Господин Черчилль в Белом доме. Нерассказанная история премьер-министра и двух президентов - Роберт Шмуль

Корделл Халл, занимавший с 1933 по 1944 год пост Государственного секретаря, вспоминал в своих мемуарах: «Утром 31 декабря, в то время, когда премьер-министр Черчилль принимал ванну в своих апартаментах в Белом доме, к нему пришел президент с идеей, что совместная декларация двух стран должна называться “Декларация Объединенных наций”. Достопочтенный купальщик согласился, так и появился термин “Объединенные нации”». Корделл, удостоенный в 1945 году Нобелевской премии мира за решающую роль, сыгранную им в учреждении Организации Объединенных Наций, ошибся в своей датировке на день и не дает нам никаких розовых или каких еще цветовых деталей в описании тела Черчилля, но фраза «достопочтенный купальщик» и другие выражения президента отмечены самым долговечным Госсекретарем в американской истории.

И для Рузвельта, и для Черчилля рассказывание историй было делом естественным и привычным, вне зависимости от размера аудитории: будь то один слушатель или множество. Развлекая или забавляя других, они становились более человечными и привлекательными. И это могла быть даже одна и та же история. 4 января 1942 года Галифакс написал в дневнике, что он поинтересовался, будет ли полдень 5 января подходящим временем для встречи с премьер-министром. Черчилль уклонился, сославшись на то, что Рузвельт может беседовать с ним в его апартаментах, как это было несколькими днями ранее. Далее Черчилль рассказал Галифаксу, что президент застал его совсем без одежды, и ему пришлось быстро задрапировать себя полотенцем: «Он единственный глава государства, которого я когда-либо принимал в обнаженном виде!»

Для обоих лидеров история становилась тем более интересной, чем чаще ее повторяли. Когда канадский премьер-министр Маккензи Кинг приехал в Белый дом в декабре 1942 года, через год после первого пребывания там Черчилля, Рузвельт, объясняя ему происхождение фразы «Объединенные нации», рассказал, что он «едва мог дождаться утра, чтобы поделиться своей придумкой с Уинстоном», и о том, в каком совершенно необычном виде его принял у себя премьер-министр. «Уинстон крикнул ему из-за закрытой двери “Заходите!”, но в этот момент он принимал ванну. По словам Рузвельта, он вышел через несколько минут совершенно обнаженным. Президент говорит ему: “Уинстон, я придумал: Объединенные нации!”».

Как бы часто Рузвельт ни повторял эту историю, не до конца ясно, в этом ли эпизоде розовотелый главный его герой произнес фразу, которая чаще всего ассоциируется в популярных рассказах с его первым визитом в Белый дом в военное время. В воспоминаниях людей, окружавших Черчилля во время этой поездки, приводится еще несколько памятных моментов, связанных с Черчиллем – любителем принимать ванну дважды в день и его хозяином – главой государства.

Уолтер Генри Томпсон, телохранитель Черчилля в 1920-е годы и в 1939-м вновь призванный на эту роль из отставки еще на шесть лет, вспоминал, что в «первый же вечер в Белом доме» он проверял покои премьер-министра и услышал стук в дверь. Черчилль велел ему открыть, и Томпсон увидел на пороге Рузвельта в инвалидном кресле, который медлил в нерешительности. Опытный инспектор Скотленд-Ярда обернулся и увидел, что Уинстон Черчилль «был абсолютно гол, в одной руке – стакан виски, в другой – сигара». Рузвельт порывался развернуться, но Черчилль настоял (и разговор в итоге длился больше часа), провозгласив: «Как видите, господин президент, мне нечего скрывать».

Указанная Томпсоном дата – «первый же вечер в Белом доме», то есть 22 декабря – выглядит крайне сомнительной. Согласно дневнику управляющего Белым домом, ужин в тот вечер был подан в 8:45, после чего в кабинете президента состоялась встреча с участием нескольких человек, которая продолжалась с 10 до 12:35. И Рузвельт, в соответствии с этим дневником, удалился на покой в 12:50. В тот вечер нет часа, в котором могла бы случиться рассказанная Томпсоном красочная история. Интересно, что Томпсон, опубликовавший четыре тома мемуаров об охране Черчилля, лишь один раз описывает эпизод с обнаженным премьером. Американский журналист и писатель Эрик Ларсон практически слово в слово повторяет эту историю в своей книге о первом годе пребывания Черчилля на посту премьер-министра «Великолепное и подлое: сага о Черчилле». В еще один пересказ подобной истории, на сей раз более близкий к версии Рузвельта, оказался вовлечен другой Томпсон – Чарльз «Томми» Томпсон, офицер британского ВМФ, адъютант и личный помощник Черчилля в годы Второй мировой войны. В основанной на обширных мемуарах Томпсона книге британского историка Джеральда Поула «Война и полковник Уорден» («полковник Уорден» – наиболее часто использовавшееся кодовое имя премьер-министра во время путешествий; также его называли «полковник Кент» и «коммодор авиации Франкленд») приводится не относящееся к конкретному эпизоду описание утреннего омовения премьер-министра, которое «всегда было довольно зрелищным событием»: купальщик уходил под воду и поднимался на поверхность, «пыхтя, как кит». Стоя наготове, камердинер подавал большое полотенце, и закутанный таким образом Черчилль «ходил взад-вперед», диктуя помощнику. Томпсон вспомнил для Поула один случай, когда стенографист Патрик Кинна с «блокнотом и карандашом» в руках записывал произнесенное Черчиллем, и «в ванной комнате появился Рузвельт», чтобы обсудить ключевые фразы и проект документа. В этой версии, источником которой является Кинна, «обнаженный и нисколько не смущенный Черчилль заявляет: “Мне нечего скрывать от президента Соединенных Штатов!”»

Мартин Гилберт, официальный биограф Черчилля, отчасти подтвердил рассказанное Кинной, опубликовав полученное им от стенографиста письмо. В этом послании, датированном 10 октября 1984 года, описывается эпизод, случившийся, по утверждению Кинны, 24 декабря 1941 года, то есть за восемь дней до даты, которую сам Черчилль называл как день, когда появилось словосочетание «Объединенные нации»: «Вдруг президент Рузвельт въехал в спальню и увидел совершенно обнаженного премьер-министра, который ходил по комнате, надиктовывая мне текст. Никогда не теряющий самообладания Черчилль произнес: “Как видите, господин президент, мне нечего от вас скрывать”»

Помощник Черчилля Иэн Джейкоб, скептически относившийся к методам работы Рузвельта и к порядку в его кабинете, описывает еще один эпизод появления обнаженного премьер-министра перед президентом. В то конкретное утро Рузвельт въехал на своем кресле в Розовую спальню и осведомился, не спит ли премьер-министр. Ему сообщили, что Черчилль принимает ванну, и Рузвельт, не моргнув глазом, открыл дверь. «Не обращайте на меня внимания», – сказал президент, пока премьер-министр заворачивался в полотенце, и дверь закрылась».

Во время первого пребывания Черчилля в Белом доме произошел еще один аналогичный эпизод, и он по-своему более драматичен, пусть даже и не столь исторически значим. В своих мемуарах Кокс рассказал, что стоял у входа в картографическую комнату, когда заметил в коридоре президента и Венделла Уилки. Уилки, бизнесмен и бывший демократ, был «темной лошадкой», кандидатом в президенты от республиканцев, которого Рузвельт победил в 1940 году. Хотя дата описываемой встречи не указана, в дневнике служителя Белого дома указано, что это был вторник, 13 января