Гремлин за переборкой - Наталья Сергеевна Филимонова

фишки действуют только на людей и близких к ним гуманоидов. Большинство представителей других рас либо вообще не различают людей между собой — либо различают их какими-то своими органами чувств по неким особым признакам, и тогда их не обманешь никакой маскировкой.

Например, зеринцы всех живых существ различают не по внешним признакам, а по запаху. При этом их не надуришь никаким духами — аромат парфюма они с легкостью отделяют от индивидуального запаха. И чтоб я так знала, каким органом чувств эти клопы вообще что-то чуют!

Нет, правда, зеринцы — это жуки. Больше всего они похожи на земных травяных клопов, только с ладонь размером. Если присмотреться, можно найти и другие отличия от земных насекомых — более длинные относительно тела многосуставчатые лапки, мохнатое брюхо, а главное — острые, как ножницы, жвала, обычно незаметные и выдвигающиеся по желанию «клопа».

При всем этом с зеринцами, как ни странно, очень легко иметь дело. С представителями большинства инсектоидных рас крайне сложно общаться, у них совершенно другой образ мыслей. Но зеринцы ухитряются с легкостью договариваться и с людьми, и вообще с кем угодно. Потому и ценятся как незаменимые посредники в любых переговорах.

Именно к этой расе и принадлежал мой приятель, которого я хотела разыскать.

Для начала пришлось потратить некоторое время на приобретение коммуникационного браслета. В отличие от большинства людей, я не ношу вживленных чипов — по ним слишком легко отследить кого бы то ни было. Я приобретаю комм каждый раз, когда он мне нужен, а затем выбрасываю без сожалений. Нужные мне личные номера и позывные храню списком в микропланшете — простом, как табуретка, и не подключенном к мегасети. Зато у него огромный объем памяти и по нему меня невозможно засечь.

— Это опять ты⁈ — заорал мне в ухо чуть звенящий голос. — Отлично! Подлетай к Сампхен-Ай — знаешь, где это? Игорный дом в двадцать восьмом квартале. Сорок третий уровень. Зал карточных игр. Я скоро освобожусь. Осталось разуть это дерево.

Отключился Джек, как всегда, не прощаясь. Зеринцы вообще не используют формул вежливости, считая их лишними — все эти приветствия, прощания, благодарности и прочее. Зато представители этой расы легко подхватывают жаргонные словечки, обороты и всевозможные образные выражения. Интересно, «дерево» — это об особой тупости противника или о расе?

Я усмехнулась. Так и знала, что искать Джека нужно по игорным домам!

Само собой, настоящее имя зеринца было абсолютно непроизносимым. Но мой мелкий зеленый приятель ничуть не возражал ни против «Джека», ни против любых других имен, которыми его награждали представители разных рас.

Пятнадцать минут спустя я вышла из аэротакси у игорного дома в двадцать восьмом квартале.

Зал карточных игр оказался набит битком — причем представителями самых разных рас. Присмотревшись, я поняла, почему: здесь играли не только в земные карты. Например, на одном из столов я заметила колоду с квадратными плотными листами, рисунок на которых представлял собой россыпь разноцветных точек. За этим столом сидели несколько сосредоточенных оранжевых ящеров. Причем, по-моему, они вообще не шевелились — только надували и спускали зобные мешки.

Но своего приятеля я обнаружила на столе, где играли в самый обыкновенный земной преферанс. Как выяснилось, «дерево» — это все-таки не метафора. Партнерами Джека оказались суетливый мужчина — человек и, собственно, дерево. То есть, конечно, магонец — представитель растительной расы, действительно напоминающий небольшое дерево с синеватой листвой. Правда, как клоп собирается его «разувать», так и осталось загадкой, учитывая, что магонцы передвигаются на голых корнях. В зале ему, конечно, как и каждому, предоставили удобное «сиденье», предназначенное специально для представителей его расы. То есть кадку с землей, в которую он мог запустить корни. Вряд ли Джек претендует на эту кадку.

— Шайла!! — заорал мой приятель, переползая к краю стола. — Рад тебя видеть, двуногая! Подожди пару минут!

Да, с Джеком я познакомилась, когда еще совсем недавно сбежала. Мне тогда доставляла особое удовольствие сама возможность произносить вслух свое настоящее имя. Поэтому иногда я им представлялась. Потом, конечно, решила, что это слишком рискованно — так что на всех остальных планетах меня знают под другими именами.

— Своя игра! — не менее пронзительно заорал Джек минуту спустя, сгребая карты. Мужчина напротив него выругался, а магонец взволнованно зашелестел кроной.

Разговаривать в спокойном тоне Джек, по-моему, не умеет — он всегда вопит. А может, все дело в погрешности его транслятора. Звуки, которые зеринцы издают на самом деле, человеческое ухо не улавливает, так что общаются клопы с помощью крохотных — с ноготь человека — трансляторов, закрепленных на груди.

Это еще что, представители некоторых рас вообще общаются между собой не звуками, а запахами или световыми сигналами. Компромисс для взаимодействия разумные разных планет искали веками, пока не был создан галакто.

Галакто — изначально искусственный язык, созданный специально для общения рас с разными речевым аппаратом и понятийной системой. В нем предельно упрощен звуковой ряд и речевые конструкции, а синонимы и вовсе отсутствуют. Кто-то, как люди, не слышит ультра- и инфразвука, кто-то не может произносить шипящих… В итоге на галакто примерно одинаково неудобно говорить всем.

Но с расселением рас по планетам в конце концов возникли целые миры с населением, для которого галакто — родной язык. Появились многочисленные усложненные диалекты, в которых добавились и звуки, и слова из языков разных народов. Для переговоров между расами по-прежнему используется изначальный, самый простой вариант галакто. А вот у людей и нохайцев, которые могут слышать и произносить одни и те же звуки, да и мыслят одинаково, сложился общий диалект. И, как ни странно, именно этот диалект переняли и зеринцы, способные впитывать вообще любую информацию. Разве что им приходится использовать транслятор, чтобы люди могли их слышать.

— Могу ли многоуважаемого соперника молить я о реванше? — пропело что-то, и клоп, крутанувшись на столе, безошибочно развернулся к «дереву».

Понятия не имею, каким местом магонцы разговаривают на самом деле, для общения с людьми им тоже приходится использовать трансляторы.

— Не можешь! — коротко ответил клоп, быстро просеменил по столу к «дереву», взбежал прямо на него, выдвинул жвала и клацнул ими. А затем расправил короткие крылышки и спланировал мне на плечо, сжимая в верхней паре лапок ветку с двумя листьями.

Магонец горестно зашуршал кроной.

— Погнали! — завопил Джек мне прямо в ухо.

— Ты спятил? — поинтересовалась я, уже пробираясь к выходу. К счастью, за нами никто не гнался — значит, членовредительство было оговорено заранее. — Зачем тебе ветка⁈

— Пригодится, — клоп махнул веткой, щекотнув мое ухо, и