнами, сквозь щели в досках, пробивались первые лучи солнца.

— Надо хоть пару часов поспать, — сказал я, гася последнюю свечу.

* * *

Следующий день начался не с кофе, а с новой порции чертежей. Я поспал всего часа четыре, но адреналин и предвкушение скорого открытия гнали усталость прочь.

Первым делом мы занялись тем, что я отложил на утро.

— Что это? — Салвер наклонился к рисунку.

— Это — Браслет «Милосердие».

Я взял со стола моток медной проволоки.

— У меня вторая ступень, я могу ускорить заживление, но не могу убрать боль. У тебя — третья. Твой навык «Здоровья» позволяет блокировать нервные импульсы. Так?

— Ну, могу, — кивнул наставник. — Заморозить зуб или руку, чтобы вправить кость. Но это требует контакта.

— А мы загоним эту структуру в накопитель. Замкнутый контур. Надеваешь на запястье, поворачиваешь обод — он перехватывает сигнал боли от тела к мозгу. Не лечит, нет. Просто дает передышку. Ровно на пять минут.

— Кому это нужно? — засомневалась Лисса, сидевшая рядом на ящике. — Пять минут, это ведь совсем мало.

— Для нас может и мало, — возразил я. — А лекарям, которые вправляют вывихи? Зубным врачам? Ты слышала, как орут пациенты у цирюльников? Да любой врач