Следы на воде - Роман Евгеньевич Суржиков

Дама взглянула на его руку в перчатке.

- Позвольте побеспокоиться о вас. Рана сильно болит?

- Пустяки, всего лишь царапина.

- Едва ли. В первую встречу вы не носили перчатку, но во вторую и третью стали прятать кисть. Все, что возможно, теперь делаете левой рукой, хотя вы правша. Очевидно, движения причиняют боль. Надевать перчатку тоже должно быть болезненно, но вы делаете это, чтобы скрыть от меня рану. Следовательно, она – серьезна.

- Проницательность украшает женщин, а шрамы – мужчин.

- Маэстро, я не лезу в чужое дело. Хотела сказать одно: знаю отличного хирурга, мастера по огнестрельным ранениям. Как только пожелаете, я направлю вас к нему.

Она посмотрела с такою искренней заботой, что сердце Альваро растаяло.

- Мало экзотической красы - еще и острый ум, и доброта! Сеньора, вы решили присвоить все возможные достоинства? Смилуйтесь над другими женщинами, оставьте им что-нибудь.

- Зачем?.. - Дама потянулась к сумочке: - Позволите, я закурю?

Не дожидаясь позволения, раскурила длинную муарийскую трубку. Потянулся аромат табачного дыма – вкрадчивый и будоражащий. Чувственные губы касались мундштука, тонкие пальцы поглаживали трубку из слоновой кости. Каждый жест незнакомки содержал обещание. Воздух наполнился затаенной страстью, стал тягучим и сладким, как горячий шоколад…

Дама выдохнула облачко дыма и сказала:

- Давеча маэстро хотел обсудить политику…

- Ах, сеньора, все изменилось с тех пор! Я лучше обсудил бы бездонные глубины ваших глаз и трепетную чуткость ваших рук.

- А как же прелесть интеллектуальной беседы? Наслаждение игрой ума? Вы променяете все это на банальную… - она коснулась его губ кончиком пальца, - ...похоть?

Альваро попытался поцеловать пальчик, но дама вовремя убрала руку.

- Никакая похоть, тем более банальная, не встанет между нами!

Он потянулся к ее ладони, дама вновь увернулась.

- Маэстро, мое сердце завоюет лишь тот, кто научится меня слушать.

Альваро знал, что правда за нею. Если сразу перейти к поцелуям, свидание лишится самой красивой своей части – словесного танца. Он и сам хотел поговорить с незнакомкой… ну, изначально хотел, до того, как увидел…

- Расскажите о ваших делах, сеньора. Приложу все усилия, чтобы слушать ушами, а не глазами.

Ничуть не спеша помочь ему в этом начинании, она пососала мундштук и заговорила, понемногу выдыхая дым:

- Вы угадали: мое дело – Высокий Стол. Мне нужно вычислить, кто станет новым супремо.

- Сложная задача… - сказал Альваро, силясь отлепить взгляд от ее губ.

- Потому я и занялась ею… Вы преподаете литературу, не так ли? Значит, любите конфликты. Сюжет умирает там, где кончается конфликт.

Он оживился:

- Вы правы, сеньора.

- Тогда вам понравится мой рассказ. Высокий Стол разрывает на части не один конфликт, а два сразу.

Она опустила кончик пальца в бокал красного вина и провела по столу две перпендикулярных линии, словно оси координат.

- Вертикальная ось зовется “Война или мир”. Целых четырнадцать лет, со времен Солантийской экспедиции, мы ни разу толком не воевали. Четырнадцать лет – это очень много! Особенно когда военный бюджет тает с каждым годом… Две эсферы устали от мира и жаждут понюхать пороха, а также – подзаработать. Угадайте их.

- Вояки и пиррраты, - Альваро порычал в знак симпатии к последним.

- Здесь находится партия войны, - незнакомка указала на нижний конец оси. - Кроме генералов и теней, ее поддерживают еще несколько алленов: из эсфер Медицины, Обслуги, Транспорта. Как вы думаете, почему?

- Ну-уу… паровозы?

- Войны хотят все, кто недоволен нынешним своим положением. Война может изменить статус кво. Перейдем к партии мира – вооот сюда…

Блестящим ноготком она провела вдоль вертикальной оси снизу вверх. Дама, похоже, добивалась от Альваро невозможного. Ведь всем известно: кровь мужчины может приливать либо к мозгу, либо к другому органу – но не к обоим сразу! Да Силва сосредоточился и сказал лучшее, что смог придумать о войне и мире:

- Генерал Дезерей говорит: дангарцы очень опасны…

- Ах, прошу! Он говорит это чаще, чем мы с вами эпатируем друг друга. Генералы просто выдают желаемое за действительное: о, сколько власти они бы обрели, будь Дангар истинно опасен!

В душе Альваро проснулся интерес: не только к самой даме, а и к смыслу ее слов. Генерал говорил одно, она – другое. Любопытно…

Незнакомка продолжила, промочив горло вином:

- Партия мира складывается по обратному принципу. Все, кто сейчас процветает, не хотят резких перемен. Это: торговцы, ученые, металлурги, владельцы шахт. Их проблема – отсутствие харизмы. В партии войны есть несколько сильных лидеров, аллены мира не могут этим похвастать. Зато – их больше.

Альваро передвинул ее пальчик на горизонтальную ось:

- Здесь у нас – Три Быка и паразиты?

- Я предпочитаю говорить: левые и правые. Слева – Три Быка. Они были бы сильны, если б не внутренняя проблема: обреро бунтуют против крупных фабрикантов.

Он усмехнулся:

- Вот об этом я знаю даже больше, чем хотел бы. Увольнения из-за паровых машин, завод “Эсперанца”, Мор против дона Мадуро…

- Вы хорошо проинформированы. Дружите с реформистами?

- Кажется, уже нет.

- А жаль, я бы пообщалась с ними…

- Зачем?

- Как думаете, маэстро: аллены из других эсфер симпатизируют фабрикантам или рабочим?

Не в силах толком поразмыслить, он ответил словами Фернана: мол, одни жирные кровопийцы поддерживают других, и все богачи вместе наживаются на простых обреро.

Дама улыбнулась:

- Дружба с левыми еще живет в вашем сердце.

Вот теперь он осознал: пора перекачать кровь к нужному органу.

- В чем я неправ?

- Слово “монополия” о чем-то говорит вам? Семеро крупных фабрикантов – дон Мадуро в их числе – контролируют все производство оружия и паровых машин. Они сговорились между собой и устанавливают цены. У других эсфер не остается выбора: желаешь паровую машину - покупай по их цене. Мор и ее компаньоны создали конкуренцию, что сразу принесло плоды. Двигатели “Эсперанца” лучше и дешевле, чем “Итурбе-клементо”.

- Значит, другим эсферам выгодно поддержать Мор?..

- Да, но вот парадокс: недавно эсфера Права выступила в пользу фабрикантов. Вы же слышали о споре по поводу кредитов?

- Змеи Фатимы-аллен искусали банкиров и рабочих… Слыхал, сеньора, и не раз.

- Как вы считаете, зачем это сделано?

Он задумался.

- Фатима метит в супремо, не так ли? Ей нужна поддержка фабрикантов?

Незнакомка провела пальцем к правому концу оси.

- И