Сердце Молнии - Йона

— Покинь мой дом, Амми.

Отстранив её от себя, он кивнул Мерисии, давая понять, что не станет препятствовать. Та поджала губы, но двинулась в холл и сделала знак монахиням. И когда те вдвоём направились к Амми, она заверещала так громко, будто сам Вергул собрался утащить её в Пекло.

Оину стало тошно от её криков, но он не шелохнулся, чтобы помочь ей. Только смотрел, как монахини волокут её, подхватив под руки, к ожидающему возле дома дилижансу. Амми пыталась вырваться и схватиться за всё подряд — за край арки, за угол консоли перед выходом, едва не опрокинув ту вместе с выставленным графином… За рукав Рэйны, застывшей на крыльце вместе с Тодом.

Они только вернулись.

Тод взял Рэйну под локоть и втянул в дом, не позволяя Амми уцепиться за неё, где Оин неподвижно наблюдал, сквозь открытые двери, как ту небрежно сажают в дилижанс, словно преступницу.

— Слава всебогам, — послышался из приёмной вздох Несс.

Оин не шелохнулся, пока не хлопнула дверца дилижанса, не заскрежетали колёса. Пока не стихли крики. Затем перевёл взгляд на руку Тода, всё ещё сжимающую локоть Рэйны.

Тод заметил это и отпустил её. Кажется, он собирался что-то сказать, но тут Дэш дал ему знак присоединился к остальным. И сразу всей семьёй они сдвинулись в сторону кухни.

Рэйна неподвижной статуей осталась в холле, будто вросла в пол. Усталые глаза скользнули по лицу Оина, по ссадине на его губе, по незнакомой рубашке — в них застыл вопрос. Оин чувствовал, что задолжал ей извинение за целую ночь беспокойства, но задвинул вину в сторону и сказал:

— Нам надо поговорить.

— Я устала.

Бросив это, Рэйна резко повернула к лестнице, будто его слова сорвали её с места.

Он не двинулся за ней. Просто смотрел, как она пытается сбежать. И когда она была уже на последних ступенях, снова подал голос.

— Настолько устала, что не хочешь пообщаться со своим мэйнаром?

Вопрос едва не сбил её с ног. Рэйна замерла на полушаге и медленно повернулась к нему, глядя во все глаза — больше испуганно, чем удивлённо.

— Ты знаешь?

Он был готов поклясться, что почувствовал, как у неё сжалось сердце — его собственное дёрнулось как струна.

— Знаю.

Глава 36. Под одним небом

Не в силах начать разговор в доме, полном лишних ушей, Оин увёл Рэйну в город.

Они шли извилистыми, тесными улочками, сквозь застывшую в воздухе морось. Улицы лениво шумели, с наслаждением встречая долгожданную прохладу после затяжного зноя.

Для Оина все звуки оставались глухими, точно он брёл под водой, вымотанный, словно моряк в схватке с долгим штормом. Только он знал, что главная буря ещё впереди.

На ходу он часто оборачивался, проверяя, не отстала ли Рэйна. Он непременно заметил бы, вздумай она вдруг повернуть назад к дому. Однако, несмотря на приобретённую способность чувствовать её присутствие, не мог избавиться от привычки доверять глазам.

Он бы взял Рэйну за руку, но весь её вид словно предостерегал от этого.

Она шла молча, смотрела то под ноги, то в сторону — куда угодно, лишь бы не на него. Только раз пригляделась к его рубашке, будто пыталась прочесть по её узору всё, что произошло с ним этой ночью. Оин решил приберечь эту историю до тех пор, пока они не разрешат куда более серьёзные вопросы.

Вина за чужое сердце по-прежнему била его в грудь — он и впрямь, в каком-то смысле, оказался вором, за которого Рэйна приняла его в их первую встречу. Но объяснение, что она не смотрит на него, потому что не может видеть человека, в ком схоронили сердце её брата, совсем не складывалось. Не после того, что было вчера у реки.

— Может, скажешь уже, куда мы идём? — спросила она, не скрывая раздражения.

— Скоро сама увидишь, — бросил он через плечо с улыбкой, будто ему просто вздумалось впечатлить её.

На главной улице они быстро вышли к городской ратуше — та возвышалась над домами, окутанная строительными лесами почти до самого купола. Работы по реставрации остановил ещё не пролившийся дождь, согнав строителей под навесы, и теперь оттуда лениво тянулись тонкие белые змейки табачного дыма.

Обогнув ратушу, Оин направился к служебному ходу, где никого не оказалось.

— Разве нам сюда можно? — взволновалась Рэйна.

— Отступишь, если я скажу, что нет?

Он вопросительно приподнял бровь и жестом пригласил её первой ступить в узкий проход между каменной стеной и деревянными стойками лесов. Она только коротко фыркнула и быстро взбежала по приставной лестнице.

На первом ярусе Оин обогнал её и снова пошёл впереди, осторожно ступая по узким деревянным настилам. Рэйна пробиралась следом, уверенно переступая через поперечные балки и пригибаясь под раскосами. На участке, где настила не хватало, он протянул ей руку. Будучи достаточно ловкой, она всё же не стала упрямиться и приняла помощь.

Доски негромко поскрипывали под их ногами. С каждым пролётом город оставался всё ниже и ниже. Сквозь переплетения деревянных стоек уже проглядывали крыши соседних домов, но главный вид скрывался по другую сторону.

На очередном переходе, обходя выступ балки, Оин как-то неудачно поставил ногу. Подошва съехала по мокрой доске. Он только качнулся и ухватился за направляющую лесов. И в миг, когда сердце словно ухнуло вниз с высоты, всего на долю секунды, ему почудилось, будто кто-то дёрнул его за рубашку.

Восстановив равновесие, он обернулся поблагодарить Рэйну. Но та застыла в нескольких шагах от него, вцепившись в верёвочное ограждение — в её широко распахнутых глазах ещё не успел погаснуть испуг.

Оин нахмурился: неужели он ощутил не прикосновение, а только её порыв? Если связь без метки была способна на такое, то что же с ней?

— Осторожнее! — бросила Рэйна сердито и быстро сократила расстояние. — Специально выбирал место для разговора, откуда так просто не выбраться?

— А ты уже собралась сбегать с первого свидания со своим мэйнаром?

Он не стал оборачиваться, чтобы глянуть, как она краснеет: и без связи почувствовал, что она смутилась.

Дальше они вошли внутрь башни, поднялись по винтовой каменной лестнице к круговой смотровой площадке ротонды под самым куполом. Свежий ветерок, гулявший наверху, задиристо растрепал им волосы. Пройдя ещё немного вдоль балюстрады, они остановились возле одной из мраморных фигур Цветения, взирающих с высоты на столицу.

Стоило Рэйне поднять глаза на этот вид, как лицо её посветлело, а взгляд, измождённый ночными поисками, оживился. Пеона распустилась перед ней,