История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер

штатах Луизиана, Миссисипи, Алабама и Южная Каролина. Уоллесу не досталось ни одного штата. Некоторые наблюдатели объясняли эти результаты тем, что на выборы явились только три пятых избирателей и что многие республиканцы в это время играли в гольф; другие ссылались на вялую кампанию Дьюи – он потерпел поражение, имея победу в своих руках. Наиболее вероятной причиной было восхищение американцев неукротимым борцом. Теория о том, что страна теперь в основном склонилась в сторону демократов, получала свое подкрепление в исходе выборов в конгресс, где в сенате демократы располагали 54 местами против 42 республиканцев, и в новой палате представителей, где было 263 демократа против 161 республиканца. Для Трумэна это не имело значения: контроль в конгрессе по-прежнему находился в руках коалиции диксикратов и республиканцев.

Увядание «Справедливого курса»

Президент, обладающий большим, чем у Трумэна, тактом и воображением, мог бы достичь большего в сотрудничестве с Восемьдесят первым конгрессом, собравшимся на сессию вскоре после его избрания. Хотя в январе 1949 г. Трумэн опять представил конгрессу свою программу «Справедливого курса», но добился он немногого. Большинство президентов встречало больше затруднений не в течение своего первого срока, но во время второго срока. Влияние Трумэна в конгрессе в 1949–1952 гг. уменьшилось примерно так же, как это было у Тафта в 1911–1912 гг., хотя и не так сильно, как у Кливленда в 1895–1896 гг. и у Гувера в 1931–1932 гг.

В вопросах расовых взаимоотношений южные члены конгресса оставались такими же упорными противниками его предложений. Довольно скромный законопроект об обеспечении справедливого найма на работу и законопроект об отмене подушной подати были приняты палатой, но были отвергнуты сенатом. Вопрос об оказании помощи федеральных властей школам также продолжал оставаться в тупике. У Трумэна не было достаточных возможностей для того, чтобы изменить, а тем более отменить закон Тафта— Хартли. В апреле 1950 г. конгресс принял закон о жилищном строительстве, которым предусматривалось ассигнование примерно 1,5 миллиарда долларов на снос трущоб и постройку домов с дешевыми квартирами. Конгресс принял важное решение, создав Национальный научный фонд, задачей которого было составление общегосударственной программы основных исследовательских работ в области техники и всех точных наук. Конгресс повысил минимальную заработную плату с 40 до 75 центов в час. Важнейшим из одобренных конгрессом мероприятий явилось расширение в 1950 г. сферы закона о социальном страховании, которым теперь было охвачено почти 45 миллионов человек вместо прежних 35 миллионов. Но конгресс отказал в ходатайстве Трумэна создать на больших реках предприятия типа Администрации долины реки Теннесси.

Между тем инфляция продолжала свое поступательное движение, почти не встречая препятствий. Согласно принятому в 1950 г. закону о производстве материалов для нужд обороны, было учреждено Управление экономической стабилизации, сначала возглавлявшееся доктором Аленом Вален-тайном, а затем – Майклом Ди Саллем. Валентайн пытался установить контроль над некоторыми товарами, обязав промышленников и торговцев держаться определенного уровня цен; Ди Салль пытался провести всеобъемлющее ограничение цен. Ни одному из них не удалось достичь больших успехов. После начала войны в Корее особенно активной стала хорошо знакомая спираль заработной платы, гоняющейся за ценами, и цен, гоняющимися за заработной платой. Люди, получавшие жалованье, рабочие, не защищенные мощными профсоюзами, фермеры и другие лица, неспособные увеличить свои доходы, очень пострадали от инфляции.

В целом проблема инфляции была чрезвычайно сложной. И все же нужно было что-то делать. «Если безудержная инфляция укрепит свои позиции в Америке, то нация потерпит банкротство, и Сталин сможет осуществить свои мечты о завоевании мира, не сделав ни одного выстрела» – так сказал Чарльз Е. Вильсон, глава Оборонно-мобилизационного управления. В январе 1951 г. правительство издало распоряжения об установлении контроля над ценами и заработной платой и определило их уровень, но в распоряжениях содержалось много исключений, и были они лишь временными. Самой лучшей защитой против инфляции было повышение налогов на доходы корпораций и частных лиц, начатое в этом году.

Коммунизм и государственнаябезопасность

Сразу же после избрания Трумэна ряд ярких событий приковал внимание общественности к деятельности коммунистов, способствуя созданию нездоровых общественных настроений, которые, как опасались некоторые американцы, могли привести к своеобразной антикоммунистической истерии.

Одиннадцать коммунистических лидеров, состоявших в политбюро компартии, были привлечены к суду в 1949 г. за нарушение изданного в 1940 г. закона Смита, согласно которому считается преступлением заговор, состоящий в «проповеди и поучении», направленных к насильственному свержению государственного строя. Перед судом возник ряд вопросов. Является ли компартия группой заговорщиков? Получала ли она приказы из Москвы? Проповедовала ли она насильственное свержение государственного строя? Судья Гарольд Медина, председательствовавший и проявивший беспристрастие и выдержку, суммировал доказательства в состоявшей из шестнадцати тысяч слов обвинительной речи и указал присяжным на необходимость учесть конституционность закона Смита, в то время находившегося под знаком вопроса, но впоследствии закрепленного в законодательстве. Присяжные признали виновными всех одиннадцать обвиняемых, и все они в конечном итоге были заключены в тюрьму.

Почти в то же время Элджер Хисс, одно время бывший довольно важной персоной в Государственном департаменте и совсем недавно возглавлявший Фонд борьбы за мир между народами имени Карнеги, предстал перед судом. Его обвиняли в том, что он дал Федеральному суду присяжных ложные показания под присягой, утверждая, что никогда не давал бумаг Государственного департамента Уиттекеру Чемберсу и никогда не встречался с ним после определенной даты. В судебном деле были элементы сенсационной таинственности. После того, как одни присяжные разошлись во мнениях, другие нашли его виновным, и Хисс был приговорен к пяти годам заключения. Правительство выслало из страны некоторое число иностранцев, обвиненных в коммунистической деятельности. Ряд штатов рассматривал законопроекты, требовавшие клятвы в лояльности от служащих, в том числе от преподавателей государственных общедоступных школ и университетов: в некоторых штатах законы были приняты. Широко задуманный в штате Нью-Йорк закон Файнберга обязывал увольнять из школ преподавателей, принадлежащих к организациям, которые, по определению Комиссии штата Нью-Йорк, составленной из членов правлений университетов, считались подрывными. Но этот закон поднял против себя волну протестов и был отменен.

Многие американцы опасались, что, под влиянием поднятых корейской войной страстей, движение в пользу защиты страны от внутренних опасностей может выйти из-под контроля и причинить больше вреда, чем, возможно, могли бы ей нанести коммунистические шпионы и заговорщики. Они считали, что атмосфера паники, подозрительности и репрессий охватывала страну; что во имя государственной безопасности, к великому прискорбию, урезывались свободы слова, печати, собраний и оппозиции. Разумные общественные лидеры указывали на то, что «виновность по общению» была несправедливой и не могущей найти себе оправдания; что никто не может составить правильного списка «подрывных организаций» и что попытки огульно исключать нелояльных людей из школ, университетов, организаций, имеющих воздействие на