Школа робинзонов. Два года каникул. Маяк на краю света - Жюль Верн

class="p1">Через несколько минут они причалили к берегу и бросились к находившемуся в полутора милях расстояния маяку. Пираты пробежали это расстояние в каких-нибудь четверть часа. На шхуне остались только двое, все остальные разбойники были у подножия маяка.

Между тем Джон Дэвис и Васкес, не соблюдая больше никакой осторожности и зная, что они никого не встретят, пришли к маяку. Васкес решил зажечь на маяке огонь, чтобы «Санта-Фе» мог войти в бухту до рассвета. Он боялся только одного: не разбил ли Конгр стекла иллюминатора и лампочки и не привел ли в негодность весь аппарат маяка? Если так, шхуне удастся уйти, не будучи замеченной крейсером.

Васкес с Дэвисом вошел в свое прежнее жилье; они проникли в коридор, заперли за собой дверь на замок и поднялись по лестнице в дежурную комнату.

Фонарь оказался в сохранности, в лампах были даже светильни и масло, оставшиеся с того дня, как их погасили. К счастью, Конгр не испортил диоптрического прибора фонаря. Он приостановил действие маяка только на время своего пребывания в Эльгорской бухте, так как не предвидел тогда обстоятельств, при которых ему придется покидать остров.

Но вот маяк светит по-прежнему. «Санта-Фе» смело может войти в бухту.

У двери в башню послышался отчаянный стук. Вся шайка ломилась в дверь, чтобы проникнуть на галерею и загасить огонь. Пираты готовы были пожертвовать жизнью, чтобы помешать прибытию «Санта-Фе». Внизу, у башни, и в жилом помещении они не наши никого. Те, кто находился в дежурной комнате, не могли быть очень многочисленны; с ними нетрудно будет справиться; они убьют их и погасят ненавистный огонь на маяке.

Дверь, ведущая из коридора на лестницу, как известно, была железная. Нечего было и думать взломать ее топорами. Каркант попытался было и убедился, что это невозможно. После нескольких неудачных попыток он вернулся к Конгру и остальным пиратам.

Что делать? Нельзя ли добраться до фонаря по наружной стене маяка? Если и это невозможно, пиратам остается одно: бежать вглубь острова, чтобы не попасть в руки командира Лафайета и его экипажа. Возвращаться же на шхуну незачем и некогда. Рассыльное судно, наверно, уже успело войти в бухту…

Длинный сноп света осветил ночной мрак.

Способ взобраться на галерею нашелся.

– Стержень громоотвода! – воскликнул Конгр.

Во всю высоту башни тянулся железный стержень, поддерживаемый на расстоянии каждого метра железными скобами. Цепляясь за эти скобы, можно было достигнуть галереи и напасть на людей, находящихся в дежурной комнате.

Конгр ухватился за это последнее средство спасения. Каркант и Варгас полезли первыми по цепи громоотвода, надеясь, что их не заметят в темноте. Вот они уже у перил, остается только перешагнуть балюстраду…

Но в это время раздались выстрелы. Джон Дэвис и Васкес стояли перед ними в оборонительном положении.

Оба бандита, раненные в голову, выпустили из рук перила и рухнули вниз, на крышу жилого помещения.

Почти в то же время у подножия маяка послышались свистки. Рассыльное судно вошло в бухту, и его сирена огласила воздух резким ревом.

Оставалось только бежать. Через несколько минут «Санта-Фе» должен был остановиться на месте своей прежней якорной стоянки.

Видя, что другого исхода нет, Конгр и его товарищи бросились бежать вглубь острова.

Четверть часа спустя командир Лафайет отдал приказ стать на якорь. К «Санта-Фе» причалила шлюпка сторожей, снова попавшая в руки Васкеса, и Джон Дэвис и Васкес взобрались по трапу на крейсер.

В это время раздались выстрелы.

Глава пятнадцатая

Развязка

Рассыльное судно «Санта-Фе» вышло 19 февраля из Буэнос-Айреса со второй сменой сторожей. Попутный ветер и тихая погода способствовали успешности плавания. Сильная семидневная буря ограничивалась лишь районом Магелланова пролива. Командир Лафайет не испытал этой бури и пришел по назначению несколькими днями раньше, чем предполагалось.

Приди судно двенадцатью часами позже, шхуна была бы уже далеко и преследовать Конгра и его шайку было бы невозможно.

Командир Лафайет в ту же ночь узнал обо всем, что произошло в Эльгорской бухте в течение последних трех месяцев.

Васкес остался в живых, но товарищей его, Фелипе и Мориса, уже не было. Его нового друга, спасенного им после кораблекрушения «Столетия», никто не знал.

Командир Лафайет позвал к себе Васкеса и Джона Дэвиса и спросил:

– Почему вы зажгли так поздно огонь на маяке, Васкес?

– Он не зажигался уже целых девять недель, – отвечал Васкес.

– Девять недель? Но почему? Где ваши товарищи?

– Фелипе и Морис убиты! Через три недели после отплытия «Санта-Фе» на маяке остался один я.

И Васкес рассказал о событиях, разыгравшихся на Острове Штатов.

Выслушав рассказ Васкеса, капитан Лафайет крепко пожал руку ему и Джону Дэвису, которые так смело, так самоотверженно помогли «Санта-Фе» войти в бухту до отплытия шхуны, и в свою очередь рассказал, как рассыльное судно заметило за час до заката солнца Остров Штатов.

Еще утром командир Лафайет определил по карте положение судна. Последнему оставалось держать курс прямо на мыс Сан-Хуан, чтобы подойти к нему еще засветло.

В самом деле, уже смеркалось, когда командир Лафайет увидел вдали восточный берег острова с его высокими, поднимающимися амфитеатром холмами. До мыса оставалось всего около десяти миль, и капитан рассчитал, что будет в бухте часа через два.

В это самое время Джон Дэвис и Васкес заметили «Санта-Фе». Одновременно увидел судно и стоявший на галерее маяка Каркант. Он тотчас же сказал об этом Конгру, который начал спешно сниматься с якоря, чтобы выйти из бухты раньше, чем придет «Санта-Фе».

А рассыльное судно шло между тем к мысу Сан-Хуан. На море было тихо: ветерок чуть-чуть дышал.

До постройки «маяка на краю света» командир Лафайет не решился бы подойти так смело к Острову Штатов или войти в Эльгорскую бухту ночью.

Но он знал, что берег и бухта освещаются маяком, и не нашел нужным ждать до утра.

Итак, рассыльное судно продолжало идти на юго-запад и, когда совсем стемнело, было в какой-нибудь миле расстояния от входа в Эльгорскую бухту.

Судно остановилось, не переводя паров и выжидая момента, когда на маяке зажгут огонь.

Прошел час, а на острове все не зажигали огня. Капитан Лафайет был уверен, что точно определил местоположение судна. Перед ними должна была находиться Эльгорская бухта. Маяк должен был быть совсем близко. А между тем огня на маяке не было видно.

Капитан подумал, что с осветительным аппаратом маяка случилась какая-нибудь беда. Может быть, буря разбила фонарь и повредила стекла иллюминатора? Ему и в голову не