Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев

превосходит количество располагающихся здесь (т. е. во Фракии и в других нижнедунайских провинциях. — E. Μ.) воинов, осознал, что никто другой и ничто другое не удержит их от того, что они уже задумали совершить, [и] принял решение, что лучше часть этих [перебежчиков] смешать с теми, кто служит в Египте, а часть тех, кто служит в отрядах, располагающихся там (в Египте. — Е. Μ.), перевести к нему самому» (Ό δέ βασιλεύς Θεοδόσιος παρά πολύ έλαττωθέν τό στρατιωτικόν θεασάμενος, έφήκε των ύπέρ τον 'Ίστρον βαρβάρων τοίς βουλομένοις ώς αύτόν ίέναι, τούς αύτομόλους έντάττειν τοίς στρατιωτικούς τάγμασιν ύπισχνούμένος· οΐ δέ τό σύνθημα τούτο δεξάμενοι ήεσάν τε ώς αύτόν καί άνεμίγνυντο τοίς στρατιώταις, γνώμην έν έαυτοίς εχοντες, εί πλείους γένοιντο, ραον έπιθέσθαι τοίς πράγμασι καί κρατήσειν άπάντων. Ίδών δέ τό πλήθος των αύτομόλων ό βασιλεύς ήδη τό των αύτόθι στρατιωτών ύπεραίρον, έν νω τε βαλόμενος ώς ού καθέξει τις αύτούς έτερόν τι παρά τά συντεθειμένα φρονήσαντας, άμεινον ώήθη μέρος τι τούτων τοίς στρατευομένοις κατά τήν Αίγυπτον άναμίξαι, μέρος δέ των τά έκείσε τάγματα πληρούντων ώς έαυτόν άγαγείν. — Zos. IV. 30. 1–2).

Ранее, в пункте 3.7.2 главы I данной монографии, мы уже рассматривали этот сюжет в связи с теми мятежами, которые готы подняли в Каппадокии и в Понте Полемониакском в 378 г., теперь мы хотели бы обратить внимание на события, непосредственно относящиеся к военным мероприятиям Феодосия в балкано-дунайских регионах в 379–380 гг. Как сообщает Зосим, готы, направлявшиеся из Фракии в Египет, и римские воины, наоборот, направлявшиеся из Египта во Фракию, встретились в городе Филадельфия в Лидии, на западе Малой Азии, между ними произошел конфликт, в результате которого римские воины уничтожили готов, притеснявших местное гражданское население[809]. Соответственно, как пишет Зосим, «когда Египтяне прибыли в Македонию и присоединились к располагавшимся здесь отрядам, в войсках не было никакого порядка, не было различия между Римлянином и варваром, все размещались [здесь] вперемешку, список же тех, кто еще нес службу в военных отрядах, не был составлен. А перебежчикам, уже записанным в отряды, было разрешено вернуться в родную землю и вместо себя отправить других, а когда им будет угодно, снова служить среди Римлян» (Των δέ Αιγυπτίων εις Μακεδονίαν άφικομένων καί τοίς αύτόθι τάγμασι συναφθέντων, τάξις μέν ήν τοίς στρατεύ — μασιν ούδεμία, ούδέ 'Ρωμαίου διάκρισις ή βαρβάρου, πάντες δέ άναμίξ άνεστρέφοντο, μηδέ άπογραφής ετι των έν τοίς στρατιωτικοίς άριθμοίς άναφερομένων φυλαττο — μένης· έφείτο δέ τοίς αύτομόλοις, ήδη τοίς τάγμασιν έγγραφεΐσιν, εις τήν οίκείαν έπανιέναι καί έτέρους έκπέμπειν άνθ1 έαυτών, καί όπηνίκα αν αύτοίς δοκοίη, πάλιν ύπό 'Ρωμαίους στρατεύεσθαι, — Zos. IV. 31. 1).

