История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

обвиненных в оскорблении конгресса десяти голливудских сценаристов и директоров киностудий; что он добился обвинения и осуждения Юджина Денниса, секретаря Коммунистической партии; что он обнаружил таких видных коммунистических агентов, как Гергард и Ганс Эйслер. Методы этого Комитета ставились, однако, под сомнение. На 175 страницах отлично написанного доклада президентского Комитета, возглявлявшегося президентом Всеобщей компании электричества Чарльзом Е. Вильсоном, утверждалось, что во имя государственной безопасности нарушались одно за другим основные права граждан. В докладе говорилось, что это происходило по всей стране. «На практике в разное время каждый район страны получил свою долю позорного нарушения прав ряда лиц». Комитет перечислял наиболее вопиющие злоупотребления и рекомендовал меры по борьбе с несправедливостями.

Осенью 1946 г. Трумэн издал административное распоряжение о создании Президентской временной комиссии по поверке лояльности государственных служащих и предложил ей наметить программу работы. На следующий год был создан тщательно продуманный аппарат. Комиссия гражданской службы учредила по всей стране районные комиссии по проверке лояльности; дела лиц, обвиненных в нелояльности или в подрывной деятельности, рассматривались в присутствии защитника комиссиями по поверке лояльности; если обвиненные были не удовлетворены их решениями, то они могли апеллировать к Ревизионной комиссии по поверке лояльности, состоявшей из назначенных Трумэном двадцати трех членов и возглавлявшейся консерватором-республиканцем Сетом Ричардсоном.

Эта программа охранения правительственного аппарата от нелояльности служащих обладала как достоинствами, так и серьезными недостатками, свойственными мерам временного характера. Она исходила из постулата, гласившего, что занятие любого поста в правительственном аппарате есть не право, но привилегия. Программой был принят принцип, согласно которому тому или иному лицу может быть отказано в приеме на службу или оно может быть лишено ее, если «имеются убедительные основания считать, что данное лицо нелояльно». Некоторое число заподозренных лиц поспешило выйти в отставку с правительственной службы; другие же были исключены из аппарата. Но, как писал позже Трумэн, даже в тех случаях, когда человек был освобожден от возведенных на него обвинений, то все данные о нем оставались в делах. Каждый раз, когда его перемещали с одного поста на другой, его личное дело пересматривалось и он должен был еще раз оправдываться. «Это, – писал Трумэн, – не в традиции американской честной игры и справедливости». В дальнейшем положение стало еще хуже.

Переизбрание Трумэна

Борьба президента Трумэна с Восьмидесятым конгрессом вызвала рост симпатий к нему в прогрессивных кругах и лагере трудящихся. Когда весной 1948 г. он объезжал страну и подвергал критике деятельность конгресса, то встретил значительную поддержку со стороны народа. Тем не менее шансы демократов в приближавшейся кампании по выборам президента рассматривались всеми как незначительные. Одна причина заключалась в том, что Генри Уоллес выставил свою кандидатуру по списку третьей партии, и, хотя он нападал как на республиканцев, так и на демократов, считалось, что он привлечет голоса преимущественно за счет последних. Кроме того, южные демократы находились в открытой оппозиции к программе Трумэна, настаивавшей на предоставлении неграм гражданских прав. Сильное течение образовалось в пользу выдвижения демократами кандидатуры Дуайта Эйзенхауэра, ради которого Трумэн был готов отойти в сторону. Никто не знал, какой партии придерживался генерал. Но когда выяснилось, что Эйзенхауэр твердо решил не выступать ни от одной партии, демократам не оставалось иного выбора, кроме возвращения к Трумэну.

В июле на съезде Демократической партии в Филадельфии без особых разногласий, но и без малейшего энтузиазма была принята кандидатура Трумэна. Лишь один Трумэн проявлял неустрашимый боевой дух. Он настаивал на принятии платформы, поднимавшей на партийную мачту флаг «Справедливого курса». Выражая согласие на принятие кандидатуры, он в своей речи громил врагов и привел в ужас республиканцев, заявив, что созовет специальную сессию Восьмидесятого конгресса, чтобы дать ему возможность выполнить те либеральные обязательства, которые в это время давали республиканцы. Но если будет необходимо, то он, Трумэн, готов вести борьбу один.

Одно время Трумэн казался весьма одиноким. Республиканцы, созвавшие свой съезд тоже в Филадельфии, уже выдвинули кандидатуру Томаса Е. Дьюи и сплотили вокруг него все партийные фракции. Одно время казалось, что сенатор Роберт А. Тафт, сын бывшего президента и человек, о котором говорили, что он «в Вашингтоне лучший ум до тех пор, пока ему не надо принимать решение», мог одержать победу над ньюйоркцем. Хотя у Тафта и были кое-какие черты либерализма, все же общее направление его ума и характер были слишком выраженно консервативными для переживаемой эпохи; были слишком памятны его довоенный изоляционизм и послевоенный холодок в отношении ООН; поэтому шансы Тафта на победу над Дьюи были не велики.

Дьюи был моложе, более привлекателен, более либерален, и его сторонники были лучше организованы. Он был избран кандидатом после третьего голосования, а его партнером оказался способный и популярный губернатор Калифорнии Эрл Уоррен, который должен был ввести свой штат в русло республиканцев. Платформа республиканцев отстаивала интернационализм во внешней политике, но по важным вопросам внутренней политики была уклончивой.

Дабы омрачить перспективы Трумэна, твердолобые южные демократы созвали фракционный съезд и выдвинули кандидатом в президенты губернатора Южной Каролины Дж. Строма Тёрмонда и губернатора Миссисипи Филдинга Л. Райта – кандидатом в вице-президенты. Подобно Калифорнии, владельцы нефтяных промыслов в штатах Мексиканского залива стояли за передачу прибрежных районов под контроль штатов; возмущаясь Трумэном за то, что он наложил свое вето на выработанный с этой целью законопроект, они содействовали сбору средств в фонд «партии диксикратов». Большинство южных демократов соблюдало верность своей прежней партии, но если бы Тёрмонд получил большинство даже в небольшом числе штатов, то выборы пришлось бы перенести в палату. Тем временем Уоллес был выдвинут кандидатом от наскоро организованной прогрессивной партии; он отправился в пропагандную поездку, выступая с речами, в которых нападал на Трумэна, обвиняя его в намерении втянуть страну в войну против СССР. Как только коммунисты начали присоединяться к нему, большинство настоящих либералов покинуло Уоллеса. Все предвещало сокрушительную победу республиканцев, масса избирателей казалась апатичной.

Тем не менее президент не терял надежду; в своих обширных пропагандных поездках он пользовался языком народных масс, критикуя Восьмидесятый конгресс, нападая на Дьюи и защищая собственную политику. Его единоличная кампания вызывала восхищение. В то же время Дьюи был так уверен в победе, что едва касался насущных вопросов и говорил только о национальном единстве. Его бесцветная тактика никого не воодушевляла и многих отталкивала.

На следующий после выборов день страна была возбуждена поразительным исходом голосования. Вопреки предсказаниям Трумэн одержал победу и получил 24 миллиона голосов и 303 голоса в коллегии выборщиков; Дьюи собрал немногим менее 22 миллионов голосов и 189 голосов в коллегии выборщиков. Тёрмонд получил большинство в