Воспоминания. Путь и судьба - Григорий Николаевич Потанин

западной стороной Большого Хингана. Далее отряд Потанина углубился в Большой Хинган. Первым из европейских путешественников Потанин перешел Большой Хинган перевалом Малачой-дабан (Малагай-дабан), выйдя в районе современного китайского городка Дабан (городской округ Чифэн, автономный район Внутренняя Монголия, КНР).

По долинам небольших речушек дошли до крайней южной точки маршрута, привязанной на местности к буддистскому монастырю Хан-табын-сумэ / Хантабынь-сумэ (ныне на территории городского округа Чифын / Чифэн / Улан-Хад / Улаанхад, в буквальном переводе «Красная скала», автономный район Внутренняя Монголия, КНР). В монастыре отряду запретили поселиться. Спустя день пришедший на стоянку представитель монастыря попросил перенести лагерь за пределы видимости, поскольку, любопытствующие монастырские обитатели, обступившие плотной толпой лагерь, забыли о молитве, службе и послушании, удовлетворяя изголодавшийся интерес к новым людям и обстоятельствам.

После нескольких дней стоянки, 18 июля 1899 года экспедиция отправилась в обратный путь. Прошли восточной стороной Большого Хингана. Возвращались в Россию домой долиной реки Холын-гол (ныне Халкин-гол, монг. Халхын-гол, МНР). Российско-китайскую границу перешли в конце августа через Абагайтуевский караул (ныне Абагайтуй – сельское поселение «Абагайтуйское», Забайкальского района Забайкальского края, РФ) на реке Аргуни.

1900 год

Потанин составляет отчет о последнем своем монгольском путешествии, систематизирует и разбирает материалы и дневники. Помимо традиционных коллекций и гербария, важнейшим результатом последней экспедиции Потанина станет определение высот (анероидом и гипсотермометром) и уточнение карты местности. По маршруту Потанин корректировал существующую карту района Большого Хингана и др., например, река Улугуй оказалась одна, а не две, как было обозначено на карте, исправления были внесены в определении русла реки Холын-гол и местности вокруг реки. Благодаря этим картам, выверенным в последней, шестой экспедиции Потанина, спустя десятилетия, в 1939 году советские войска разобьют японскую армию в районе реки Халкин-гол, а в 1945 году нанесут окончательное поражение Японии, вынудив в результате победоносной войны освободить Китай.

1901 год

После короткого очного знакомства в Санкт-Петербурге в Союзе писателей, начался последний в жизни Потанина любовный роман с барнаульской поэтессой Марией Георгиевной Васильевой (1863–1943 гг.), которой он окажет протекцию издания в Петербурге первого поэтического сборника «Песни сибирячки».

Влюбился Потанин не в стихи, а в автора. «Сибирячка» была соблазнительна, миниатюрная с нежной кожей, с маленькими ручками, пухленькая, как «медвежонок» (в определении влюбленного Потанина), с миндалевидными глазами и пепельными волосами, трогательным, испуганным и беспомощным взглядом, как это бывает с инфантильными людьми, в своем развитии застывшими в подростковом возрасте, и оттого не понимающими происходящего вокруг них.

Потанин обосновался в Иркутске, где вновь возглавил Восточно-Сибирский отдел Российского географического общества (ВСОРГО), созданный им в 80-х годах предыдущего столетия. Здесь свою известность и энергию Потанин употребил на организацию празднования 15-летнего юбилея отдела. Торжественное собрание состоялось 17 ноября 1901 года в Иркутском театре, зал на 1000 человек был полон, выступали представители, по словам Потанина, «40 депутаций… депутация женщин… бурятская депутация… депутация студентов Томского университета и Томского технологического университета… кяхтинцы…».

После празднования юбилея ВСОРГО, на пике известности, в момент торжества своего дела, которому он посвятил много лет, у Потанина опять случается приступ меланхолии. Болезнь вернулась. Потанин описывает свое состояние в письме к Васильевой: «Вы, вероятно, составили обо мне не совсем верное представление. Вероятно, я Вам кажусь натурой совершенно уравновешенной, никогда не падающей духом… В действительности же я страдаю этим пороком более, чем многие другие лица… Сам хотел бежать из Иркутска, бросив свои книги и махнув рукой на все начатые затеи и планы общественной деятельности. Я перестал заниматься ею, или, если что делал, то через силу, а когда меня призывали к деятельности, я раздражался… Чувствую себя в нормальном состоянии только по вечерам, а днем испытываю жар и ложусь в постель… Я теперь в ненормальном состоянии духа, как будто болен душою… Хотелось бы куда-то уйти, в горы, под снежную линию…».

Подобные приступы помогала гасить покойная жена или дорога, о которой он и пишет, как спасительной возможности преодолеть возникшее состояние. Потому он буквально бежит из Иркутска в Красноярск, бросив свои вещи, которые затем вынужден вызволять из Иркутска путем долгой переписки, просьб к оставшимся в Иркутске товарищам, знакомым и хозяевам квартиры.

1902 год

Несколько месяцев красноярской жизни под опекой друзей благотворно сказались на психическом состоянии Потанина и его делах. За этот короткий промежуток времени Потанин подготовил и сдал в печать сборник сибирских русских сказок, по его словам «штук до 60 с предисловием». И меланхолия не возвращалась.

В начале апреля 1902 года Потанин переезжает из Красноярска в Томск, как оказалось навсегда, в этом городе он проведет последние восемнадцать лет жизни.

1903 год

По инициативе Потанина при самой влиятельной на тот момент в Сибири томской газете «Сибирская жизнь» была организована литературная группа «Молодая Сибирь», из которой вышли первые сибирские писатели. В ней впервые обсуждался вопрос, что такое Сибирь в судьбах России и мира. Журналы и альманахи начала и первой половины XX века редактировали выходцы из «Молодой Сибири», ученики Потанина.

Потанин становится редактором литературного раздела газеты «Сибирская жизнь» (которую он упорно называет «журналом»), по сути, соредактором газеты, где будут опубликованы его «Воспоминания» и важнейшие труды последних лет.

1904 год

Порой казалось, что роман в письмах угасает. 10 февраля 1904 года Потанин пишет: «Дорогая Мария Георгиевна. Вы высказываете твердое, по-видимому, убеждение, что жениться не следует, что Вы не намерены выходить замуж. Перевести на ясный язык, Вы отказываете мне в Вашей руке. Так что ли?…Я стар и мне не к лицу бы думать о женитьбе, а тем паче воображать, что моя любовь может доставить счастье женщине, которая меня значительно моложе… Вы хотите, чтобы мы говорили друг другу всю правду. Это можно делать только с интимным другом. У меня интимных друзей среди мужчин не было; единственный интимный друг у меня была жена…».

1905 год

В январе Потанина арестовали за участие в собрании, в котором ораторы призывали к революции и свержению самодержавия. Для бывшего каторжника, заключение под стражу не было поводом для уныния. По словам Потанина, его «продержали в одиночном заключении 12 дней… без всякого ущерба… Я там прочел одну интересную книгу с увлечением, и еще с большим увлечением начал писать очерк о Монголии для народного чтения».

В апреле 1905 года с подачи Потанина юридическим обществом при Томском университете, членом котором состоял и Потанин, был подготовлен «Проект основных начал положения о земских учреждениях в Сибири», предполагающий создание, наряду с