Хозяйка Обители заблудших душ. Читайте «Свежие сплетни»! - Светлана Нарватова

– А, мсье Жюль, какая встреча! – восторженно щебетала Катрин. – Не согласитесь ли вы присоединиться к нашей трапезе?

Вообще-то это был стол Гвен! И если кто-то желает присоединиться, для начала нужно спросить её мнения!

Но, кажется, мадам (или мадемуазель) Дюпон просто не могла подумать, что кто-то вообще – в принципе, в мире, – может быть против! Блондинка Адель оторвала взгляд от круассана и теперь столь же плотоядно смотрела на мсье Газетчика. Даже сушеная Полин расцвела, хоть и было заметно, как неловко чувствует себя улыбка на её лице.

– Дамы, приветствую!

Гвен оторвала взгляд от тарелки именно в тот момент, когда негодяй поднимал шляпу. Нужно сказать, что первое впечатление о нём не было ошибочным. Разве что лоску сегодня в нём было больше. Свежая рубашка, пиджак с иголочки, ладно сидящие брюки, подчеркивающие стройность фигуры. Идеально отполированные ботинки. Щегольская шляпа, какие носили последние модники в столице – просто завидная информированность о последних веяниях!

– Мсье Жюль, представляете, это сама графиня Монтгомери! – столь же радостно, как щенок приветствует хозяина, доложила Катрин новоприбывшему.

– Сама графиня! Кто бы мог подумать! – В словах мсье Жюля сквозил тонкий сарказм. Столь тонкий, что остался не замеченным умилённой предводительницей местного женского общества.

– Мадам Гвеневьер Луиза Мария Монтгомери, – поправилась Катрин.

– Ну если Луиза, то я, пожалуй, приму ваше щедрое предложение. – Мерзкий писака придвинул стул от соседнего стола и сел на угол между Катрин и Полин. – Офелия, будьте любезны, мне то же самое, что дамам! – крикнул он в зал.

Почему-то уважительное обращение к служанке также не вызвало в Гвен добрых чувств. Видимо, потому что ничто, из того, на что способен этот мсье, добрых чувств в ней вызвать не могло.

– Как вам наш милый городок, мадам Гвеневьер Луиза Мария, графиня Монтгомери? – Щелкопер солнечно улыбнулся. Определённо он был из породы тех смазливых обольстителей, которые уверены, что им простится всё.

Но в следующий момент выражение его лица будто кто-то стёр, и Гвен обжег взгляд, полный ненависти.

Её-то за что ненавидеть? Она-то ему что плохого сделала? Если жители решили сделать вид, что его газеты не было, она тут при чём?

– С городом я не успела познакомиться. – Гвен вернула внимание круассану. А то у неуважаемого Жюля от острого приступа самолюбования сердечный приступ может случиться. – Пока знакомлюсь с замком.

– Похоже, он увидел в вас родственную душу. Такой размах! Благодарю!

Гвеневьер подняла взгляд. Благодарил он Офелию – душевной, тёплой улыбкой. Понятно, заморочить голову беззащитной девушке – милое же дело! Мсье Газетчик взял чашку за тонкую витую ручку – кончиками пальцев, как манерная дева, поднёс кофе к губам и снова выстрелил в Гвен чернотой зрачков.

– Размах чего? – уточнила Гвеневьер, потерявшись в потоке противоречивых эмоций, идущих от Жюля Клутье.

– Замка, разумеется.

Он дёрнул бровью на манер “Ну вы-то поняли, о чем я говорю!”. Хотя Гвен ничего не поняла. Какой-то сумасшедший дом, а не городок! Позавтракала, получила перелом головного мозга, теперь можно спокойно вернуться в родной замок и закрыться от этих странных людей в библиотеке.

– Ой, мсье Жюль, а почему вчера не было вашей замечательной газеты? Мы так ждали! Да? – Катрин обратилась за поддержкой к подружке, и те закивали: “Да, ждали, очень ждали! Но не дождались!”.

Клутье хмыкнул и вновь одарил Гвен взглядом “не забуду, не прощу”. Вообще-то у неё тоже память хорошая!

– Неполадки с печатным станком. – Он всем корпусом повернулся к кудряшке Дюпон. – Пытаюсь решить.

– А сегодняшний выпуск? Он вышел?

И будто поджидая этих слов раздалось звонкое: “Свежие сплетни! Покупайте “Свежие сплетни”!”, и вслед за голосом появился мальчишка-разносчик с огромной сумкой на ремне через плечо. Он размахивал газетой в руке.

– Мальчик, мальчик! – Катрин вновь подскочила и замахала. Кажется, она совершенно не способна молчать. И сидеть спокойно – тоже.

Мальчик за пару монет вручил ей тот самый экземпляр, которым размахивал, и собирался уходить, но Гвен его остановила.

– Дай мне тоже!

Она полезла в ридикюль за мелочью, но Вруль Клутье остановил её жестом и демонстративно вынул портмоне из кармана жилета.

– Это вам в подарок, – вручил он экземпляр Гвеневьер.

– Видимо, в качестве сдачи с двухсот корон, – не удержалась она от язвительности, получив в ответ саркастическую улыбку собеседника и удивлённые переглядывания дам.

Первым делом Гвен посмотрела на дату выхода газеты. Да, ей ничего не причудилось. Вчерашний день был. Как минимум, в календаре. И мерзавец напротив прекрасно его помнит. И не собирается это скрывать.

Однако и с местными жителями не спорит.

– Мсье Жюль, признайтесь, вы же знакомы с графиней Монтгомери? Я угадала, да? – захлопала в ладоши Катрин Дюпон, которая была не в состоянии удержать ни язык за зубами, ни себя в руках, ни руки в карманах.

Да, держать руки в карманах неприлично. Но пусть бы уж держала в карманах.

– Да, случалось… – Мсье Вруль произнес это таким тоном, что любой бы сразу прочитал непристойную подоплёку.

– Мсье Клутье подвез меня и мои вещи с вокзала. – Гвен решила сразу расставить точки над i, чтобы не давать лишних поводов для пересудов.

– Да, и спас мадам Монтгомери от ужасной позавчерашней грозы! – пояснил тот, поворачиваясь к кудрявой Катрин, и с вызывающим видом сложил руки на груди.

– Вы такой герой, мсье Жюль! – Похоже, эта дурочка Катрин без ума от Клутье. Хотя не факт, что этот ум у неё в принципе когда-то был. – Почему вы не рассказали об этом в своей газете?

Гвен поперхнулась кофе и закашлялась, чудом не забрызгав себя и сотрапезников.

– Я рассказал. Во вчерашней газете. – Неужели мсье Вруль сказал правду?! – Но, к сожалению, так сложились обстоятельства, что она не вышла.

– Как жа-аль! – пропела кудряшка и коснулась руки мсье Газетчика. Глядеть на эти откровенные заигрывания, даже можно сказать – навязывания, было неприятно.

– Мадам, ваш завтрак! – В очередной раз Офелия появилась как нельзя кстати.

– Благодарю вас, милая. Будьте добры, упакуйте мне с собой, – попросила Гвеневьер. – Была рада познакомиться, дамы. – Она по-светски улыбнулась. – Мсье. – Тут Гвен решила обойтись без фальшивой радости, благо, оппонент тоже ею не пылал. – И мадам Катрин…

– Мадемуазель! – покраснев,