Искатель, 2011 № 09 - Журнал «Искатель»

— Сделаю, Паша... Это все?

— Нет. Вот тебе пригласительный в соседний кинотеатр. Через сорок минут там начнутся предвыборные дебаты. Встречаются все три кандидата в мэры... Мне интуиция подсказывает, что все это связано — Бублик, кейс и политика! Ты, Ирина, разведай обстановку. А в квартиру пойдешь, когда стемнеет. Нам нельзя там светиться — мы же без ордера.

Вокруг кинотеатра бурлила местная общественность — три группы старушек по двадцать человек. У всех похожие плакатики, призывающие голосовать за своего кандидата. Справа группа поддержки Афонина, слева — Твердохлебова, а по центру — Инюшева.

В фойе все зрители регистрировались, предъявляя паспорта. Не успела Ирина отойти от стола, как к ней подскочил шустрый парень во всем джинсовом.

— Вы сама Багрова. А я вас искал... Я — Феликс Скулов, редактор «Вечерней Ветлуги». Мы по пятницам выходим. Три полосы рекламных и немножко о местных новостях... А вам я завидую. Вы в газете, которая агитатор и трибун!

— Да, мы такие.

— Очень хотелось бы, Ирина, напечататься в «КК».

— Это можно... Но пока, Феликс, просветите в местных хитростях. Кто есть кто в Ветлуге? Что за политика вокруг выборов?

— Задачу понял. Сейчас все сделаем... Только пойдемте на балкон. Там пусто. Туда только прессу пускают.

Ирина вырвалась из кинотеатра только через три часа. То, что она услышала со сцены, напоминало балаган и словоблудие. Все кандидаты обещали одно и то же — повышать зарплаты, строить дороги, сажать воров, лучше лечить и учить... Словом, «Земля — крестьянам, фабрики — рабочим, мир — народам»!

Феликс бросился провожать Багрову... Его можно понять. Кому не хочется работать в самой популярной газете! И все возможно. Только не надо быть лежачим камнем, под который ничего не течет! Надо цепляться за нужных людей, как репейник... В том числе и за эту журналистку.

Он догнал Ирину на улице у поворота на улицу Мышкина, где в доме семь дробь три была пустая квартира изобретателя Бублика. А в квартире кровать, а на ней подушка с волосками для генетической экспертизы... Багрова должна была отвязаться от этого прилипалы. Но и нельзя отшить его резко и грубо. Придется играть в приятное свидание. Немножко кокетства, игривости, намеков... Но она переиграла и доигралась!

Совсем незаметно они попали в старый городской парк, куда пока не дошла еще лампочка Ильича. Феликс сначала чуть прикоснулся ладонью к ее спине, потом обнял за талию, затем крепко прижал к себе.

Это было слишком! Ирина увернулась, остановилась и отступила на шаг назад, ощутив за спиной толстый ствол столетней липы... Пора сказать этому мальчику, что он не на ту напал. Пусть губки не раскатывает... Но, очевидно, она слишком долго подбирала формулировки. Феликс понял ее молчание как знак согласия. Он ринулся в атаку!

Багрова оттолкнула нахала... Интуитивно она помнила, что за непрошеный поцелуй можно парня ударить по лицу. Она только перепутала пощечину и боксерский удар в челюсть. А рука у нее была тяжелая!

Журналист Скулов рухнул на осеннюю травку и даже не ойкнул... На ощупь в полной темноте пришлось искать пульс, тормошить и приводить Феликса в чувство. Это удалось лишь частично.

— Где я?

— В парке.

— Что со мной было?

— Нокаут... Ты посиди здесь у липы. Отдохнешь — и домой. А завтра зайди ко мне в гостиницу. Ты, Феликс, очень мне нужен. У меня мало знакомых в Ветлуге. Вообще никого нет. Ты у меня первый... Понял меня?

— Понял... Мне приятно быть первым... А вы кто такая?

Пришлось прислонить парня к дереву и оставить его до лучших времен.

Ирина шла туда, где светились уличные фонари. Шла и ругала себя за несдержанность. Но у нее были причины для такого поведения. В последние месяцы она пыталась решить свою личную жизнь. Ее отношения с Вадиком Хилькевичем стали романтичными, нежными и почти любовными. Она думала только о нем, и вдруг этот хмырь лезет целоваться! Рука сама сжалась в кулак... А рука у нее тяжелая!

Багрова на всякий случай проверилась и свернула на более темную улицу Мышкина. Вот он, дом семь дробь три.

На всякий случай она посмотрела на третий этаж, где располагалась квартира Бублика — по фасаду было четыре окна, и все они светились.

Ирина обошла дом... С тыльной стороны было тоже четыре окна. И все они тоже светились!

Первый вывод — что соседи изобретателя дома. Но это пустяк по сравнению со вторым выводом — дома сам исчезнувший Борис Трофимович. Возможно, временно забежал. За носками или зубной щеткой...

Багрова нырнула в подъезд и, нащупывая в полумраке ступеньки, поднялась на третий этаж... Ключ подошел сразу! Замок щелкнул, но она не решилась тут же открыть дверь. Сначала она подготовила к бою пистолетик «Вальтер», которым ее наградили три года назад. Эта штука полезней, чем Почетная грамота. «Макаров» — грубый ствол, он не для женской руки...

За дверью были слышны звуки. Непременно — там Бублик! Все считают, что он сгорел в машине, а этот изобретатель спокойно вывозит свои вещички.

Ирина осторожно открыла дверь и легко вплыла в пространство квартиры... В коридоре было светло и пусто.

Она продвигалась вдоль стеночек, одновременно поворачивая голову и руку с «Вальтером»... В ванной пусто, но мокро и душно... В огромной гостиной были следы недавнего банкета на двоих: горка конфет, горящие свечи, бутылка и бокалы с красным вином.

Была приоткрыта дверь в еще одну комнату. Там тоже был свет, но не такой яркий — на уровне бра или настольной лампы.

Ирина подошла поближе — явственно слышался скрип кровати и невнятное курлыканье... Неважно, кто там, но надо брать их обоих!

Решено — она ворвется в спальню с криком «Руки вверх! Лежать лицом вниз! Работает ОМОН...» Это самый верный способ! Главное — ошеломить противника... Ошеломить — оставить без шлема, без защиты.

Багрова приблизилась и левой рукой приоткрыла дверь. Теперь она видела, что мужчина в брюках и рубашке лежит на широкой кровати, а сверху на него залезла фигурка в восточном халатике. Так вот эта гейша прыгает на мужике, как мартышка на груде бананов.

Чтоб направить «Вальтер» в голову лежащего, Ирина сделала два шага в сторону... Вдруг она поняла, что знает этого мужчину... Нет, не так! До этой минуты ей только казалось, что она его хорошо знает.

Багрова спрятала пистолет, дрожащей рукой вытащила мобильник и нажала нужную кнопку. Она начала говорить громко. Так громко, чтоб ошеломить тех,