В результате всего этого «варвары, увидев, какой большой беспорядок царит в военных отрядах (ведь перебежчики и [сама] возможность смешения сообщили им обо всем), поняли, что настало время завладеть делами, пребывающими в таком расстройстве» (Τοιαύτην όρώντες οί βάρβαροι κρατούσαν έν τοίς στρατιωτικοίς τάγμασι ταραχήν (οϊ τε γάρ αύτόμολοι πάντα έσήμαινον αύτοίς καί ή τής έπιμιξίας εύρυχωρία) καιρόν εχειν ώήθησαν έπιθέσθαι τοίς πράγμασιν έν άμελεία τοσαύτη κειμένοις. — Zos. IV. 31. 2).

Согласно Зосиму, готы стремительно вторглись в Македонию, где размещались войска Феодосия, и напали на лагерь императора: к варварам присоединились их соплеменники-перебежчики, до этого зачисленные в римские экспедиционные войска («и вместе с перебежчиками, которые прибыли к ним» — άμα δέ καί παρά των προσιόντων αύτοίς αύτομόλων), так что «когда их (т. е. варваров. — Е. Μ) поддержали перебежчики, только Римляне и те Египтяне, которые находились [там], оказали сопротивление» (Συναραμένων δέ καί των αύτομόλων αύτοίς, μόνοι 'Ρωμαίοι, καί των Αιγυπτίων όσοι παρήσαν, άντέστησαν. — Zos. IV. 31. 3–4). С большим трудом Феодосию и его войскам удалось вырваться из окружения, тем не менее сведения Зосима позволяют сделать вывод, что Феодосий так и не смог пополнить свои экспедиционные войска с помощью готов-перебежчиков, поскольку в решающий момент битвы они бросили свои боевые позиции в римском лагере и перешли на сторону готов, вторгшихся в Македонию.

Сопоставление сведений Зосима и официального законодательства показывает, что ни один из методов пополнения армии (как пограничных, так и экспедиционных войсковых подразделений), которые Феодосий практиковал в первые три года своего правления, так и не достиг своей цели: рекрутские наборы среди местных жителей Фракии и Македонии оказались совершенно безрезультатными, поскольку рекруты бежали из своих войсковых подразделений, в то время как готы, ранее жившие за Дунаем и временно присоединившиеся к войскам Феодосия, быстро перешли на сторону своих соплеменников, находившихся в римских пределах, и вместе с ними начали грабить земли Фракии и Македонии.

Вместе с тем, поскольку методы пополнения армии с помощью местных граждан империи и варваров-перебежчиков показали свою неэффективность, к 381–382 гг. Феодосий так и не смог установить контроль над готами, поднявшими мятеж во Фракии в 376 г. По сути, к 381–382 гг. под командованием императора находились только те войсковые подразделения, которые уцелели в битве при Адрианополе и после её завершения переместились в Сирмий. Более того, к 381–382 гг. Феодосий воевал против готов в основном с помощью все тех же старых кадров, которые он принял под свою власть еще осенью 378 г., новые же воины в лице молодых рекрутов в массовом порядке бежали из армии.

Р. Шарф предположил, что в период правления Феодосия готы, расселившиеся во Фракии во второй половине 370-х гг., не формировали обособленных этнических подразделений, находившихся под командованием своих племенных вождей: как раз наоборот, по мнению Р. Шарфа, эти готы были зачислены в качестве рекрутов в регулярные, уже существующие подразделения римских экспедиционных войск comitatenses, которые располагались на территории Фракии и Македонии. Соответственно, по оценке исследователя, такие готы-рекруты находились под командованием не представителей своей внутренней племенной элиты, а римских военных чиновников, возглавлявших отдельные подразделения в ранге comitatenses[810].

Тем не менее, на наш взгляд, сведения Зосима полностью опровергают тезис Р. Шарфа. В самом деле, Зосим четко свидетельствует, что готы-перебежчики, добровольно поступившие на службу в римскую армию, через некоторое время самовольно оставили свои подразделения и присоединились к тем готам, которые расселились во Фракии еще в 376 г. Соответственно, крайне маловероятно, что в таких сложных условиях у Феодосия была возможность не просто включить юношей-готов в кадровый состав регулярных римских подразделений, но и удержать их в регулярных римских войсках: скорее наоборот, Феодосий так и не смог пополнить свои регулярные войска рекрутами-готами, поскольку они бежали из римской армии.

Как результат, к началу 381 г. Феодосий оказался в тяжелом положении: он осознавал, что не сможет решить готскую проблему военным путем, для этого его