Воспоминания. Путь и судьба - Григорий Николаевич Потанин

В тот же день вечером привал на реке Иро, разговор бывших политических заключенных – Потанина, Дмитрия Александровича Клеменца и Попова, которые проводили Потаниных до первой остановки.

19-22 октября. Ужасный переход от Иро до Урги (ныне Улан-Батор) в монгольских повозках, представляющих из себя закрытые квадратные ящики на двух колесах и без рессор. Проезжали до 60–90 верст в сутки, меняли лошадей на уртонах (почтовых станциях), которые представляли собой простую юрту, в день проезжали 4–5 уртонов. В Урге экспедиция жила на территории русского консульства.

25 октября. Иркутская газета «Восточное обозрение», № 43, от 25 октября 1892 года, сообщила в рубрике «Хроника сибирской жизни»: «Нам телеграфируют из Кяхты, что 18 октября Григорий Николаевич Потанин выехал отсюда в Ургу».

Первое письмо Потаниной с дороги матери и брату в Нижний Новгород, 26 октября 1892 г.: «Пишу из Урги. Дорога в китайской телеге, где приходится сидеть задом к лошадям, и где иногда ноги приходятся выше головы, измучила нас совсем, хотя мы ехали в общей сложности от Кяхты только 36 часов и ночевали 3 ночи. С ужасом думаю, что придется в этих телегах сделать 1500 верст до следующей остановки. Сожалею, что едем не на быках, тогда по крайней мере не трясло бы. Едем вскачь; два всадника тащат нашу повозку за оглобли, другие два поддерживают за веревки, кругом мчится еще человек 10 верховых, все это кричит, скачет, предупреждает об опасности криком: «нельзя, нельзя, не пойдет!» Лошади иногда пугаются и выскакивают из оглоблей; в общем, все это ужасно пугает и действует на нервы. К ночи остановка в нарочно выставленной юрте, где уже разведен огонь и даже поджидают с чаем. Усталость, грязь от пыли, в которой мы едем и головокружение от ужасной тряски – вот те прелести путешествия, которым так завидовали почти все провожавшие меня дамы. Часто мне вспоминаются их восклицания: «Какая вы счастливица!»

13 ноября, пятница. Въехали в Пекин. Обосновались на территории русской посольской миссии. Хлопоты по организации основной части экспедиции, наем рабочих, выбор повозок для дальнейшего передвижения вглубь Китая. Изнуряющий переход в тряских повозках-коробках через Гоби стал сокрушительным для Александры Викторовны, она совершенно вымотана. Это была одна из главных ошибок Григория Николаевича. Получилось быстро, 60 или более верст в день, при 10–12 часах в пути, но ему 57 лет, жене – 49. Обычный способ передвижения на телегах или повозках был бы на две недели дольше, стоил бы дороже, но не подорвал бы здоровье Александры Викторовны. Настолько, что посольский врач Николай Григорьевич Вент рекомендовал Александре Викторовне прервать путешествие. Потанина категорически отказалась оставить мужа одного в дороге, несмотря на боли в сердце и усталость.

16 декабря 1892 года, в среду, отряд в составе пяти человек, супруги Потанины, коллектор Кашкаров, рабочий и переводчик Рабданов и рабочий Лобсын, – покинули Пекин в трех китайских повозках. Направляясь на юг Китая, по пути им предстоит проехать четыре провинции – Чжили (ныне Хэбэй), Хэнань, Шаньси (Ныне Шэнси), Сычуань.

В Петербурге вышел из печати двухтомный отчет об их третьей семейной экспедиции «Тангутско-Тибетская окраина Китая и Центральная Монголия. Путешествие Г. Н. Потанина, 1884–1886 гг.» (в кожаном коричневом переплете, более 1100 страниц, под грифом – «Издания Императорского русского географического общества»).

