Сатурналии - Феодосий Макробий

словно [нечто] нездоровое, и не имеет обиталища, но изгоняется природой наподобие вредного и более холодного. Это [мнение] весьма одобряют, потому что женщинам случается также мерзнуть, когда они очищаются, откуда считают, что вытекает нечто холодное и [оно] не остается для уничтожения в том же [самом] живом теле, так сказать, из-за недостатка тепла89.

(10) [То], что женское тело радовало горячих мужчин, было [следствием] не [его] теплоты, но [самой] плоти, пышной и подобной маслу, потому что им [самим этого] не досталось из-за теплоты [их природы]. (11) [А то], что они вскоре понуждаются [природой] к деторождению, является [свойством] не [их] сильной теплоты, но [их] более слабой природы, [наподобие того] как мягкие плоды созревают быстрее, твердые – позднее. Но если ты хочешь понять истинное значение тепла при деторождении, [то] обрати внимание на то, что мужчины гораздо дольше сохраняются для деторождения, чем женщины для родов, и пусть это будет тебе несомненным доказательством либо холода, либо тепла у того или другого пола. Ведь одна и та же способность быстрее уничтожается в более холодном теле, дольше сохраняется в более теплом. (12) [И то], что они терпеливее мужчин переносят холодный воздух, обусловливает этот [их] собственный холод: ведь подобное радуется подобному. И холод потому не заставляет дрожать их тело, что действует привычка [к их] природе, которую они получили очень холодной.

(13) Но об этом пусть каждый судит отдельно, как пожелает. Я же стою перед выбором задать вопрос, и [о том], что я считаю достойным знать, я спрашиваю у того же [самого] Дисария, моего друга, безмерно приятного и весьма ученого как в отношении [всего] прочего, так и в отношении того, [о чем я хочу спросить].

(14) Недавно был я в своей Тускуланской [усадьбе], когда [там] собирали созревший виноград для ежегодного празднества. [При этом] случалось видеть, что рабы, смешавшись с селянами, черпают сусло либо из выжимок, либо из [него], самого по себе текущего, и, однако, опьянению не поддаются. [И] особенно я изумлялся этому в отношении тех [рабов], которых, я знал, толкает к безрассудству [даже] небольшое количество вина. [Так вот], я спрашиваю, какое мнение о сусле допускает, что [от него] бывает или небольшое опьянение, или [вообще не бывает] никакого?»

(15) [В ответ] на это Дисарий [говорит]: «Все сладкое быстро насыщает и не поддерживает к себе длительного влечения, а на место удовлетворения приходит отвращение. Ведь вино является сладким, когда оно молодое; когда оно созревает, становится скорее приятным, чем сладким. (16) Свидетелем, что у этих двух вещей есть различие, определенно является Гомер, который пишет:

…µέλιτι γλυκερῷ καὶ ἡδέι οἴνῳ…

(Медом сладким еще и вином [их поила] приятным)90, —

ибо он назвал мед сладким, а вино приятным. Таким образом, сусло, когда оно еще и не является приятным, но только лишь сладким, не допускает из-за некоторого отвращения, чтобы его выпивали столько, сколько было бы достаточно для опьянения. (17) [И еще] я прибавляю другое, [то], что, согласно мнению природоведения (naturali ratione), сладость до того препятствует опьянению, что врачи вызывают рвоту у тех, кто выпивает большое количество вина, опасное [для жизни], и после рвоты подносят [им] хлеб, намазанный медом, против паров вина, которые остались в жилах, и таким образом сладость защищает человека от зла пьянства. Следовательно, потому [и] не опьяняет сусло, в котором находится только сладость.

(18) Но из [этого] надежного мнения исходит и то, что сусло, [будучи] из смеси воздуха и воды, является тяжелым и благодаря своему весу быстро опускается в кишки и вытекает, не остается в местах, подверженных опьянению, но, спустившись, оно, без сомнения, сохраняет в человеке оба свойства своей природы, из которых одно находится в воздухе, другое – в сущности воды. (19) Однако воздух-то, как бы равно тяжеловесный [в смеси с водой], опускается в нижние [места тела], а природа воды не только сама [по себе] не толкает к безрассудству, но и, если и засела где-нибудь в человеке сила вина, ослабляет ее и уничтожает. (20) [О том] же, что вода находится в сусле, утверждают хотя бы на основании того, что оно, когда стареет, делается меньше по объему, но сильнее по крепости, потому что после испарения воды, которой оно смягчалось, остается только одна природа вина вместе с ее неограниченной крепостью, не смягченной какой-либо примесью удаленной влаги».

Глава 8

(1) После этого Фурий Альбин [говорит]: «Я тоже, ради личного участия, не оставлю непотревоженным нашего Дисария. Скажи-ка, я прошу, какая причина делает затруднительным для переваривания рубленое (isicium) [мясо] – оно, названное “нарубленным” (insicium) от [слова] “нарубка” (insectione)91, удержало потом [это] имя, которое имеет ныне, при утрате буквы “n”92, – хотя столь тщательное измельчение много способствовало будущему перевариванию, и [все], что было у мяса неудобоваримого, оно уничтожало и создавало из его многих частей единое целое».

(2) И Дисарий [стал отвечать]: «Оттого этот род пищи с трудом переваривается, что ему заранее, о чем [и] ты думаешь, подготовлено переваривание. Ведь нежность [мяса], которую дает измельчение, делает [то], что [оно] втекает в жидкую пищу, которую находит в середине живота, и не задерживается у оболочки живота, от тепла которой успешно идет переваривание. (3) Так и [нечто], недавно измельченное и приготовленное [для варения], плавает, когда [его] бросают в воду. Из этого, понимают, что [оно], проделывая то же [самое] во влаге живота, ускользает от неизбежности переваривания, и настолько переваривается там с запозданием, насколько медленнее приготовляется [то], что [размягчается] паром воды, чем [то], что размягчается огнем. Наконец, пока [оно] очень настойчиво измельчается, в него проникает много воздуха, который должен быть прежде использован в животе, чтобы лишь затем усваивалось [то], что осталось от уже чистого мяса».

(4) «Также [и] это мне не терпится узнать, – [вновь] говорит Фурий, – в чем причина [того], что иное мясо, очень толстое, переваривается легче, чем тонкое? Ведь, хотя быстро варят куски говядины, при варении колючих рыб испытывают затруднения»93.

(5) «Что касается таких [кусков], – говорит Дисарий, – виновником этого является немереная сила тепла в человеке, которая, если присваивает подходящее вещество, [то] страстно вступает [с ним] в схватку и быстро истребляет его в борьбе; измельченное [вещество] она то упускает как незаметное, то превращает скорее в прах, чем в сок, как, [например], огромные дубы превращаются в светящиеся огнем куски углей, [а] солома, если попадает в огонь, [то] от нее вскоре остается [то], что представляется одним только пеплом. (6) Для тебя