Фаворитки судьбы императорского Китая - Юрий Николаевич Лубченков

Обратившись к сыюэ, Шунь сказал: “Есть ли [среди людей] такие, кто мог бы совершить выдающиеся подвиги и [еще более] прославить деяния Яо, чтобы поставить [таких людей] чиновниками и сделать моими советниками в делах?”

Приближенные ответили: “[Если] Бо-юя поставить начальником земляных работ, он сможет прославить деяния Яо”. Шунь сказал: “О, правильно! Ты, Юй, будешь приводить в порядок воды и земли, будь же в этом старателен!”.

Юй, поклонившись до земли, стал уступать [должность] Цзи, Се и Гао-яо. [Но] Шунь сказал: “Будет так. Иди!”. Затем Шунь сказал: “Ци! Среди простого народа начинается голод. Ты будешь начальником земледельческих работ, сей все злаки в соответствующее время”. И еще Шунь сказал: “Се! Среди байсинов нет согласия, пять отношений [между людьми] не соблюдаются. Ты будешь блюстителем нравов, почтительно распространяй пять правил поведения и будь снисходителен [к людям] ”. Далее Шунь сказал: “Гао-яо! [Племена] мань тревожат наше Ся, грабители и разбойники свирепствуют внутри и вне [страны]. Ты будешь старшим судьей, [при применении] пяти наказаний добивайся покорности, при покорности пяти [мерам наказания] осуществляй их в трех местах, при применении пяти видов ссылки соразмеряй их с виной и в соответствии с пятью мерилами поселяй [виновных] в трех местах. Только ясность [в наказаниях] сможет установить доверие [к закону]”.

[После этого] Шунь спросил своих помощников: “Кто сможет управлять моими работами?” Они ответили, что Чуй сможет. Тогда [Шунь] назначил Чуя управителем работ. Шунь [далее] спросил: “Кто сможет ведать травами и деревьями, птицами и зверями на моих высотах и низинах?” Приближенные ответили, что И сможет. Тогда [Шунь] назначил И на должность смотрителя лугов и лесов. И поклонился до земли и стал уступать [должность] чиновникам Чжу-ху и Сюн-пи. [Но] Шунь сказал: “Ступай! Ты подходишь”, а Чжу-ху и Сюн-пи назначил [его] помощниками.

[И еще] спросил Шунь: “О сыюэ! Есть ли [среди людей] такой, кто сможет ведать нашими тремя ритуалами?” Приближенные ответили, что Бо-и сможет. Шунь [тогда] сказал: “О Бо-и! Назначаю тебя ведающим обрядами и жертвоприношениями, почтительно служи днем и ночью, будь прям и чист сердцем”. Бо-и стал уступать [должность] Кую и Луну, [но] Шунь сказал: “Будет так! Тебя, Куй, назначаю на должность ведающего музыкой. Обучай детей знатных, [чтобы они были] прямыми, но добрыми, великодушными, но строгими, твердыми, но не жестокими, простыми, но не фамильярными. [Ведь] в стихах выражаются мысли, в песнях продлевается [жизнь] слов, звуки основываются на тоне, в звуковом ряде люй согласно звучат все звуки. [Если] все восемь звуков смогут стать гармоничными и не будут мешать друг другу, тогда установится согласие среди духов и людей”. Куй ответил: “О! [Если] я застучу в большое и ударю в малое каменные била, [то] все животные пустятся в пляс”.

Шунь сказал: “Лун! Я боюсь и ненавижу лживые речи и дурные проступки, они волнуют и тревожат мой народ; повелеваю тебе быть глашатаем, утром и вечером объявлять мои приказы и представлять мне [доклады], будь только предан [мне]!”.

[Наконец] Шунь сказал: “О вы, двадцать два помощника, действуйте со тщанием, всегда сообразуясь с волей Неба!”.

В три года раз [Шунь] проводил проверку заслуг [каждого], а после трех проверок повышал или снижал [в должности], [в результате] заслуги всех близких и далеких [чиновников] приумножались. [Шунь] отделил непокорных саньмяо.

Эти двадцать два человека все добились успехов в своей работе: Гао-яо, исполнявший обязанности старшего судьи, был справедлив, и в народе каждый с покорностью принимал то, что заслужил; Бо-и ведал ритуалами, и все высшие и низшие уступали друг другу; Чуй занимал должность управителя работ, и везде были достигнуты успехи; И занимал должность смотрителя лугов и лесов, и все горы и низины раскрыли [свои богатства]; Ци ведал злаками, и хлеба постоянно находились в цветущем состоянии; Се занимал должность блюстителя нравов, и байсины жили в дружбе и согласии; Лун ведал приемом гостей, и они прибывали издалека; двенадцать правителей управляли, и никто в девяти областях не смел ослушаться. Но наибольшие заслуги были у Юя, он прорубил девять гор, устроил стоки для девяти озер, проложил русла для девяти рек и установил девять областей, каждая из которых приносила дары сообразно с занятиями ее [населения], что не нарушало интересов областей…

Затем Юй сыграл девять напевов, [на звуки которых] явились удивительные твари, прилетела и стала кружить пара фениксов. [Так] со времени юйского императора [Шуня] в Поднебесной началось раскрытие всех добродетелей…

[Коль скоро] сын Шуня Шан-цзюнь тоже не походил на своего отца [способностями], Шунь заранее представил Небу Юя. Через семнадцать лет Шунь скончался. По окончании трехгодичного траура Юй также уступил престол сыну Шуня, как Шунь уступал престол сыну Яо. [Но] владетельные князья склонились на его сторону, после чего Юй вступил на престол Сына Неба».

Юй Великий спас Поднебесную от наводнений и тем самым дал возможность народу есть свежее мясо, рис и просо. Он установил размеры дани для жителей государства, и расселили их и варваров надлежащим образом. И благодаря этому страна узнала Великий Мир («Тай пин»), что есть устойчивость земли и воды, растений и животных, богов и людей, процветающих, не выходя за пределы соответствующих каждому уделов.

Когда Юй умер, знать впервые пришла не к помощнику владыки, а к сыну Юя Ци, заявив, что именно Ци их князь, как сын государя Юя. Отсюда и пошла династия Ся, правившая до 1767 г. до н. э. и представленная на троне семнадцатью царями.

Ци, первый из династии, прославился как царь-воин, воинская доблесть которого упрочила мирные дела Юя.

Последний же из Ся Цзе, по словам царского летописца, сбежавшего от него к его мятежному вассалу, был настоящим тираном. Он одерживал «чрезмерные победы», им был запуган народ, он любил роскошь и предавался разврату с пленницами, вассалов, критикующих его за подобные деяния, убил; избавился от своей первой жены и заточил в башню самого добродетельного из своих вассалов – Тана (именно он, когда тиран был вынужден его освободить, поднимет мятеж и станет основателем новой династии Инь. Так что, по-видимому, поводы заточить его в башню у Цзе какие-то были).

Словом, он уничтожил Добродетель Ся, о чем недвусмысленно свидетельствовал восход сразу двух солнц. Одно – на Западе – показывало, что династия Ся в упадке, другое, на Востоке, представляло Тана, который после этого решился вести свою армию с Востока на Запад.

Потом наступило время битвы. Цзе проиграл, а Тан стал Таном Победоносным и основателем новой династии. Династия Ся пала.

Во II тыс. до н. э. по Среднекитайской равнине кочевало племя шан, центром их стал район современного Аньяна,