Капитализму в России не бывать! Выход есть! - Михаил Антонов

И — одно логическое несоответствие. Евреев в мире — несколько миллионов, с учетом масонов—несколько больше. А «золотой миллиард» — это миллиард. Значит, это царство не для одних евреев, а что-то другое.

Теперь посмотрим, как сторонниками теории еврейского заговора понимается религиозная сторона вопроса:

«Уиудеев есть два самых ненавистных человека во всем земном бытии — это Богочеловек Иисус Христос и Иосиф Сталин. Оба они, в чем не сомневается ни один иудейский «мыслитель», столкнули человеческую историю на неправильный путь, то есть затормозили движение истории к ее концу. Цель истории, по убеждению фарисеев и талмудистов всех времен (а Маркс был именно талмудическим сатанистом), восстановление рая на земле. Естественно, рая для «избранного» народа. Христос отверг этот «рай» как лживую мечту и призвал уверовать в рай на небесах (в ином мире), но тоже для избранных, для тех, кто поверит в Него — в Сына Бога истинного. Сталин же, как последователь марксистско-ленинской идеи коммунистического «рая», вынужден был строить коммунизм (утраченный рай) не для избранных, а для всех «трудящихся». Он был именно вынужден, так как являлся заложником лживой идеи и, не сомневаюсь, понимал недостижимость этой цели («рая» для всех)...» (В. Хатюшин).

И вот дальнейшее развитие религиозной темы:

«Ленин, опережая время, вольно или невольно пытался сыграть роль нового мессии, то есть, отвергая христианство, намеревался исполнить именно религиозную, ветхозаветную мечту —устроить «Землю обетованную» на территории Российской империи... Потому-то столь жестоко насаждалось коммунистическое мировоззрение в России, что идея коммунизма — это, в первую очередь, идея религиозная. Просто здесь имела место другая религия, противостоящая, противоречащая христианству, противоборствующая с христианством и прежде всего — с православием...»

Эти утверждения также представляются малообоснованными. Во-первых, всякое настоящее общественное движение, а тем более ожесточенная гражданская война,

— это явление религиозное (или квазирелигиозное, воспринимающееся как религиозное, как борьба за святое дело). Во-вторых, гражданские войны обычно по своей жестокости, проявляемой обеими сторонами, превосходят войны с внешними врагами. И наша Гражданская война не представила исключения из этого правила.

Впрочем, это относится не только к войнам. В статье журналиста Сергея Ожиганова «Философия кока-колы» («Завтра», № 34, 2004 г.) есть такие строки:

«Жесткость объективных причин религии, коммунизма, фашизма и либерализма... всякий раз из нетерпимости превращается в агрессию. У Николая Бердяева эта позиция определяется как максимальность вражды и ожесточения, приносимая в мир идеей единства. Героически и изначально благородные попытки оправдать существование человека объективными истинами, ни одна из которых не выдержала проверку временем, пролили столько человеческой крови (во имя великих идей!), что поиск новой совершенной истины всякого разумного человека, хоть сколько-нибудь знакомого с историей, ставит перед страшными вопросами».

Еще Константин Леонтьев пророчески писал: «На розовой воде и сахаре не приготовляются такие коренные перевороты: они предлагаются человечеству всегда путем железа, огня, крови и рыданий!»

Многое из того моря жестокости, что сторонники теории еврейского заговора ставят в вину тому или иному деятелю или той или иной политической силе, в действительности определяется особенностями человеческой природы. Люди, увы, всегда руководствовались и, наверное, долго еще будут руководствоваться идеологией, которая представляет собой искаженное восприятие мира, и во имя этого своего неадекватно понятого представления о мире будут убивать друг друга. Тут уж — либо застрелиться, либо принимать человека таким, каков он есть, и все-таки участвовать в борьбе за то, что считаешь справедливым. Почему Маркс и писал, что исследователю, если он хочет понять смысл происходящего, нужно изучить, «какова человеческая природа вообще и как она видоизменяется в данную историческую эпоху». К сожалению, примеры такого изучения пока отсутствуют. Обходят стороной эту тему и христианские богословы, хотя, может быть, в этом и заключается их главная задача.

А вот уже воистину максималистское истолкование религиозной темы в той же статье В. Хатюшина:

«Гражданская война в России была на самом деле войной с христианским богоносным народом за утверждение новой религии. Большевики бросили прямой, открытый вызов христианскому Богу, но не в качестве борьбы с религией как таковой, а в качестве исправления «религиозного заблуждения», в качестве изменения человеческого пути, не ведущего к земному «раю», обещанному иудеям их многочисленными ветхозаветными пророками и их племенным богом Яхве. Здесь происходила не метафорическая, не символическая, а самая прямая, настоящая, кровавая битва богов, а точнее говоря, битва двух глобальных и непримиримых сил, олицетворяющих Бога и дьявола. То есть Гражданская война в России была войной исключительно религиозной. (Иудейский атеизм — это не отрицание, это борьба с реальным христианским Богом.)»

На самом деле Гражданская война была вооруженной борьбой «белых» и «красных». Представлять «белых» как христианский богоносный народ — значит не считаться с фактами. Ко времени Гражданской войны обе борющиеся стороны были весьма далеки от идеалов христианства, что засвидетельствовали и видные священнослужители, в том числе иерархи православной церкви.

Епископ армии и флота у белых в Крыму (впоследствии митрополит) Вениамин (Федченков) говорил Врангелю: «Наша армия героична, но не крещена». И добавлял впоследствии: «Авторитет церкви вообще был слабый. Необходимо сознаться в этом. Голос наш дальше храмовых проповедей не слышался. Да и все движение добровольцев было, как говорится, патриотическим, а не религиозным. Церковь, архиереи, попы, службы, молебны — все это для белых было лишь частью истории России, прошлого старого быта, неизжитой традиции и знаком антибольшевизма, протестом против безбожного Интернационала. А горения не было ни в мирянах, ни даже в нас, духовных».

Видный русский религиозный философ протоиерей Сергий Булгаков в своей работе «У стен Херсонеса» (СПб., 1993 г.), написанной в 1922 году в Ялте перед его высылкой за границу, назвал «мечтательную идею народа-бого-носца» «безответственной фразой, слишком долго мутившей наши головы». Зачем же повторять ее спустя 80 лет?

Вообще до прихода антихриста ни одно земное общественное движение не может быть ни чисто Божественным, ни полностью сатанинским, и наклеивать на них такие ярлыки не следует.

А вот как оцениваются итоги Гражданской войны:

«Внешне, на поверхностный взгляд, победу в той войне одержали большевики-марксисты (носители ветхозаветно-талмудической идеи), но это было только внешне, пропагандистски. Реального Бога победить нельзя. Самозваный «мессия» кончил жизнь мучительной смертью — от сифилиса мозга. Его ближайшие соратники — Троцкий, Бухарин, Зиновьев, Каменев и многие другие ушли из жизни насильственно».

Значит, победа «красных» над «белыми» была только внешней, пропагандистской, и вожди большевиков были как бы наказаны свыше. А если бы победили белые, это было бы торжеством христианства? Не думаю, чтобы здра-вомыслящий человек согласился с таким утверждением.

Трудно согласиться и с оценкой роли Сталина в этом противостоянии:

«Сталин, конечно же, понимал