Анистелла. Звездные крылья - Сэм Андерсон

влияние семьи Лейнсфонов и смог переманить на свою сторону нескольких советников, у Брена ещё было влияние. Вместе с ним собрания игнорировали последователи Ронфальдов. Эти мысли успокаивали принца. Ещё остались люди, которые верят и служат его семье.

Брен макнул полотенце в прохладную воду и протёр лоб отца. Кожа на щеках и подбородке сморщилась и приобрела сероватый оттенок. Волосы и ресницы поседели за пару дней, которые показались остальным вечностью.

Король Милэйна постарел всего за несколько дней. Его тело перестало быть крепким и сильным, кожа иссохла. Брен делал всё, чтобы матушка не видела, как слуги помогают принцу менять постель или переодевать отца.

В гнетущем молчании, с плотно сжатыми губами и пустым сознанием, Брен пытался поддерживать жизнь в короле и не просил у Богов чего-то взамен, кроме здоровья.

Сегодня утром слуги уже успели проделать всю работу, поэтому принц просто сел на кресло у кровати и погрузился в бесконечные мысли, не связанные друг с другом. Иногда Брен понимал, что и вовсе не думает, а просто смотрит в одну точку и старается не сойти с ума.

Ветер разносил пыль по тёмному деревянному полу и приносил с улицы едва уловимый запах гари. В воздухе до сих пор витала аура главной санталы, которая приходила ночью со своими сестрами. Брен хотел присутствовать, но тяжесть последних дней пригвоздила принца к кровати на долгие часы.

Королева сказала, что хороших новостей нет. Но и плохих тоже. Состояние короля держалось в одной точке.

Брен прикрыл глаза на несколько минут и вздрогнул, когда дверь в покои медленно открылась. Через зеркало рядом с кроватью показался женский силуэт. Брен сжал подлокотники, но остался сидеть на месте. Даже, если бы он не увидел, почувствовать Селию было легко. В последнее время её эмоции состояли из дикого желания убивать и непреодолимого чувства вины. К кому она испытывала последнее было не трудно догадаться. Только Брену оказалось всё равно.

— Как Его Величество?

— Его состояние неизменно, — спокойно ответил Брен, держа эмоции при себе. — К счастью Хэдина, я полагаю.

Селия скрипнула зубами.

— Хэдин искренне переживает за состояние короля.

— Разумеется. — Кресло неприятно скрипнуло, когда Брен поднялся. — Он ведь каждый день посещает покои отца, чтобы лично удостовериться в состоянии короля.

— Он приходит…

— Ни разу. Он не приходил сюда с тех пор, как отца привезли с гор.

Селия не нашла ответ на замечание, а Брен без лишних слов снова протёр лоб и шею отца, позвал служанок и поспешил убраться из покоев. Ему не хотелось находиться там с посторонними, и он знал, что Селия пойдёт следом.

— Ты продолжаешь вести себя, словно ребёнок.

— Если моё поведение оправдывает твой поступок, то пусть будет так. У меня нет сил и желания спорить с тобой на эту тему.

— Почему ты просто не можешь понять меня?

— Потому что я не хочу. И не должен.

Она успевала преодолевать с ним большие расстояния и даже не собиралась сдаваться.

— Ты мой друг, Брен. И мой принц.

— На совете ты ясно дала понять, чьей семье служишь.

Брен открыл двери на огромный балкон, который соединял несколько гостевых комнат и решил сократить путь.

— Я буду на стороне Хэдина до тех пор, пока мы не вернём Лиан.

Брен не выдержал и остановился. После новости о состоянии короля, дворец перестал подавать каких-либо признаков жизни. Даже сад королевы не излучал весь тот свет, который в него вкладывала матушка. Брен медленно обвёл взглядом часть столицы, не утопающей в пелене тумана, и обернулся.

— И куда Лиан должна вернуться?

— Что?

— Посмотри вокруг, Сел. Куда вы собираетесь вернуть Лиан? В королевство, где будущий правитель забыл о своем народе? Где стража арестовывает любого, кто выражает неприязнь к семье Лейнсфонов? Где участились грабежи? Каждая улица стала похожа на помойку? Сюда ты собралась возвращать Лиан?

Селия огляделась, словно только сейчас обратила внимание.

— Люди погрузились в пучину отчаяния, но у Хэдина нет времени думать о том, что жители Милэйна голодают, воруют и убивают, чтобы выжить. Хэдин уничтожает всё, к чему стремилась Лиан. И ты ему в этом помогаешь.

— Это не так!

— Из-за твоего решения подчиниться Хэдину, несколько советников пошли за тобой и оставили семью Ронфальд без поддержки. Теперь, Лейнсфоны имеют преимущество в решении важных вопросов.

— Извини! Ясно? Не думала, что у этих глупцов хватит ума пойти за мной.

— Они всегда шли за Хэвартом, как за человеком, который всегда принимает верные решения. Жаль, что его дочь совсем не такая.

Упоминания о Хэварте пробуждают в Селии злость. Она даже не пытается этого скрыть.

— И куда эти решения привели моего отца? Он погиб, уверенный, что король Айоланты не тронет его и других воинов.

— Они вообще не должны были идти туда.

— Они перешли границу для мирных переговоров! — не выдерживает Селия. — А король Андрас убил их, даже не выслушав.

Брен не стал продолжать эту тему. Вокруг похода нескольких отрядов в Айоланту было слишком много непонятного. Брен не знал, что воины собираются отправится в другое королевство. Эта, по словам Хэдина, секретная миссия была совершена с целью вернуть Лиан домой.

«На что Хэдин вообще рассчитывал, отправляя вооруженных воинов в Айоланту? Что их встретят там с раскрытыми объятиями?».

Селия тяжело вздохнула.

— Я хочу защитить честь своего отца.

— Ты хочешь отомстить.

— Ты не имеешь права винить меня в этом!

— Хэварт всегда гордился наследием своей семьи, — отрезал Брен, зная, что следующие слова сильно ранят Селию. — Жаль, что ты растоптала честь рода всего несколькими словами.

Селия неосознанно сделала шаг вперёд, поднимая руку. Со стороны двери появились двое стражников Брена и вытащили мечи из ножен. Они вытянули их, загораживая Брена от Селии.

— Не нужно, мисс Сэнтаза.

Стража семьи Ронфальд видела угрозу во всех действия тех, кто не поддерживал их. Селия ошарашено посмотрела на острие меча, а потом на Брена. В её глазах читались сотни вопросов.

Граница между двумя семьями теперь проходила отчётливо. Никто не мог находиться где-то посередине.

— Я ведь ничего…

Селия посмотрела на раскрытую ладонь, которую до этого вытянула к Брену и изо всех сил сжала её в кулак. Не поднимая головы, девушка развернулась и вылетела с террасы.

«Я не могу винить Селию во всех бедах. Но действиях всех людей во дворце