Дань для Альфы - Полина Белова

У входа, как водится, лежали, положив головы на огромные лапы два волка-охранника. Их глаза были прикрыты, казалось волки спят. Но стоило кому-либо приблизиться к шатру слишком близко, их ноздри начинали трепетать, глаза приоткрывались, обнажались белые кончики острых клыков. И нечаянный нарушитель допустимых пределов торопился поскорее уйти.

Подружки с волнением смотрели, как девушек и молодых женщин заставляли медленно идти по кругу. Иногда их просили повернуться вокруг себя, распустить волосы, показать зубы или ноги.

Первым всегда выбирал Альфа, вторым — Бета, третьим Командир Восточной группы, потом глава отряда от северных, потом от южных, потом их старшие командиры, в том же порядке. Иногда девушку или женщину вовсе не кусали — это значило, что ее не выбирал никто.

Еще несколько крепких женщин вожак укусил за руку.

Грейс и Абели, которых охранники свободно выпускали из шатра, сбегали на разведку и, вернувшись сообщили, что им удалось выяснить значение этих укусов оборотней: укушенные возле шеи, женщины отбирались в наложницы, а в только за руку — в прислуги. А что будет с не укушенными совсем пока непонятно.

За день через отборочную поляну прошли все данницы, почти тысяча женщин. Где-то около сотни из них пометили для себя в гаремы, в качестве наложниц, одиннадцать высших лордов-оборотней. Альфа укусил у шеи всего лишь двоих знатных. Еще человек триста были укушены двуликими лордами за запястье.

Оборотни не ценили человеческих самок, из-за слишком короткого срока жизни последних. Для двуликих человечки были, скорее, быстро ломающимися игрушками. Никогда, ни одна из них не становилась женой и настоящей спутницей жизни оборотню. И все же, нежные женские тела человечек были невероятно сладкими и секс с ними был весьма приятным. Поэтому оборотни охотно брали их в наложницы или просто использовали мимоходом, если выпадала такая оказия. Люди и оборотни крайне редко давали общее потомство.

Тех знатных барышень, у которых после круга не оказалось укуса в основании шеи немедленно лишили кареты, слуг и имущества. Им объявили, что отныне те, у кого имеется укус на запястье становятся служанками и рабынями того, кто их укусил. А те, кто остался неотмеченным, завтра пойдут на такой же отбор к простым оборотням. Оставшиеся по третьему кругу будут распределены между мужчинами- людьми, входящими в состав дани и идущими с этим караваном.

Несколько карет и имущество новоиспеченных служанок, а также вовсе не отмеченных укусами лордов знатных барышень распределили между простыми девушками, отобранными в наложницы высших оборотней.

Всех укушенных, и простых, и знатных вместе с имуществом, постепенно собирали поближе к шатрам их новых хозяев. Из-за этих всех перемещений, в лагере, кроме отбора, целый день шло нешуточное движение, как на большой дороге.

Знатные девицы, не получившие укуса возле шеи, неприкаянно толклись возле места отбора и некоторые, решившись, продрались с последней партией женщин в отборочный круг снова, в надежде, что со второго раза какой-нибудь лорд-оборотень все же оценит их прелести.

— Что ты здесь делаешь? — заревел командующий Западной группой такой девушке, помеченной им как его служанка, укусом за запястье.

— Я… я… не хочу служанкой… — мямлила перепуганная девица.

— Ты мое имущество! Если бы кто-то из моих собратьев не уловил на тебе моего запаха, в этой толпе свежепомеченных, и сейчас укусил тебя, помечая как свою наложницу или служанку, я вынужден был бы драться с ним, из-за тебя, ничтожная человеческая самка! — с этими словами разъяренный оборотень подошел и руками, превратившимися в лапы с огромными острыми когтями, распорол несчастной живот и грудину. Брызнула горячая красная кровь, вывалились кишки. Девушка с остекленевшими глазами и с раскрытым в безмолвном крике ртом мешком упала на землю.

Остальные данницы в круге застыли на мгновение, потом заорали от ужаса, кто-то заплакал от страха.

Поли с подругами отвлеклись на подъехавшие в этот момент к шатру две кареты с новыми наложницами Альфы и пропустили, не увидели это кошмарное зрелище. Когда подружки повернулись на крики и плач, обзор для них уже был закрыт широкими спинами оборотней-охранников.

После случившегося, веселое бесшабашное веселье и необоснованная смелость исчезли из поведения молодых женщин и девушек каравана. До многих, наконец, дошли прощальные наставления матерей и настоящее положение вещей. Большинство только теперь поняли, что они всего лишь бесправные рабыни, которых легко могут убить легким движением руки.

Девушки шепотом, из уст в уста передавали рассказ о случившемся и вскоре лагерь, до сей поры шумный от девичьего щебетания, тревожно затих.

Глава 14

Поли и ее подруг, едва раздались крики, охранники закрыли в шатре, затянув одним движением, прямо зубами, шнуровку на пологе, волки им не позволили даже нос наружу высунуть. Девушки прислушивались к разговорам и гадали, что же такое произошло на поляне, до самого позднего вечера.

Лагерь снаружи долго не успокаивался, шумел, беспокоился, а когда, наконец, ночью распахнулся полог шатра и вошел Альфа, все три подружки уже крепко спали на шкурах, обнявшись.

Мужчина недовольно нахмурился, потом тщательно зажав рот сначала Грейс, спавшей с краю, потом Абели, которая лежала посередине, осторожно, стремясь не разбудить Поли, выпроводил нежелательных гостей вон из своего шатра.

Потом сам подлег к своей девочке, обнял, с наслаждением зарылся носом в ее волосы и, наконец, уснул в своем маленьком раю, после долгого, очень утомительного дня.

На следующий день, когда Поли, как обычно, проснулась на шкурах одна и, нерешительно косясь на волков-охранников, выбралась из шатра, она заметила, что лагерь несколько опустел.

Управившись в кустиках с естественными потребностями, Поли направилась к реке, оглядываясь вокруг. Оборотни неторопливо трусили следом. Поли даже подумала, что они специально всегда в волчьей ипостаси, чтобы она не могла с ними разговаривать.

Одна из женщин, которая тоже умывалась на берегу, тихонько рассказала девушке, что все лорды-оборотни, кроме Альфы и Беты, покинули лагерь на рассвете, вместе со своей живой данью и причитающейся им частью добычи в войне.

Охранники, едва Поли умылась и хотела пройтись по лагерю в поисках подруг, недвусмысленно направили ее в шатер. Поли злилась, чувствуя себя овцой, которую гонят в сарай. К счастью, Грейс и Абели уже были у нее.

— Нас твой волчара вчера, как котят за полог, ночью выбросил, — обиженно пробурчала Абели.

— Спрячь нас. Мы за наших человеческих мужчин замуж хотим, — прошептала Грейс.

Разбор оставшихся женщин в этот день простыми оборотнями проходил иначе. Девушек построили в длинный ряд на берегу. Оборотни неспешно ходили вдоль ряда, выбирая себе наложницу или служанку.

«Каково им стоять там часами?» — сочувственно думала