1893 год

За пять недель (с 16 декабря) отряд Потанина миновал города: Диньчжоу (Ныне Динчжоу), Синьлэсян (Ныне Синьлэ), Чженьдинфу (Ныне Чжэндин), Цисян (Ныне Цисянь), Синансянь (Ныне Синьсян), Чжэнчжо`у, Линбаосянь (Линбао), Вейнань (Вэйнань). Шли очень быстро, останавливаясь на ночной отдых. На дневку (суточный отдых), останавливались всего три-четыре раза за месяц, не считая вынужденного ожидания на переправе на Хуанхэ в начале января из-за морозов.

21-24 января. Древняя китайская столица Сианьфу (Ныне Сиань). Здесь отряд меняет средства передвижения, из повозок пересаживается в китайские носилки (в паланкине, по выражению Потанина) и на мулов.

Дальнейший путь из Сианьфу идет на запад и юго-запад в город Чендуфу (ныне Чэнду), административный центр провинции Сычуань. Большая часть маршрута (протяженностью 1100 верст) пролегает по горам и гористой местности, большую часть которого Александра Викторовна преодолевает в паланкине. Из жалости к носильщикам, крутые горные подъемы Александра Викторовна идет пешком. Вышли в верховья реки Хань (Ныне Хан, Хубэй, Хань Цзян, Ханьшуй), левого и самого длинного притока Янцзы.

Преодолели хребет Цинлинь (Ныне Циньлин; географическая граница между Югом и Севером Китая и водораздел бассейнов главных китайских рек – Хуанхэ и Янцзы; к северу от хребта находится древний центр китайской цивилизации, густонаселенная долина самого длинного притока Хуанхэ, реки Вэй.

По воде пересекли административную границу между провинциями Шеньси и Сычуань, проплыли мимо оставшегося на берегу – монастыря «Тысяча Будд», до города Гуаньюань.

Стоянка в городке Гуаньюань (или Гуанюань). Александра Викторовна напишет родным: «Город Гуаньюань должно быть очень старинный. В нем толстые крепкие стены и башни… Мостовые здесь везде – на улицах, на дворах, в конюшнях и комнатах… даже дальше города большая дорога сплошь вымощена… Из Гуаньюаня мы выступили 15 февраля. Было тепло, на пашнях попадались цветущие бобы, капуста и редька были уже роскошны. А народ целыми семьями, с детьми всех возрастов, работал на пашнях. Пшеница была уже в четверть высоты, но вся остальная природа, нетронутая рукой человека, казалось, еще не просыпалась. Это производило странное впечатление».

25 февраля – 7 марта. Чендуфу (ныне Чэнду), административный центр провинции Сычунь. Здесь их ждал орнитолог Михаил Михайлович Березовский, который уже почти год в автономном режиме жил в Луаньфу (Ныне Луань, провинция Аньхой), собирал коллекцию птиц и описывал природный мир. Березовский вернется в Луаньфу, получив свою долю содержания (в виде серебряных четырехгранных слитков величиной с «печатку», как тогда говорили о куске туалетного мыла) для продолжения своей части экспедиции, после проводов отряда.

16 марта Григорий Николаевич Потанин вдвоем с Будой Рабдановым вышли из Ячжоуфу, оставив в городке остальных членов экспедиции, под началом Александры Викторовны, и направились к святой для буддистов горе Омейшань (ныне Эмэйшань, которая, наряду с горами: Путошань, Суншань, Тайшань, Утайшань, Хуашань, Хэншань (Хунань), Хэншань (Шаньси), Цзюхуашань Путошанем, Утайшанем и Цзюхуашанем, – является одной из священных вершин китайского буддизма). Гора Омейшань славится явлением ложных светил (двойного солнца), так называемым эффектом светового гало, которое буддисты назвали «сиянием Будды», случающееся на восходе.

17-18 марта. Сплав Потанина и Рабданова на бамбуковом плоту с двадцатью гробами из белого дерева по одному из притоков реки Янцзы. Это был знак, предостережение, заставившее биться сердце Потанина. Вступив на плот и увидев гробы, первым импульсом Потанин хотел вернуться к