Тени Казани - Юлия Шляпникова

осталась с незнакомой бабкой одна, Ада судорожно сглотнула. В горле совсем пересохло, так что она чуть не подавилась из-за этого и закашлялась.

Окна квартиры выходили на ту самую подворотню, скрытую деревьями, и было едва видно, как машины неслись по Декабристов. Обычная квартира пожилого человека, всю жизнь прожившего при Советах, — стенка, два кресла и столик, трельяж рядом со входной дверью и угадывающийся в глубине второй комнаты диван-кровать, накрытый пестрым гобеленовым покрывалом.

— Пошли на кухню, — позвала тетя Люба, и Ада послушно направилась за ней.

Сейчас она не казалась сумасшедшей, как в книжном: только растрепанные волосы и этот дурацкий цветок наводили на мысли, что старушка не совсем обычная. Ада села за стол и сложила руки на коленях, не зная, как себя вести. Тетя Люба устроилась напротив.

— Давай, рассказывай, что случилось.

Ада положила на стол забинтованную руку и сказала:

— Оборотень поцарапал.

Тетя Люба тут же принялась разматывать повязку. При дневном свете царапины выглядели припухшими и красноватыми, но совершенно обычными, как от когтей кошки. Поводив по руке пальцами и даже принюхавшись, тетя Люба заявила бескомпромиссным тоном:

— Лихорадки нет, но будешь теперь по полнолуниям видеть всякое. Могу дать травки, чтобы спать без снов, но, если хочешь, можешь и так попробовать жить.

— А всякое — это какое? — физически ощутив упавший с плеч камень тревоги, поинтересовалась Ада.

— Вот если сейчас ты различаешь только тех, кто готов показаться сам или кто не особо и скрывается, то потом станешь видеть всех: духи, демоны, сокрытые в людях бесы и прочее. Как я станешь.

Ада вздрогнула, представив, что в старости тоже начнет красть пластиковые цветы для украшения вороньего гнезда на голове.

— А можно от этого как-то избавиться?

Тетя Люба покачала головой:

— Скажи спасибо, что не убыр покусал. Там бы еще и чувства обострились, совсем бы с ума сошла через пару дней.

То есть стать подобным созданиям иной стороны нельзя, но вот заразиться непонятными способностями — это легко! Интересно, Лиля про это знала и просто решила умолчать?

— Давайте свои травки на всякий случай, — согласилась Ада.

— Сто рублей.

Она молча покопалась в сумке и вытащила купюру на стол. Тетя Люба походила по кухне, достала пару банок из шкафа и собрала в обычный полиэтиленовый пакетик по горсти из каждой.

— А прививки мне доделать или не нужно? — уже убирая в сумку пакет, спросила Ада.

— Как хочешь, от этих тварей все средства хороши. Зря пошли туда, я же предупреждала.

— А вас кто поцарапал? Тоже оборотень?

Тетя Люба хмыкнула и отогнула воротник водолазки. Прямо над ключицей красовался шрам от зубов.

— Тогда некоторые местные убыры еще кусались.

Ада вздрогнула и поднялась со стула, чтобы уйти, но женщина ее остановила, схватив за здоровую руку.

— Тебе придется выбирать — ты или он. Не ошибись, иначе потом всю жизнь жалеть будешь.

Ада ощутила, как по позвоночнику прошелся холодок, и вырвалась из хвата.

— Спасибо за помощь! — бросила она, вылетев из квартиры и на ходу влезая в кеды.

Дима ждал на улице у подъезда, пыхтя очередной самокруткой. Затоптав окурок в асфальт с особым усердием, он пнул еще и какую-то жестяную банку, отправив в полет до ближайшей клумбы. Бабульки неодобрительно косились на него и громко бубнили про то, что «ходят тут всякие и загаживают наш двор», обсуждали нравы нынешней молодежи, а он делал вид, что не замечает. Или правда не замечал, глубоко уйдя в свои мысли и доставая новую сигарету. Красная прядь в его свалявшихся волосах горела для Ады сейчас, как свет маяка.

— Все в порядке! — почти столкнувшись с ним, затормозила Ада и закинула сумку через плечо.

Дима наконец выбрался из мыслей и, засунув нераскуренную самокрутку обратно в табакерку, расплылся в улыбке и радостно закружил Аду на руках.

— Правда в порядке? Не задело? — наконец остановившись, спросил он.

Ада кивнула.

— Только сказала… — выпалила она и тут же замерла, не зная, как лучше поступить: все рассказать или все же умолчать о последних словах. — Сказала, что теперь буду видеть всякое. Ну, это малая цена, думаю.

— Пошли отсюда, — заметив выходящую из подъезда тетю Любу, потянул за собой Аду Дима. — Расскажешь по дороге. Ты же домой?

Ада кивнула и вцепилась в руку Димы, как утопающий.

— Значит, провожу. Можем, кстати, перекусить, я взял мамины бутерброды.

По телу прокатилась волна тепла и легкого тока, даже кончики пальцев закололо. В груди стало тесно, Ада выдохнула, расплылась в улыбке и закивала головой.

Выходя из подворотни на Декабристов, она оглянулась. Увитый виноградом дом выглядел совсем обычно, а не заколдованным местом, каким показался при первой встрече. То ли солнце наконец выглянуло, то ли он всегда таким был, а ей просто от страха почудилось.

Глава 7

Обручью костра

Навеки верна —

Тебе не сестра,

Тебе не жена.

Мельница, Двери Тамерлана

Время перевалило за два часа дня, а погода разгулялась так, что Ада с Димой решили засесть прямо на улице, у подъезда. Площадка в это время пустовала, зато от детского сада доносились радостные вопли выгуливаемых детей. Изредка проезжала машина, решившая сократить путь до перекрестка дворами, или велосипедист.

В общем, идеальная атмосфера для задушевных разговоров.

— Мама сделала сегодня еще бутеры с сыром и салатом, попробуй, — раскладывая на скамейке между ними два свертка в привычной уже бумаге, сказал Дима.

— Не думала, что скажу это, но сейчас я съела бы даже камень!

— Не завтракала?

— Да какое там! Проснулась и сразу поехала в больницу. — Дима промолчал, виновато уставившись на бутерброды. — Вот только не надо повторять, что, если бы ты не позвал вчера на сходку, этого бы не было, — взорвалась Ада, догадываясь, о чем он сейчас думает.

— А ты все мои мысли теперь будешь читать или только такие?

— Только самые громкие, — проворчала Ада и вгрызлась в бутерброд.

— Что будем теперь делать? Она точно сказала, что все в порядке?

— Насколько может, да. Травки вон какие-то продала, сказала, что ближайшее полнолуние будет веселое.

— Может, с Сашей поговоришь? Давай пришлю ее номер?

— Да завтра в универе подойду, не переживай ты так. Когда там ближайшее полнолуние, кстати?

— Да как-то раньше не следил за этим. — Дима стушевался, будто поймав новый виток чувства вины.

— Эй! — Ада заставила его посмотреть