Бывшие. Второй шанс для Золушки - Галина Колоскова

– Саша все объяснил! – защищаю я его, сама не зная зачем. – Она его затащила к себе, он был пьян, он ничего не помнит! Это была ловушка!

Тётя Наталья качает головой. В глазах умудрённой годами женщины безграничная жалость. Не к нему. Ко мне.

– Бедняжка Саша. Что же он не заявил об изнасиловании в полицию, если его так грубо использовали против воли? Или он просто играет на твоей старой привязанности и тем, что ты загнана в угол? Выбор за тобой, Инна. Или ты выходишь и разговариваешь с Королёвым в коридоре, или я запускаю его сюда, в спальню. Решай.

Она не шутит. Вижу это по её сжатым губам. Взбешённая, сбитая с толку, я с силой отодвигаю стул и выхожу из комнаты. Чего он ей такого наговорил, что она резко сменила гнев на милость?

Леонид стоит в тесном коридоре, прислонившись к стене. Он в чёрных джинсах и чёрной рубашке, расстёгнутой на горле. Без пиджака, без галстука, без этого ореола начальственного превосходства. И оттого выглядит моложе. Почти таким, каким был шесть лет назад. Уставшим, обычным парнем. И от этого ещё опаснее.

– Тётя сказала, ты хочешь меня спасти, – начинаю я, скрестив руки на груди. Защитная поза. – От какой такой глупости? От брака с нормальным человеком?

Он смотрит на меня, не мигая.

– А я ненормальный?

Молча киваю.

Он усмехается, словно знает то, что мне не доступно.

–Саша совсем не такой человек, каким ты его считаешь, Инна.

– О, а ты его эксперт? – не удерживаюсь от сарказма. – Мы знакомы с детского сада. Я знаю его всю жизнь. Он может быть глупым, ревнивым, но он не предатель. В отличие от некоторых.

Леонид усмехается. Коротко, беззвучно.

– А чем я тебе так не угодил, что ты сбежала от меня за неделю до свадьбы? Интересно, что такого я сделал?

От его вопроса у меня перехватывает дыхание. Он что, правда не понимает?

– Ты забыл, как целовался с Норой в своём кабинете? – выпаливаю я, и старая боль, острая, как вчера, пронзает меня. – Я видела собственными глазами!

– Она пыталась меня поцеловать, – его голос твёрд. – А не наоборот. Я её оттолкнул. Как раз в тот момент, когда ты вошла. Она пришла ко мне с фотографиями, подтверждающими твою измену. Где ты целовалась с блондинчиком, за которого теперь выходишь замуж.

Фотографии? Какие фотографии? В голове мелькают обрывки воспоминаний. Саша. Прощальный поцелуй перед моим отъездом в Москву? Но это было годами раньше!

– Таких фотографий – целая серия! – почти кричу я. – Мы встречались в школе! С восьмого класса! Но всё это было в прошлом. Я рассказывала о нём! Я не изменяла тебе, Леонид! Никогда!

Он замирает, его лицо становится каменным.

– Тогда откуда взялись свежие снимки, за месяц до нашей свадьбы? Как они оказались у Норы?

– Спроси у неё! – рычу я в ответ. – Я не изменяла тебе! А ты мне – да! Хотел исправить всё? Врёшь… ты меня не искал. Смирился и быстро утешился.

– Я искал! – его голос гремит в тесном пространстве коридора, заставляя меня вздрогнуть. – Я приезжал сюда! К твоей матери! Она сказала, что ты уехала с Сашей в другой город, вышла за него замуж и родила ребёнка. Всё сходилось! И время, и слова Норы! Что я должен был думать?

Я отступаю на шаг, будто он ударил меня. Душу пронзает боль. Из нападающей я становлюсь жертвой. Мама… Моя родная мама сказала ему это? Закопала меня заживо, отдав ему удобное оправдание своей подлости – моего ухода из дома? За что она меня так ненавидит? Но Нору она на него не вешала! Сжимаю виски руками. Перед глазами их фотографии в журнале. Неужели и вправду реши, что я стану его любовницей?

– Поэтому… поэтому ты на ней женишься? – спрашиваю дрожащим голосом. – Из благодарности за информацию?

– Я не женюсь на Норе, – он говорит это, как констатацию факта. – Я становлюсь бизнес-партнёром её отца. Ожидается слияние наших компаний. И только.

– Но я видела статью! И мне звонила Нора! Она сказала, что беременна от тебя!

Леонид издаёт короткий, сухой смешок.

– Если беременна, то только не от меня. Мы с ней никогда не были вместе. Поменьше читай жёлтую прессу, Инна! Все эти годы я был женат на работе. Строил бизнес. А теперь ответь мне. Почему ты не сказала мне тогда, что беременна? Что ждёшь моего ребёнка?

В его голосе прорывается боль, которую я долго в себе носила. Но я не могу сдаться. Не могу.

– Я не знала об этом тогда! – шиплю в ответ, опасаясь разбудить Таню. – А потом боялась, что ты отберёшь дочь. Твоя мама не любит меня, но мечтает о внуках. Она бы сделала всё, чтобы забрать дочь у такой неудачницы, как я.

Он смотрит на меня, и в его глазах я вижу понимание. Он хорошо знает свою мать. Понимает, что я права.

– Саша не ангел, – возвращается он к своему. – И, возможно, он в сговоре с Норой.

– Доказательства! – требую я, чувствуя, что почва уходит из-под ног. Слишком много информации. Слишком много боли за один вечер. – Неси доказательства, а не голословные обвинения!

Внезапно он делает шаг ко мне. Нависает скалой. Смотрит сверху в глаза жадным взглядом. Молчу, растерявшись от его наглости. Широкая ладонь неожиданно фиксирует шею. Большой палец второй руки проводит по моим губам. Легко, почти невесомо. Он наклоняет голову, приближаясь губами к шее. Слышу его дыхание. Горячий воздух касается нежной кожи. Он помнит, что заводит меня больше всего. Прикосновение, на которое предательски реагирует моё тело. Сердце бьётся так сильно, что кажется, он слышит его неровный стук. Ноги дрожат. Внутри всё замирает, а потом взрывается фейерверком из боли, тоски и… желания. Проклятого, неуместного. Всхлипываю, понимая, что ещё секунда, и я растаю, позволю делать ему с собой, всё что захочет.

Пытку прекращает сам Леонид. Отпускает меня, отталкивается от стены. С минуту смотрим в глаза друг другу. Уверена, он испытывает те же чувства, что и я. Мы оба помним, как было нам хорошо друг с другом.

– Вот первое доказательство, – говорит он тихо, глухим, густым голосом. – Ты по-прежнему любишь меня. Я это чувствую.

Отскакиваю от него, как ошпаренная, прижимаюсь спиной к стене. Нора была права. Я соглашусь ради него на что угодно, если не прекращу, не прогоню. Указываю рукой на дверь.

– Твоё время вышло, Леонид. Уходи. Если