Моя жена меня слишком балует - Юэбань Яо Фэньцзя

потекли слюнки, у Сунь И, лежавшего на соседней кровати, тоже потекли слюнки, и он не мог отвести взгляд от Цзи Яна. Глядя на богатые яства, расставленные на столе перед Цзи Яном, он сглотнул слюну, хотя и не был голоден.

Всё выглядело так вкусно. Почему еда, которую принесла жена Цзи Яна, намного лучше его собственной?

Тан Тан взяла миску и налила супа, а затем взяла чистую тарелку, и положила на неё немного овощей из каждого вегетарианского блюда. Она отнесла тарелку вместе с супом Сунь И и сказала: «Старший брат Сунь, я приготовила это сама, здесь всего понемногу. Тебе тоже стоит попробовать. Не отказывайся».

Сунь И не ожидал, что ему тоже достанется порция. Хоть он и захотел есть, ему было так неловко забирать чью-то еду, что он быстро отказался, замахав руками: «Не нужно, у меня есть обед, вы можете съесть всё сами».

Тан Тан сразу же поставила суп и овощи на маленький столик у кровати Сунь И: «Все в порядке, старший брат Сунь, я много приготовила. Угощайся, тебе не нужно быть вежливым».

«Это…» — Сунь И неловко посмотрел на Цзи Яна.

Цзи Ян улыбнулся: «Присоединяйся, давай поедим вместе».

У Сунь И был покладистый характер. Его не нужно было долго уговаривать. «Спасибо, невестка», — Сунь И поблагодарил, и сразу же приступил к еде. Он был очень голоден.

Когда он попробовал первую ложку супа, то не смог сдержать возгласа: суп был таким вкусным, совсем не таким, как в столовой. Недолго думая, он доел суп в три счёта и перешёл к следующему блюду. Вкус еды на тарелке был ещё лучше. Сунь И взял простой белый рис, лежавший рядом, и съел его. Он ел очень быстро, совсем не как обычно. Он не был похож на больного. Если бы на него посмотрел незнающий человек, то подумал бы, что тот находится в военном лагере.

Тан Тан увидела, с каким удовольствием ест Сунь И, и в её глазах появилась улыбка. Затем она повернулась к Цзи Яну, и начала будить двух малышей, которые ещё спали. Она похлопала их по плечу и встряхнула: «Вставайте Бао Бао, Но Но! Давайте поедим».

Вэнь Но проснулась и протёрла глаза маленькой ручкой, а затем приоткрыла ротик и мило сказала: «Тетя~»

«Да, тетя здесь, Но Но! Скорее вставай и давай поедим», — Тан Тан поцеловала малышку и повернулась к Цзи Сяо Чжо. Этот парень всё ещё спал и громко храпел. В шутку она ущипнула его за пухлую щечку: «Вставай, Бао Бао, или злой серый волк укусит тебя за щёку!»

Но Но, находясь радом с ними, рассмеялась, но герой дня — Цзи Сяо Чжо по-прежнему не шевелился и спал без задних ног.

Тан Тан на мгновение потеряла дар речи и, несмотря на жалость в сердце, она схватила пухлого малыша за плечи и с силой потрясла его, громко сказав: «Бао Бао, вставай скорее!»

«Ах, не шумите, мне нужно ещё поспать~», — Цзи Сяо Чжо пошевелился и отмахнулся от человека, пытающегося его разбудить, а затем повернулся на другой бок и продолжил спать.

Все присутствующие: «…».

Тан Тан расстроенно вздохнула. Этот малыш уже давно не спал так крепко, а теперь он превратился в настоящего соню и никак не мог проснуться.

Увидев, что Тан Тан расстроена, Но Но сжала её руку, чтобы успокоить, а затем медленно поднесла свою ручку к ножкам Цзи Сяо Чжо и легонько пощекотала его.

«Ха-ха-ха, щекотно!» — Цзи Сяо Чжо, который только что спал как маленький поросёнок, тут же подпрыгнул и засмеялся, перебирая своими маленькими толстыми ножками.

Неужели он проснулся? Так легко? Тан Тан моргнула и недоверчиво посмотрела на Но Но.

Но Но тоже моргнула, и в её глазах мелькнула искра. Внезапно она наклонилась к уху Тан Тан и прошептала: «Тетя, братик Сяо Чжо боится щекотки, он просыпается, когда его щекочут». Она всегда так будила его в детском саду после дневного сна.

Тан Тан вдруг поняла, что впервые узнала о том, что её сын боится щекотки. Он мог быстро проснуться, если его пощекотать, а она этого не знала.

Когда Цзи Сяо Чжо перестал смеяться, то окончательно пришёл в себя. Он озадаченно посмотрел вокруг, чтобы понять кто трогал его ноги. Он сразу же понял, что произошло, и не смог сдержаться, сердито посмотрев на малышку: «Но Но! Ты снова ведешь себя плохо!»

Но Но смущённо улыбнулась и вдруг подошла и поцеловала Сяо Чжо в щёку.

Я тебя поцеловала, так что не сердись.

Гнев Цзи Сяо Чжо рассеялся из-за поцелуя. Он притворился недовольным и махнул рукой: «Айя, вы — женщины доставляете много хлопот. Я не буду с тобой спорить».

Но Но счастливо улыбнулась.

Цзи Ян приподнял брови, впервые увидев своего сына с новой стороны. Откуда он этому научился?

Тан Тан была слишком смущена, чтобы объяснить ему, что Цзи Сяо Чжо научил малышку таким образом выражать благодарность или извиняться за что-то. Она боялась, как бы он не отшлепал малыша по заднице.

Сунь И, наблюдавший за этой сценой, начал дразнить Цзи Яна, показывая Цзи Сяо Чжо большой палец: «Цзи Ян, у твоего сына большое будущее».

Цзи Ян прикрыл лоб, не зная смеяться ему или плакать.

Цзи Сяо Чжо окончательно проснулся. Тан Тан дала двум малышам по миске риса, чтобы они могли начать есть. После этого приподняла кровать Цзи Яна, чтобы ему было удобнее есть. Она взяла миску с супом и села рядом с ним: «Муженек, тебе сейчас нельзя есть жирную пищу, сначала выпей немного супа, а потом съешь немного каши. Эти вегетарианские блюда тебе тоже можно есть. Через пару дней ты сможешь есть нормальную пищу, и я сделаю для тебя что-нибудь вкусненькое».

Цзи Ян находил забавным, что она уговаривает его, как ребенка, но внутри он чувствовал себя счастливым. Пока она заботилась о нём, он готов был есть кашу каждый день. Откуда могли взяться обиды?

С нежностью в сердце, Цзи Ян протянул руку, чтобы взять тарелку с супом, но Тан Тан остановила его: «Не двигайся, что нам делать, если ты заденешь рану. Я покормлю тебя».

«... Хорошо», — Цзи Ян хотел сказать, что сам может поесть, но, увидев встревоженный взгляд Тан Тан, проглотил эти слова. Ничего страшного, если она покормит его, хотя ему будет немного неловко перед товарищем и детьми, но всё будет хорошо. Ему достаточно будет проконтролировать своё выражение на лице.

Тан